Сегодня в утренних новостях прочитал о снижении, согласно данным Росстата, бедности в России. Радует конечно, что бедных и обездоленных становится меньше. Помню девяностые. Их начало. Со стремительно входившем в обиход словом «бомж», со в немалом количестве появившихся людей и их чуть ли не классическим, выдержанным в строго определенной тональности: «Вы извините, что я к вам такая молодая обращаясь… Кто не верит может моя бумага посмотреть».
Поразительно, но наши, по большей части пожилые, тетеньки, в недорогом, как тогда говорили, прикидке и далекими от счастья лицами помогали. Верили? Или по доброте душевной? Серебряков, вот когда я эти строки писал, вспомнился, с его словами об идеологии России, выраженной в «силе, наглости и хамстве». Есть такое – кто ж спорит. Как и у любого, впрочем, народа. Но и иное было – усталые лица и далеко не лишние копейки, а то и рубли, извлекаемые из кошельков в пользу прописавшихся в электричках обитателей.
Последние может и врали, но тоже явно не от хорошей жизни по вагонам с их заплеванными тогда и прокуренными тамбурами шастали. Еще помню, из деревни писали, не так уж и редко: тот помер, этот опился. Приезжал, шел на погост – новая его часть в девяносто заметно расширились. И далеко не старыми людьми.
Вообще все эти центры по исследованию общественного мнения отслеживали судьбы тех несчастных, выбитых из привычного ритма жизни потрясениями начала девяностых сограждан? Ведь многие не были даже пожилыми. Какой процент – думаю крайне небольшой – сумел вернуться нормальной жизни?
Словом, для меня сегодняшняя новость стал поводом вспомнить девяностые. Для кого-то счастливые – скажем, я тогда был молод и на многие проблемы не обращал внимания – для кого-то трагические.
Неспроста мудрые китайцы, желая недоброжелателю нечто не очень хорошие, говорили: чтоб тебе жить в эпоху перемен.
Игорь Ходаков
Если Вам понравилась статья – подписывайтесь на мой канал.