Время шло, Вера вела своё хозяйство, отдавая ему всё время, не оставляя на отдых. Был стимул, хозяйство давало деньги, а это приближало её к мечте. Конечно, думала она, когда купит квартиру в Пятигорске, не будет так трудиться, вообще тогда никакого хозяйства не будет, она снова будет работать школьным учителем. И будет отдыхать, ездить по стране и у неё будет морской загар, а не так как сейчас, деревенский. Как же она не любит этот хутор с его заросшим и бурьяном улицами, с его уставшими и рано постаревшими женщинами, с его мужиками с которыми запросто можно договориться сделать что-то серьёзное для дома за бутылку водки! Ничего не нравилось здесь Вере.
Но надо потерпеть.
У себя в своих краях она не сможет заработать на квартиру. А здесь денежки лились ручейком, а бывает и рекой, успевай только класть на счёт в банке.
А Света росла и ей становилось в этом хуторе невмоготу. Школа находилась в другом селе, за четыре километра от дома, куда возил школьников старый дребезжащий автобус, который постоянно выходил из строя и приходилось добираться пешком по грязной дороге в осеннюю и весеннюю распутицу, а зимой в мороз во время поломки автобуса она вообще не ходила в школу. Такого в её Пятигорском посёлке не было и школа там была хорошая, и подруги тоже были. Здесь подруг у Светы тоже было много, но общались они лишь в школе, не будешь же идти гулять за четыре километра пешком.
«Всё же, это была у мамы плохая идея приехать сюда» - думала Света и жалела, что согласилась на переезд. Единственная отдушина у Светы была, когда приезжал к маме Владимир Иванович и привозил с собой Мишу. Вот тогда было хорошо! Они находили для себя разные занятия и всё было интересно. Но приезжали они очень редко. Владимир Иванович не любил сельскую жизнь с её сельскими заботами и советовал маме закругляться.
Временная жизнь на хуторе длится уже шесть лет, правда она подходит к концу. Мама собирается осенью расправиться со всей скотиной, продать коров, зарезать свиней и всю птицу и мясо отвезти на рынок в город, она считает, что денег вполне хватит на квартиру в Пятигорске.
Не было и у Веры приятельниц в этом хуторе. Но ей, как и многим женщинам-соседкам было не до приятельских отношений. Каждодневный труд занимал всё время. Держать скотину это вам не цветочки выращивать.
Единственная с кем Вера общалась, была жена пастуха, Зинка, как её называли. Причём, это не настоящее её имя, а настоящего никто и не знал. Её муж пастух, цыган по национальности, называл её жинка (жена), вот и для всех она стала Зинкой. Зинка цыганкой не была, а была мужеподобной бабой, грубой и вульгарной. Цыган-пастух пас коров частников. В этом хуторе держали коров почти все. Сельчане пригоняли своих коров на край хутора рано, сразу после утренней дойки и цыган гнал их на отведённые для этого места. Зинка так рано не уходила с ним, а присоединялась только после того, как муж приводил коров на водопой. В это обеденное время хозяйки приходили доить коров, приходила сюда и Вера. Почти всегда Зинка подходила к ней, пыталась в чём-то помочь и постоянно жаловалась на свою тяжёлую долю. Говорила, что давно уже мяса в доме нет, и яиц купить нет денег, в общем, они бедные и несчастные.
- А почему это у вас ничего нет? - спрашивала Вера.
- Так мужу мало платят, словно он не коров пасёт, а прохлаждается в своё удовольствие.
- Так у вас земли кусок есть, почему не выращивать овощи? И курочек можно своих заиметь, а там и кабанчика, ведь если в деревне жить, то без своего хозяйства никак.
Зинка жаловалась на отсутствие денег на цыплят и на семена, из-за этого они ничего и не имеют, а были бы деньги, уже давно бы всё посадила и курочек бы вырастила. Вера женщина жалостливая, она наделила соседку семенами, рассказала, как их замачивать для того, чтобы вырастить рассаду и когда свинья опоросилась, одного поросёночка отдала Зинке, пусть растит его, со свининкой будут.