Стояли теплые дни, может быть последние в этом году перед заморозками. Осень одаривала своими подарками казаков станицы Ахтаевской. Аромат яблок разносился по округе, спелые сочные сливы медом наполняли рот, гроздья винограда свисали с ветвей, маня взгляды людей яркими сочными ягодами.
В колхозе полным ходом шел сбор урожая. Машины со сладким грузом еле успевали перевозить его на местный консервный завод, где делали соки, компоты, консервированные огурцы и помидоры, которые славились на весь союз, томат. М-М-М! а какие производили здесь салаты! А джем, повидло, варенье. Пальчики облизывала вся детвора страны. Трудились люди не покладая рук, на славу Родине и своего колхоза. Помогали родителям и школьники, нужно было не только собрать, но и не испортить урожай. Все работы производить в определенные сроки.
Был в колхозе и свой огромный виноградник. Уже неделю здесь трудилась бригада Павла Николаевича Махеева, лучшего бригадира колхоза. Женщины переговариваясь собирали столовые сорта, винные , Лидию и Молдову в корзины, сносили к ящикам, откуда весь этот, пахнущий медом и нежностью урожай перевозили на местный консервный завод. Бригадир бегал по рядам подбадривая казачек:
- Давай, давай, бабоньки. Вишь, какой нынче урожай у нас уродился. На удивление всем. А! Вино то, какое будет, ароматное, пей да не разливай!- искренне радовался он, цокая языком...
- А что бригадир, когда твое то вино пить будем, осень заканчивается, а мы еще не пьяны,- кричала ему соседка Мария. Знала она, что дочка бригадира, студентка университета уже год встречается с парнем, только вот никогда его еще не показывала, а тут вроде бы замуж собралась и хочет познакомить родителей со своим избранником.
- Выпьем еще, успеем,- хорохорился Павел.- всех позову, всех!
Дочка у Павла Махеева действительно была красавица. Высокого роста, статная, с черной тугой косой и училась в университете на факультете международных отношений. Очень иностранные языки любила с детства и отлично их знала. Невеста знатная. Многие парни подкатывали к ней, но ни с кем не хотела она общаться, только смеялась, да говорила:
- Не время еще мне на свидания ходить, вот выучусь тогда и приходите.
Многие парни, в надежде, ждали окончания ею университета.
А теперь такая новость, Алена привезет его знакомится. Завтра суббота и родители ждали приезда Алены и ее избранника. Мать чистила двор и кухню, отец занимался виноградом и убирал опавшие листья. В доме лежал на кровати парализованный отец Павла, он уже два года не поднимался с кровати. В комнате поставили телевизор и он целыми днями наслаждался своим другом, не выключая его. Даже спал под тихий говор передач и новостей. Помощи от него не было, но и досаждать сильно он не старался.
-Ну, что мать, вроде бы все сделали. – Сказал отец,- Сейчас, вот несколько гроздей на верху остались, срежу и пойдем вечерять.- Он перетащил лестницу и поднялся на нее. Мать стояла рядом и ждала, когда он подаст ей ароматные гроздья.
В этот момент застучала калитка и во двор вошла Алена с гостем.
- Здравствуйте!- прозвучало на ломаном русском. Отец повернулся и с грохотом слетел с лестницы. Мать кинулась к нему. Павел стонал и ругался на чем свет стоит:
- Опозорила! как же я тебя, вражину, столько лет воспитывал и не воспитал. А!А! Убью. Убью. Только поднимусь, - Стонал он, хватаясь за руку и голову. Алена плакала, отец разминал ушибленную спину, мать пробегала руками по ногам, рукам, причитая:
- Все нормально, не сломана? Вставай, вставай давай, в дом пойдем. Там говорить будем.
Павел еле поднялся, он шел хромая, слезы текли по его лицу, но он уже их не стеснялся, вытирая рукавом глаза, только тихо ругался такими отборными матами, выплескивая всю свою боль и досаду, но так, что бы не слышали соседи. А то набегут сейчас, концерт то знатный получился бы. Хорошо вечер и уже темнеть начало, может никто и не увидел. С грустью надеялся он.
Вся компания зашла в дом, положили отца в доме на диван. Он ойкая и стеная, морщился от боли.
жених стоял в стороне. он уже понимал негодование отца и просто ждал развязки.
- Может скорую вызвать, - предложила Анна.
- Какую еще скорую,- закричал Павел, - чтобы все сейчас в дом набежали? И так уже опозорились. Принесите вон от деда мазь, что ли. Хоть разотрем. Аааааа.. - стонал он. - Ой, разговоров не оберешься. Ну, доча, удружила ты бате.
Жених кинулся в комнату за мазью. В полумраке ничего не было видно, он нащупал выключатель на стене и щелкнул им. Зажегся свет. С кровати на него смотрел парализованный дед. Он открыл рот и вскочив с кровати, как молодой лев, крестясь и проговаривая: "свят, свят, свят." - проворно вылетел из комнаты, столкнувшись с Анной, перепрыгнул через нее и скрылся за дверью. Анна, сбитая дедом с ног, перепуганная, валялась рядом с диваном, уцепившись за ножку стула.
- Это что сейчас было? - спросила она. Встала, потирая ушибленный бок и пошла в комнату деда. Кровать была пуста, а жених искал на тумбочке мазь, поднимая тюбики и читая названия.
-Дай сюда,- отобрала она со злостью мазь, и вышла в зал. Подала ее матери.
– Иди деда ищи, только одна, без этого,- сказала она Алене и кивнула в сторону жениха. Молча, растирала спину мужу, она вся посинела и был содран локоть. - Таких бед натворили, - думала она про себя.
отец до сих пор соображал: он видел, бежащего деда или ему показалось? видение было от болевого шока.
Жениха звали Мгвана, он был жителем Нигерии. Высокого роста, стройный, поджарый, очень темнокожий с короткими завитками волос.
Через время все успокоились, привели деда в дом. Объяснили, что к чему. Он странно разглядывал негра и шептал себе под нос: "страсти то какие, черт кудлатый, тьфу, дьявол тебя ети, поднял он ведь меня с кровати.".
Анна с дочерью приготовили еду и носили тарелки на стол. Сели ужинать, знакомиться. Жених оказался не из пугливых, охотно отвечал на вопросы и с аппетитом уплетал борщ и вареники, запивая все это крепким домашним вином. Павел смотрел на него и думал, как завтра будут смеяться все работники его бригады, да что там бригады, вся станица будет потешаться над ним. Да, такого позора от своей дочери он не ожидал. При этом сильно болела спина, хорошо, что жив остался, а ведь мог и головой об асфальт удариться. А может это было бы лучше. Тогда бы его все жалели, горевали, страдали, провожать пришли в последний путь, речи знатные произносили. мол умер он от вида зятя своего названного. И никто бы не посмел смеяться. Очнулся он от толчка. Жена толкала его в бок и просила принести еще вина.
На следующее утро он собирался на виноградники, тихо пробираясь через зал он увидел темные ноги с розовыми пятками, высунувшиеся из под одеяла.
- Господи, он что, зараза, в ботинках спит?- Подумал он, чертыхнулся про себя и пошел на улицу. Там он затянулся с удовольствием и закашлялся, как только вспомнил, что его ждет сегодня. Но взяв себя в руки, сел на мотоцикл и двинулся в бригаду.
Только Алена не была расстроена, она была влюблена в этого страшного черного человека. Мать спрашивала ее:
- Как ты только могла влюбиться в него, тебе, что русских парней мало. Вон сын Марьи, соседки три года по тебе сохнет. Красавец. И стать и лицо. А работник какой: первые места во всех соревнованиях занимает, на хорошем счету в колхозе и мать его ты знаешь, тебя любит и уважает. А теперь то, что. - Она вытирала набежавшие слезы фартуком. - Ладно сидите тут. Я на работу. Вечером поговорим. За дедом смотрите, кабы чего не случилось.
А с дедом все было хорошо. Получив вечером порцию сильнейшего адреналина, он ведь подумал, что черт за ним пришел с того света, сверкая глазами, вот и подскочил, как угорелый осознав, что лучше сбежать самому в рай, чем с этим рогатым в преисподнюю. От страха так живот прихватило, успел еле- еле добежать до нужного помещения. Теперь он чувствовал себя хорошо. Мог легко передвигаться по дому без посторонней помощи, брать, что ему нужно, и никого просить не надо. А главное, вчера он выпил вина сидя за столом вместе со всеми, а не лежа в надоевшей постели. Даже черный жених ему уже не мешал, он был даже благодарен этому аспиду. Алене же говорил с придыханием:
- Кабы не твой сарацин, внученька, лежать бы мне до смерти в постелях и пеленках. - Надо сказать, что после этого дня, дед прожил еще долгих десять лет… и до последнего был на ногах.
Мужики, конечно, смеялись от души, а хуже всего бабы, подкалывали и кололи глаза длительное время. Но после случившегося, Павел мало обращал внимания на такие разговоры. Главное, что дочь счастлива, отец бегает ногами.
Отгремела свадьба. Все знакомые спешили побывать на ней, посмотреть на молодоженов, больше на жениха. Прилетали родители жениха, с родственниками. Так что семья Махеевых стала местной знаменитостью.
Через год Алена родила первого ребенка. Девочка была сильно похожа на папу, черненькая с большими глазенками и крупным носом. Но дед был очень рад. Нянчили ее всей семьей вместе. Но вскоре внучка начала сильно болеть. Врачи предположили, что ребенку не подходит местный климат и семья Мгваны Нуаре улетела в далекую Африку.
Там они и живут по сей день. Кстати, семья жениха оказалась довольно богатой, приняла русскую женщину в свою семью, как родную дочь. Устроились работать в посольстве. Так что их жизни можно только порадоваться. Что мы и делаем до сих пор.
А родители живут потихоньку в своей родной станице, страсти по жениху утихли. Жизнь идет своим чередом, предоставляя людям новые интересные истории для разговоров.