- Бабуль, я не одна, - крикнула из прихожей Настя.
В проёме кухни возникла, действительно, дама. Пожилая и даже респектабельная. Да уж, хорошо, что я тогда с ней не встретился. Было бы весьма нехорошо, впрочем, и сейчас меня замкнуло:
- З-зд-драв-ствуйте, - наконец выговорил я.
- Добрый день, молодой человек, - сурово посмотрела она на внучку, но Настя, ничуть не смутившись, торжественно представила меня.
- Бабуль, это мой молодой человек - Фёдор, - меня, такое ощущение замкнуло во второй раз, от такого представления. Я что называется, только подбирался к названию «мой молодой человек», а тут…
Настя повернулась ко мне:
- Фёдор, это моя бабушка Вера Станиславовна, - я чуть не простонал про себя, такие отчества никогда мне не давались без запинки.
- Очень приятно, Вера С-станис-с-лавна, - я невольно поморщился.
- Фёдор, можете называть меня просто по имени – Вера, но с уважением, - внимательно осматривая меня с головы до ног и со скрытой усмешкой в глазах, произнесла она.
- Спасибо, - благодарно выдохнул я.
После степенной, но немногословной, благо для меня, трапезы мы переместились в ту самую комнату. Кровать на этот раз застелена весёленьким покрывалом. У меня возникло странное ощущение, словно я пришёл домой. Встряхнувшись, обернулся к ней, пресловутый выдох:
- Спрашивай. Ты же хотела о многом с-спросить?
Она растерянно уставилась на меня своими зелёными глазами.
- Это прям в лоб… Я думала, ты всё-таки не захочешь рассказывать. Всё время уходил от ответа. Что-то произошло?
- Пересмотрел политику, - усмехнулся я.
- Тяжело далось? – с пристальным вниманием смотрела на меня.
- Да.
- И расскажешь, чтобы я не спросила? – ещё более удивилась она.
- Да, - я посмотрел прямо в её глаза.
- Не понимаю, - опешила она окончательно и просто рухнула на свою кровать.
Решил начать сам, без предисловий.
- Настя, моё нынешнее состояние это результат падения со с-скалы. Я занимался альпинизмом. Не знаю, ч-что т-тогда, - я вздохнул, - произошло. Возможно, с-страховочный трос. В общем, я с-свалился с п-приличной в-высоты. Сломал руку, рёбра, п-повредил бедро. И п-получил кучу ш-шрамов, к-которые, как п-понял с-совсем не украшают, - усмехнулся я.
- А… а почему, почему… так сильно, - она указала пальцами на своё лицо.
- Скальные породы ломкие, но острые. Н-настолько, что можно в-вместо ножа осколки ис-спользовать. А я, видимо, п-падая п-проехался по ним. П-пропорол н-насквозь щёку, п-плечо з-задело глубоко и п-практически всю правую с-сторону.
Глаза её словно в два раза больше сделались. Она только качала головой. Потом взглянула на меня:
- Фёдор, но ты же мог… разбиться…
- Мог, но не разбился. Т-только когда очнулся в б-больнице, оч-чень захотелось оказаться з-за чертой, - зря сказал, будто кто за язык тянул.
- Почему? – выдохнула она.
- Очень п-плохо с-себя чувствовал, - смягчил я фразу. Чувствовал же я себя тогда настолько погано, что даже уговаривал медсестру дать мне что-нибудь навеки успокаивающее.
- Очень? Так что даже такие мысли посещали? – недоверчиво спросила она.
- Да.
- А заикание? Ты и раньше… или это после падения?
- Да. После… з-знаешь я тогда г-говорить не мог, п-поначалу.
- То есть как? Подожди, - она подняла палец вверх. - У тебя сотрясение было? И именно оно так повлияло?
- Да.
- И как следствие проблемы с речью?
- Да. Я восстанавливался почти год. П-психотерапевт, невролог, а затем, н-не п-поверишь, п-преподаватель по вокалу.
- Серьёзно? – снова удивилась она.
- Да. Знакомая мамы со мной билась д-долго.
- По всей видимости, ей многое удалось, - уважительно произнесла она. - Фёдор… но, как вижу, тебя до сих пор это сильно волнует. Ты обеспокоен, нервничаешь… не отпускаешь от себя? И когда вообще это всё произошло, ну, твоё падение со скалы?
- Шесть лет назад. По поводу первого в-вопроса… - я присел на стул. - Настя, да, не п-получается. Словно п-преследует. Воспоминания в-вспышками возникают. П-понимаешь, у меня не укладывается в голове п-последовательность того д-дня. Точнее именно в-восхождения. К-как в тумане. А после таскался по б-больницам, п-потом по в-восстановительным центрам. С речью б-беда… Ну, и как итог в-всего, рядом никого, к-кроме матери. Плюс работа, н-на которую н-никто не брал.
- Это жутко, - она передёрнула плечами, словно ей стало холодно. Смотрела в сторону и покусывала губы, затем с грустью произнесла. – Сразу не могу даже ответить… Но, знаешь, что удивляет, - взглянула на меня. – У тебя такая интереснейшая специальность. Я бы сказала, редкая! Даже уникальная! – в глубоком непонимании распахнула на меня глаза.
- Настя, - взглянул на неё укоризненно. - Во-первых, я не м-могу надолго с-со-средоточиться, из-за с-сотрясения. Во-вторых, п-пресловутая в-внешность. В-третьих, моя неровная речь. Камни т-требуют пристального внимания, а люди, к-клиенты, предпочитают работать с п-приятным с-специалистом. С-своеобразная работа, п-понимаешь?
- Вот как… - тихо и даже печально выговорила она.
Я внимательно следил за ней. Что у неё в голове? Какие выводы сделала? Как же мне хотелось, чтобы всё сложилось. Я поймал себя на мысли, что с трудом сдерживаюсь, чтобы не подскочить к ней и не заключить в объятия. Хотелось провести по её волосам, крупным кудряшкам, приблизить к себе и целовать в глаза, щёки, губы… М-м, нет, нет. Остынь. Дай человеку подумать, принять решение. Она должна сама…
- Почему ты тогда напился? – этого вопроса не ожидал совсем. И просто запаниковал. Соврать – поймёт в момент.
- Я не хочу отвечать. Ты меня п-просто в-выставишь, - так по крайней мере честно.
- Ни за что! - глаза сверкнули зелёным сердитым огнём.
Я даже выпрямился на стуле и не отрываясь смотрел на неё.
- Ты что, не понял до сих пор, что ли? – спросила она негодующе.
Я недоумевал и ждал продолжения. Поэтому так и сидел, намертво приклеившись к спинке стула.
- Фёдор, ты можешь ответить? - просительные нотки в голосе. – Потом я, сейчас не могу…
- Ты хочешь абсолютно ч-честный ответ? – обескураженно спросил я.
- Хочу, - кивнула головой.
Честно, так честно. Я вдохнул и выпалил на всём скаку, почти без запинки:
Потому что было паршиво сознавать, что кретин, трачу непонятно на что с-свою жизнь и что указала, т-ткнула носом в это одна… женщина, - я поморщился, но завершил. - П-проститутка.
В зелёных глазах отражались чувства от боли до горькой досады. Точно, дурак! Можешь собираться и катиться к чёртовой матери! Но и соврать я не мог, вот, просто физически чувствовал, что не пройдёт никак. Или предельно откровенная никому не нужная честность, или дурацкое враньё, которое раскусят в два счёта.
Наконец она заговорила, а я дёрнулся на стуле от неожиданно нарушенного молчания.
- Ну, по крайней мере, ты меня предупреждал, - говорила, уставившись в своё покрывало и обрисовывала пальцем узоры на нём, потом подняла голову и с огромным любопытством спросила. - А зачем ты к ней ходил?
Теперь же еле удержался на этом самом стуле, чтобы не свалиться.
- Н-ну-у… Настя, т-ты же б-большая д-девочка, - ошарашенно заговорил я.
- Тебе только секс был нужен? – наклонила она голову. Давно со мной такого не было. Весь этот разговор заставил меня просто покраснеть до корней волос. Да и вообще, ощущал, будто попеременно из ледяной воды в кипяток окунают.
- Да. И всё, – коротко и предельно честно.
- Всё-таки тебе стоило познакомиться с обычной девушкой, - чуть тряхнула она головой.
- О-о… Настя, - чуть не застонал я. - Не п-предел мечтаний п-перед тобой, м-между прочим.
- Для кого как, - спокойно ответила она. – Я тебе говорила, не нужно заранее проигрывать. А что же она сказала?
Я почувствовал, что краска вновь окрашивает моё лицо.
- У меня с-сейчас д-давление подскочит. М-может, п-пожалеешь? – наивно спросил я.
- Не-а. Обещал ответить на все вопросы… - не закончила она и пожала плечами.
- Насть, ты хочешь разобрать м-меня п-по частям, я понял, – покивал обречённо. - Она сказала, чтобы я с-сваливал и н-никогда у неё не п-появлялся. Ещё с-сказала, что искать надо д-достойную…
- А как считаешь, ты нашёл? – её изогнутая бровь взлетела вверх.
Сдерживаться сил уже не было и я выпалил, вцепившись в этот несчастный стул:
- Без т-тебя н-не хочу, – спохватившись, потряс головой. - Настя, не могу н-навязываться, ты с-сама д-должна д-для…
Она перебила меня:
- Вот любишь ты всё испортить. Я решила уже, – она подняла на меня свои зелёные, теперь излучающие просто какой-то свет, глаза. Сегодня похоже я, в буквальном смысле, испытал всю гамму чувств, как в романе, ей богу.
- И? Ч-ч-чт-чт… м-м, - я опустил голову вниз и резко вздохнул. Замкнуло основательно. Надо было продышаться.
В этот момент почувствовал, что она встала и тихо подошла ко мне. Я открыл глаза, так и не распрямившись. Настя присела на корточки и заглянула мне в лицо. Я невольно передёрнулся, всё же не могу я никак привыкнуть к прямому взгляду.
- Ты даже не представляешь, как мне хочется быть с тобой, - она провела рукой по моим растрёпанным волосам.
Навигация по каналу здесь