Дело было в Свердловске. В палате нас было человек 6. Одна была студенткой института, девушка неброской наружности. Её очень украшала каштановая коса приличных размеров, которую хозяйка грозилась вскоре обстричь. Все остальные её уговаривали этого не делать. Студентка мечтая, говорила:
-вот выпишут нас с сыном, сразу его отнесу, на время, в дом малютки.-
Она училась очно, а папаши, видимо, не было у дитяти.
-Когда окончу учёбу сразу заберу, а сейчас буду его часто навещать.-
Как там дальше жизнь у студентки устроилась, неизвестно, я её больше не встречала. Хочется думать, что всё у неё сложилось хорошо.
Нина, миловидная хрупкая блондинка, находилась в нашей палате с новорождённым сыном. Она рассказывала о своей замужней жизни. Её муж год назад привёз с Дальнего Востока. Он там служил. Конечно, снохе его родители не очень обрадовались, особенно неистовствовал свёкор. При каждом удобном случае, он не уставал повторять:
-тот же назём, только из далека везём!- Свекровь с сыном целыми днями были на работе, а свёкор всё время дома отирался. Может он был на инвалидности, но снаружи у него всё было на месте. Нина боялась предположить, что у него головушка бо-бо. Однажды молодая невестка стала печь блины, горка блинов медленно росла на тарелке, ведь сковородка-то была одна. Свёкор орал над душой:
- сколько можно ждать, ты такая неумеха, на кой только сын привёз тебя к нам! Не умеешь блины печь, так не берись!-
С этими словами он выхватил у Нины сковородку, налил в неё теста с краями и поставил жарить блин на огонь. Надо понимать, что никакого блина не получилось, Нина долго отмывала сковородку. А свёкор уже храпел на диване.
Марина была постарше остальных рожениц, у ней уже это не первый ребёнок. На руках у неё блестел красным лаком свежий маникюр. Она гуляла на свадьбе, оттуда и привезли со схватками. Когда рожала девочку, врач-мужчина ей выговаривал:
-что вы здесь показываете мне свои крашенные губы? Я совсем с другими губами работаю!-Он не мог понять, что она не в роддом накрасилась.
Надо сказать, что в медицине с тех пор многое изменилось, а тогда даже резус-фактор не определяли. Я смотрела в окно, было начало апреля, снег и не думал таять. По тротуарам люди пробирались, как в тоннеле, по обе стороны были горы снега.
В роддом я попала не по скорой, положили, чтобы стимулировать роды. Ведь срок родов давно прошёл. Я, работая в цехе, имела знакомую по фамилии Лоскутова ( имя уже забыла), эта Лоскутова была, как говорится «ухо с глазом», всё она знала и всех молодых девчонок просвещала. Мне говорит, бывало:
- ты должна соврать врачу время начала шевеления ребёнка, медики всегда ставят срок меньше, а то получишь мало декретных, я это хорошо знаю!-
Я прислушалась к этой Лоскутовой и наврала врачу на целый месяц. Когда в роддоме мне наставили уколов и стали вызывать роды, ребёнок и не думал покидать чрево, стали тянуть вакуумом.Долго ничего не получалось.
Тут я с ужасом вспомнила слова одной склочницы, обращённые ко мне в цехе:
- чтоб тебе не разродиться!-
При родах сломали сыну ключицу, голова его стала похожа на огромную грушу. 2 дня не приносили кормить. Молоко приходилось сдаивать и выливать. Хорошо, что у малыша по здоровью не было серьёзных последствий.
Когда я ещё лежала в предродовой палате на скрипучей кровати, мучаясь от схваток, дверь в родзал была открыта. Там на кресле рожала молодая женщина со светлыми волосами, около неё суетилась акушерка. Во время потуг, прямо у меня на глазах, белые полные ноги этой роженицы вздулись синими венами. Мне тогда пришло на ум, что это останется ей на всю жизнь!
Жили мы тогда в частном доме, после выписки я поставила кипятить пелёнки в тазу на керосинке. Памперсов тогда ещё не было. Является золовка, прошла в комнату, не снимая обуви и говорит:
-ты наверное, с гов ном поставила пелёнки кипятить?-
Я на такой дурацкий вопрос отвечать не стала. Согрела горячим утюгом фланелевую пелёнку и несу голого ребёнка на стол, чтобы его завернуть в чистое. А он крупный родился,руки-ноги свешиваются. Золовка в панике:
-да как ты его не боишься брать в руки?-
Я отвечаю:
-а кто его, кроме меня, брать-то будет?-
Сынок пригрелся в тепле и уснул, посапывая.
А золовка была старше меня на 12 лет и своих детей у неё не было.
Так и жили...