В эфире радио Спутник Михаилу Хазину был задан вопрос:
Москва и Багдад планируют перейти на оплату поставок нефти в валютах надежных стран, и таким образом уйти от доллара в двусторонних экономических отношениях. Об этом сказал Сергей Лавров, глава МИД России, по итогам переговоров с иракским коллегой в Багдаде. Результатом визита министра должно было стать ещё и подписание соглашения о безвизовом режиме для дипломатов. Но это чуть позже, а вот что касается вот этой возможности, когда Россия и Ирак захотят отказаться от доллара в расчётах за сырьё, и перейти в такое поле валют надежных стран. Можно ли сказать, что здесь всё-таки третьи страны - это о Соединённых Штатах - попытаются этому помешать?
Михаил Хазин:
Как они могут этому помешать? Никак не могут. Этот фокус не пройдет. Другое дело, что они будут давить, и говорить, что нет, не надо. Давайте сначала чуть-чуть, туда-сюда, посмотрим. Но я думаю, что все-таки все это уже поняли, что с долларами западня. Так что я думаю, что этот вопрос будет решен.
Ведущий:
То есть, вот в данном конкретном случае возможен расчет в национальных валютах, правильно понимаю?
Михаил Хазин:
Я думаю, что да. Может быть, и не только в национальных. Дело в том, что посмотрите, в чем вся основная проблема, и с этим ничего нельзя сделать, она просто реально объективная. Представьте себе, что, скажем, мы поставляем туда на 5 миллиардов, а они нам - на 1 миллиард. Тогда, соответственно, мы получаем каждый год 4 миллиарда их национальных денег. Зачем нам столько их национальных денег, что мы с ними делать будем?
И по этой причине либо надо сбалансировать торговый оборот, либо надо искать какую-то третью валюту, в которой мы получаем деньги, которые нам нужны. Раньше это были доллары. Сейчас, может, мы скажем, давайте нам в юанях, мы вот в Китае много чего покупаем. Или давайте нам иранский реал, эта валюта нам нужна, мы у них бараньи ноги покупаем. То есть вот это основная проблема. Вот я думаю, что ее можно решить, было бы желание.
Ведущий:
Видимо, раз речь идет о том, что уже договариваются об этом, то есть уже не просто желание, но и, может быть, конкретные механизмы?
Михаил Хазин:
Понимаете, это опять тонкости. Потому что договаривается Лавров, а там сидит Минфин, который палки в колеса вставляет. Поэтому я пока не знаю, чем это всё закончится. Но думаю, что в конце концов мы от доллара откажемся.
Ведущий:
Раз уж вы эту тему затронули - а какая, по вашему мнению, перспектива временная этого может быть?
Михаил Хазин:
Понимаете, я же не имею отношения ко всей этой бюрократической официальной ситуации. Поэтому мне сложно сказать. Теоретически, это может длиться вечно. Сколько мы с Китаем договаривались, а всё до сих пор длится, и значительная часть оборота в долларах.
Есть ещё одна тонкость, потому что вы понимаете, очень многие участники они так прикидывают: вот тут у нас такой вот контрактик, а вот 3 процента моих. И поскольку у меня домик в Майами, то мне вот эти 3 процента надо в долларах. Значит, естественно, весь контракт желательно сделать в долларах. И так далее, и тому подобное.
Что, собственно, мы не знаем, как это делается, что ли. И это реальная проблема, с которой, в принципе, понятно как бороться, но очень сложно.
Читать в продолжение темы:
Почему схема скрытого налога на весь мир больше не работает
