Её краски - настоящие самоцветы. И. Э. Грабарь
Веселый нрав и улыбка, а к ним совершенно невероятное трудолюбие и любовь к жизни до последнего дыхания. Очень честная, страстная, справедливая, порой немного резкая и открытая. Её рисунки знакомы с самого детства, кажущиеся порой наивными и простыми, но несущие в себе тепло, радость, душевность и совершеннейшее очарование.
Художница прожила долгую, но счастливую жизнь, ни на день не прекращая рисовать. Заниматься живописью для нее - это как дышать, не возможно остановиться.
Более семи десятилетий творчества, более 200 проиллюстрированных детских книг, зарисовки старинных русских городов, декорации и костюмы к театральным спектаклям и международная премия Андерсена. Но эти работы нельзя найти и посмотреть в сводных художественных альбомах советского времени. Почему? То ли они слишком ярки, то ли ее большая любовь к импрессионистам сыграло свою роль, а может и дворянские корни по линии матери - это уже останется в истории. Соблюдалась дистанция "на расстоянии".
Широкое признание пришло только в 60-х, но художница жила в стороне от официальности и приемов. Однако работы ее хранятся в Русском музее Санкт-Петербурга и ГМИИ им. А. С. Пушкина в Москве.
Совершенно нетипичная советская художница, знаменитый иллюстратор и мастер графики - Татьяна Алексеевна Маврина, еще при жизни получившая Госпремию СССР и звание Заслуженного художника РСФСР.
Татьяна родилась в Нижнем Новгороде, в 1900 году, в семье преподавателей. Отец - учитель, литератор, мать - директор нижегородского женского училища им. Гацисского.
Детей было четверо. В воспитании все было стандартно: чтение, рисование, обучение музыке и языкам, фольклор и народное искусство. Родители обсуждали новости искусства, проводили вечера, читали вслух стихи.
Гораздо позже Татьяна напишет в своих воспоминаниях о детстве: «География фантастическая от гор, рек, болот, оврагов, лесов, всяких легенд, старых городов вокруг: Суздаль, Владимир, Юрьев Польский, Муром, Городец, а там живописные народные промыслы — городецкие, семеновские, хохломские, палехские, мастерские. Город в окружении фольклора».
Желания творить зарождалось еще в детские годы, слишком прекрасна и ярка была жизнь и так много хотелось осмыслить, запечатлеть, запомнить, переложить на бумагу. "Так много всего кругом" - именно это ощущение не покинет Татьяну в течении всей линии жизни.
После революции семья перебралась в Москву. А Татьяна поступает во ВХУТЕМАС - высшие художественно-технические мастерские, где учились художники, скульпторы и архитекторы. Её учитель - Роберт Фальк - творил в стиле модерна и авангарда. Именно ему Таня станет подражать в раннем творчестве. Большое влияние оказывали на юную художницу Анри Матисс и Пьер Боннар, Ван Гог и Сезанн.
"После импрессионистов и Ван Гога и Матисса – земля преобразилась в глазах людей и стала умопомрачительной! Они показали, как глядеть, и уж что увидишь – твое дело!", вспоминала позже Маврина.
Это были совершенно счастливейшие и удивительнейшие годы художницы, когда она творила безоглядно, бессонно, с громадной внутренней страстью и любовью. В 1929 году Маврина вступает в группу "13" и начинает искать себя в творчестве, подражая Ренуару и Матиссу.
В разных техниках, ежедневно и упорно пишет обнаженную женскую модель. Множество эскизов, набросков, рисунков акварелью, холстов многие годы просто хранились под кроватью, ведь стиль "ню" недозволен и считается практически запрещенной темой в стране Советов. И только в 70- годы некоторые ее работы стали появляться на выставках, бросая вызов обществу.
А затем 1941 год! Война, которая перевернула и изменила все вокруг! Писать маслом стало не возможно, Татьяна переходит на карандашные рисунки в простом блокноте.
В 1942 году выходит замуж Николая Кузьмина. Молодая семья не выезжает из Москвы, мужественно переживая голод и тревоги. Татьяна без устали трудится, стараясь запечатлеть и сохранить на бумаге красоту и изящество московских улочек, переулков, тихих скверов, словно боясь того, что этого может не остаться.
Тушью она начала писать еще до войны. Цикл "Москва" сохранил в себе город, которого нет. Из воспоминаний Мавриной: "Чем я могу помочь красоте? Надо скорее зарисовать все, что сохранилось в Москве, подумала я, пусть хоть на бумаге останется. ...Я стала чуть не каждый день ходить по Москве и потихоньку рисовать. ...Исходила все возможные улицы, дальние края, чаще пешком..."
После войны Татьяна с головой уходит в народное творчество, словно прячась от тяжелых воспоминаний. Она уходит в сказку, как маленькая беззащитная девочка, словно пытаясь сохранить чистоту своей души и радость сердца. Это дало ей возможность раскрыться и уйти от советского реализма в народное искусство - глиняные игрушки, подносы, вышивки, прялки, туески - близкие, теплые и необыкновенно прекрасные воспоминания детства, счастья и любви. Казалось, что Татьяна просто услышала свой внутренний голос и как художник обрела свой неподражаемый почерк, свой узнаваемый стиль - декоративный, яркий, основанный на народной простоте.
В конце 1940-х художница обратила свой взор на иллюстрацию детских книг. Все началось со сказок А. С. Пушкина - добрые, удивительно светлые, певучие и необыкновенно душевные, именно они и вдохновили художницу, словно возвращая ее в детство. Наверное произошло просто какое-то родство душ, словно сама рука Александра Сергеевича определило художественный образ и место в искусстве Татьяны Мавриной.
Она жила, дышала этими сказками, чувствовала чудеса, видела их буквально все всем: в московских улочках, в русских пейзажах, маленьких провинциальных городах: "...Там ступа с Бабою Ягой
Идёт, бредёт сама собой", "...Там на неведомых дорожках
следы невиданных зверей"...
Она создавала тот мир, который видела глазами ребенка, который слышала своей душой и сердцем от того самого ученого кота, который бродит где-то в Лукоморье... Её стиль совершенно узнаваем и легко ложится на память - яркие коты, гордые петухи, былинные богатыри и лубочные красавицы.
Маврину часто критиковали, что не близка она к соцреализму, не в ногу со временем, слишком уже выделяется! Но она никогда не изменяла себе, легко и с душой создавая сказочные иллюстрации, затейливые узоры, пропитанные теплом, нежностью и душевностью. Твердой рукой она вписывала народное творчество в свои работы. Это была настоящая страсть, а не просто увлечение. Татьяна Маврина стала настоящим связующим звеном между небесами и землей и как никто другой тонко ощущала волшебную природу и загадку сказки.
В 1950-1960-е годы Татьяна начинает много путешествовать по русским старинным городам, большим и малым, делает эскизы, зарисовки: Углич, Загорск, Ростов Великий, Суздаль, Переславль-Залесский и многие другие... Она совершенно легко могла уговорить простого рыбака вывезти ее на волжский разлив ранним утром, чтобы с увлечением написать восход солнца. Ей хотелось писать не натюрморты, а ту жизнь, которую видела вокруг себя, которая шла, катилась, текла и уходила бесследно, если не поймать этот миг, мгновение, событие, чтобы не пропала, не исчезло...
В 1960-1970-х годах к Татьяне Алексеевне приходит признание. Её просто заваливают заказами от издательств, галереи и музеи проводят выставки ее работ. Вместе с мужем Маврина собрала совершенно потрясающую коллекцию предметов прикладного искусства, картин, икон, большую часть которых передала в дар Русскому музею, там же хранятся ее живописные и графические работы. Татьяна Алексеевна для себя открыла не только мир сказок, но и икон, которые просто поразили ее своим необычным языком, словно "открылась бездна, звезд полна..." В них она видела и чувствовала идеал красоты и гармонии, что-то "неведомое, невидимое..." И на склоне лет Маврина создает целый цикл с вольными воспроизведениями иконных образов, словно соединяя две бесконечности, начало и конец, смерть и возрождение.
В конце 1980-х годов Маврина почти не покидала свою малогабаритную квартиру.
В 1987 году уходит из жизни Николай Васильевич Кузьмин. Вместе они прожили долгую и счастливую жизнь. Она пережила супруга всего на 9-ть лет.
Все, кто был знаком с Татьяной Алексеевной близко, искренне удивлялись ее невероятной внутренней силой и волей к жизни, которые как бы защищали ее от немощности и болезней. Она была в ясном уме и твердой памяти, видела практически без очков и полностью была поглощена своей страстью к живописи. Её два окна стали её Вселенной, её миром - смена времен года, меняющееся освещение и каждый день был новым и совершенно не похожим на вчера.
Маврина очень любила, когда ей приносили цветы, радовалась им, как ребенок. Получив букет, уже не скрывая, старалась поскорее выпроводить гостей за порог и начать рисовать. Все относились к этому с пониманием и без обид. Так возникали новые и неповторимые работы.
Ушла из жизни тихо и не заметно, в Москве 19 августа 1996 года.
В искусстве своя шкала ценности, мудрости и признания и не нужно что-то ожидать, думать, предполагать... Будем же благодарны за "мавринский" оптимизм, невероятную силу духа, жизнестойкость и необыкновеннейший дар видеть красоту и ощущать связь времен, небесного и земного, волшебного и самого обычного... И совсем не хочется ставить точку, искусство - оно живое, оно дышит, оно рядом с нами... Нужно просто обратить свой взгляд, вдохнуть, проникнуться и полюбить...
Всегда с вами - Летящая стрекоза))
Подписывайтесь на мой канал, чтобы узнать то, чего еще не знали)))