Юрий Проскуряков. Стили Кассандриона. Кассандрион - это такое будущее, которое находится вне текста, вне сознания и вне мира (часть 1)

«В статье "Сознанье смерти или смерть сознания" Марк Липовецкий рассматривает поэтику "новой волны" (термин стал уже довольно несуразным) как "потустороннюю точку зрения", концентрирующуюся вокруг "мотивов хаоса, темноты, ночи", вокруг "синонимов смерти, не- или внебытия". Марк считает, что это было единственно возможной стратегией на руинах культуры, имея в виду опыт нашей недавней "экспериментальной" жизни. В сущности, говорит он, это и было ответом русского стихотворчества на вопрос Адорно о "еще и после Гулага"1».

Подобное, хотя и на других основаниях, можно сказать и вообще об определенной тенденции в мировой литературе в век техногенных, экологических и социальных катастроф, как Молох, пожирающих тысячи, сотни тысяч, а иногда и миллионы людей в фантастически короткие исторические сроки.

В русской литературе указанные интенции привели к появлению нового стиля, названного мною Кассандрион в честь легендарной Кассандры, предсказавшей, несмотря на всеобщее недоверие, падение Трои. Кассандрион не только стилистически отличается от других разновидностей футуризма, что, я надеюсь, станет ясно из дальнейшего изложения, но и постепенно все более отчетливо приобретает черты ассоциации жанров, пересекаясь в этом смысле с другой суперсовременной жанровой ассоциацией, имеющей название "смешанная техника". Кассандрион в ракурсе синтетизма отличается от "смешанной техники" локализацией синтетических формаций. В "смешанной технике" синтетичны поверхностные структуры, в "Кассандрионе" - референтные образования.

Я различаю три основных стиля Кассандриона: автоматический, проективный и транспарантный. (Продолжение следует)