10 марта 1952 г. Советский Союз направил своим бывшим союзникам по Антигитлеровской коалиции так называемую «Ноту Сталина». В ней правительство СССР предлагало провести мирную конференцию, по итогам которой было бы воссоздано единое независимое нейтральное демократическое германское государство.
Когда Союзники в 1945 г. поделили (https://t.me/stahlhelm/2690) Германию на зоны оккупации, никто не предполагал, что это будет означать раскол немецкой нации на четыре десятилетия. Оккупация предполагалась в качестве временной меры, после которой единая обновлённая Германия снова получит независимость. Однако логика «Холодной войны» привела к тому, что странам-победительницам всё труднее было согласовывать общую политику. Кончилось всё тем, что в 1949 г. на Западе и на Востоке были провозглашены два антагонистических (https://t.me/stahlhelm/2697) немецких государства – ФРГ и ГДР.
Кто же был в большей степени ответственен за раскол? Споры об этом в исторической науке идут до сих пор. С одной стороны, существует исторический факт, что к концу 1940-х гг. СССР «коммунизировал» те государства Центральной и Восточной Европы, которые он освободил от нацистской оккупации в 1944/45 гг. Следовательно, выглядит логичным желание СССР и дальше сохранять прямой военный и политический контроль над той частью Германии, которую он оккупировал в 1945 г. Исходя из этого предположения, все «объединительные» предложения советской стороны рассматриваются как блеф и уловки с целью выставить Запад главным виновником раскола.
Однако существует точка зрения, что Сталин искренне желал объединения Германии, а создание (https://t.me/stahlhelm/2574) отдельной восточногерманской государственности, в конце концов, оказалось вымученным шагом, когда стало ясно, что Запад не желает объединять Германию на советских условиях. Книга немецкого историка Вильфрида Лота – сторонника этой версии, так и называется: «ГДР – нелюбимое дитя Сталина».
С точки зрения сторонников искренности намерений СССР, у Сталина было несколько причин желать объединения нейтральной демократической Германии. Во-первых, это означало, что репарации, которые до того взымались «натурой» только с Советской зоны, теперь можно было бы взымать со всей Германии, в том числе, например, с высокоразвитой Рурской области. Во-вторых, объединение на советских условиях подразумевало признание послевоенных границ в пользу Польши и СССР (напомню, что ФРГ до начала 1970-х гг. официально претендовала (https://t.me/stahlhelm/2451) на границы Рейха 1937 г., включая, например, Кёнигсберг). Наконец, в-третьих, нейтральный статус Германии означал, что танки НАТО стояли бы, максимум, в Эльзасе, а не на Эльбе и Везере. Таким образом, между «Восточным» и «Западным» блоками возникла бы удобная буферная зона.
По мнению сторонников «упущенного шанса», Запад намеренно саботировал советские предложения. К тому моменту западные элиты пришли к консенсусу, что ФРГ следует всеми силами интегрировать в «Западный блок», как в экономическом, так и в военном отношении. Между нейтрализацией всей Германии и полной интеграцией в свои структуры хотя бы её части, западные Союзники однозначно выбрали последний вариант. Кроме того, Союзники, которые переживали очередной виток «Красной паники», (https://t.me/stahlhelm/3007) опасались, что в единой нейтральной демократической Германии свободно действующие коммунисты проведут подспудную «коммунизацию», чего позволять было ни в коем случае нельзя (в ФРГ, в итоге, западногерманскую Компартию официально запретили в 1956 г.).
В конце концов, сторонники Лота предполагают, что у канцлера Конрада Аденауэра могла быть ещё одна скрытая мотивация. В «обкусанной» ФРГ сохранялся паритет между католиками (голосовавшими за христианских демократов) и протестантами (голосовавшими за социал-демократов). Объединение с ГДР естественным образом вело к смещению баланса в сторону протестантов и, следовательно, социал-демократов.
В итоге Союзники отказались от советских предложений, и раскол Германии растянулся на 40 лет. Однако в 1990 г. объединение всё же состоялось (https://t.me/stahlhelm/2836) на западных условиях. Вся Германия (пусть и в границах 1945, а не 1937 г.) окончательно интегрировалась в западные военно-политические и экономические структуры.
Подписывайтесь на Стальной Шлем