В 1613 году крестьянин села Домнино под Костромой Иван Сусанин был зверски замучен поляками за то, что отказался выдать место, где скрывался молодой Михаил Романов, избранный на царский престол. Так гласила официальная история события.
История привилегий потомков Сусанина
Историчность подвига Ивана Сусанина часто подвергалась сомнению. Особенно основательно «проехался» по нему два с половиной века спустя историк Николай Костомаров, показавший, что полякам незачем было доискиваться места убежища царя у безвестного крестьянина глухой деревни. Да и вообще поляков не было под Костромой. Там «гуляли» свои русские разбойники, которых немало развелось в Смутное время.
Однако царские жалованные грамоты потомкам Сусанина, ведущие своё начало с 1619 года, ясно подтверждают, что некий подвиг Ивана Сусанина всё же был и чтился монархами династии Романовых из поколения в поколение.
У Ивана Сусанина известен только один ребёнок – дочь Антонида. Она была замужем за Богданом Собининым, жившим в деревне Коробово.
Первая жалованная грамота царя Михаила Романова Богдану Собинину датирована 1619 годом. Она освобождала Богдана и всех его потомков из рода в род, проживающих в деревне Коробово, от любых податей и повинностей.
При этом половина деревни жаловалась Собинину и его потомкам, но неясно, на каких правах – с правом ли самому взимать подати и налагать повинности на жителей этой пол-деревни, или только с освобождением от въезда в эту пол-деревни царских чиновников (то есть Собинину принадлежало право полиции и суда). В дальнейших грамотах это пожалование половины деревни не упомянуто.
В грамоте не было сказано, что льготы распространяются на потомков Собинина, буде таковые поселятся за пределами Коробова. Также не говорится, что льготами могут пользоваться иные лица, не принадлежащие к потомству Собинина, поселившиеся в Коробове. Наконец, неясно, принадлежат ли эти особые права потомству Собинина только по мужской или также и по женской линии.
Недосказанность формулировок жалованной грамоты породила спустя два с лишним столетия казус, который мы опишем далее.
Несмотря на это, особые права и привилегии потомкам Сусанина были повторены ещё раз царём Михаилом в 1633 году, затем царями Иоанном V и Петром I в 1691 году. Пётр I в 1723 и 1724 гг. особо распространил действие льгот на неких Андрея Семёнова с братом – очевидно, потомков Собинина по женской линии. В 1731 году императрица Анна Иоанновна подтвердила льготы для некоего Ивана Лукьянова Сабинина, а в 1741 и 1767 гг. царицы Елизавета Петровна и Екатерина II снова подтвердили привилегии «всем потомкам Сусанина, живущим в деревне Коробовой».
Указ императора Николая I от 1837 года даёт представление о том круге лиц, которые пользовались указанным «обелением». Это потомки Собинина, проживающие в деревне Коробово. Кроме того, он определяет, что в их селение (по-видимому, здесь подразумевается уже не половина деревни, а всё Коробово) не могут въезжать воеводы, сыщики и т.п., однако селение подведомственно министерству императорского двора. Далее, император, ввиду разросшегося потомства Сусанина, жалует их дополнительно земельными угодиями.
Приют беглых раскольников
Под 1859 годом в перечне узаконений Российской империи фигурирует именной указ императора Александра II министру внутренних дел «о принятии некоторых мер против беспорядочной жизни коробовских белопашцев». Из него мы узнаём, что, пользуясь льготами села Коробово, в нём давно уже селились члены старообрядческой секты, отрицавшей священников, иначе называемые бегунами. В указе предписывается вернуть село в общую подсудность и отменить иммунитет жителей Коробова от въезда туда чинов общей полиции. Наиболее активных раскольников предписывалось пересилить в другие места.
Костромское Заволжье – один из тех глухих лесных краёв, где находили приют раскольники. А деревня Коробово, в силу предоставленных ей привилегий, представляла собой такое удобное убежище от полицейского сыска. Возможно, что и некоторые потомки Сусанина, под влиянием селившихся у них беспоповцев, сами уклонились в раскол. За всё это они в итоге и поплатились. Впрочем, о наложении на коробовцев обычных податей и повинностей в указе ничего не говорилось. Можно думать, что налоговая льгота была за потомками Сусанина оставлена.