На картине изображен Иван Грозный, баюкающий своего смертельно раненного сына, ударившего его своим скипетром в приступе ярости. Затемненное внутреннее пространство работы кажется пропитанным чувством ужаса, темно-красный ковер, скомканный у ног сына, и перевернутый табурет, намекающий на жестокие события, которые развернулись, и в то же время, кажется, каким-то образом сдерживает мучительную психическую энергию, исходящую от сцены. Хотя младший Иван, одетый в бледно-розовый атлас и украшенные сапоги, занимает истинный центр композиции, именно старший, закутанный в контрастно строгую черную мантию, создает это ощущение энергии. Его тело кажется напряженным до предела от паники и адреналина, видны вены, проходящие через его впалый левый висок и сухожилия на обеих руках, когда он напрягается, чтобы поддержать тело своего сына и остановить поток крови. Лицо его старшего Ивана в значительной степени скрыто, но только его дикий взгляд передает леденящую душу скорбь сцены.
Это крупномасштабное полотно было больше, чем просто изображением исторического события шестнадцатого века - оно несло в себе политический подтекст, весьма актуальный для того времени. Тема цареубийства и прекращения царских кровей была актуальна для того времени, когда произошло убийство Александра II, а сам Репин во время нападения находился в Санкт-Петербурге. Позже он заметил о том периоде, что "кровавый след пролегал через тот год... Ужасные сцены были у всех в голове ". Интуитивное отображение события - такое, что оно кажется фотографическим стоп-кадром события трехсотлетней давности - означает, что оно выходит за рамки исторического, становясь глубоко эмоциональным отображением современных чувств беспокойства и кризиса. Изображение смерти монарха от рук члена семьи, между тем, было скрыто подрывным, возможно, подразумевая, что царский режим был на таком же саморазрушительном курсе.
Это крупномасштабное полотно было больше, чем просто изображением исторического события шестнадцатого века - оно несло в себе политический подтекст, весьма актуальный для того времени. Тема цареубийства и прекращения царских кровей была актуальна для того времени, когда произошло убийство Александра II, а сам Репин во время нападения находился в Санкт-Петербурге. Позже он заметил о том периоде, что "кровавый след пролегал через тот год... Историк искусства Кевин Платт обсуждает последствия первого акта с точки зрения стирания границ между насилием в искусстве и жизнью, предполагая продолжающуюся внутреннюю и эмоциональную привлекательность работы: "В этой истории есть захватывающий зеркальный эффект, в котором отражается художественный отклик на политическую жизньполитическая реакция на художественную жизнь - слияние убийства людей с убийством картин, настоящей крови и ужаса с эстетическим насилием и критикой ".
Когда картина была выставлена, она вызвала скандал, а пресса приписала композиции Репина чрезмерный акцент на запекшейся крови и телесных травмах. Тем не менее, или, возможно, в результате, работа привлекла толпы такого размера и энтузиазма, что конные полицейские были необходимы для поддержания порядка там, где она была выставлена, и воспоминания того времени рассказывали, что ни одно другое произведение искусства никогда не вызывало такого ажиотажа. Скандал снова столкнулся с картиной в начале двадцатого века, когда невменяемый молодой человек нанес удар ножом по работе, а столетие спустя, в 2018 году, она снова подверглась нападению вандалов.