Людмила метёт дорожку. Она уже много лет метёт её каждый день. Сегодня, вон, снегу сколько нападало. Даже не скажешь, что весна.
Женщина отставляет в сторону метлу и берётся за лопату. Пока снег лёгкий, не слежался, одно удовольствие раскидывать его по сторонам. А иногда, когда подтает, становится тяжёлым, тогда плечи и руки болят потом.
Раз - в одну сторону. Два - в другую. Ловко у неё выходит. Молодец, Люда! Похвалила сама себя. А больше ведь и не похвалит никто. Некому.
Она вдруг вспомнила, как совсем маленькой, старательно вымешивала с бабушкой тесто на пирожки. И руки в муке, и нос. А бабушка не ругается. Приговаривает:
- Молодец, Людочка! Хозяюшка ты моя. Славные у нас пирожки будут нынче.
И смотрит Людочка во все глаза, как из печки появляются горячие румяные пирожки. С рисом и яйцом, да с вареньем. Ох, и вкусные!
Людмила сглотнула слюну. Воздух морозный лишь на минуту словно стал пахнуть теми самыми пирожками. Надо же!
Девочка знает, что бабушка хлопочет. Сегодня приедет мама с дядей Толей. Они живут в городе. У дяди Толи там комната. А у мамы ничего.
Комната была раньше, в общежитии от завода. И жили в ней, кроме мамы, ещё три женщины. А потом мама птицу счастья за хвост поймала. Так соседка, баба Надежда говорит. И замуж вышла за дядю Толю.
Люда всё себе эту птицу представляла. Даже рисовала её цветными карандашами. Красивая получалась птица.
- Вы Людочку в город когда думаете забирать? - Спрашивала бабушка. - В школу ей через два годочка.
- Ой, мама! - Люду всегда удивляло, что мама называет так бабушку. - Пусть пока у тебя поживёт. Тесно в городе. Вот комнату побольше дадут, заберём.
Не дали. А только Люду забирать всё равно пришлось. Потому что бабушка умерла. Легла спать, да и не проснулась утром. Уж, Люда будила, будила. Потом натянула на босые ноги валенки и потопала через сугробы к соседям. Тянула за подол бабу Надежду, просила бабушку разбудить.
- Не проснётся больше бабушка, Людочка. - Плача, объясняла ей та. Тогда Люда тоже заплакала. И плакала, пока есть не захотела. Соседка дала ей хлеба и молока и принялась уговаривать своего сына в город ехать, чтобы маму с дядей Толей сюда везти.
Потом Люда плохо помнит. Чужие люди в избе ходили. Связывали вещи в узлы. И ей тоже узел дали. Она начала поднимать неловко, двумя руками, но пальцы разжались, и рассыпалось всё.
- Безрукая! - Она вздрогнула, словно дядя Толя тем словом её ударил. Он и бил потом, позже, в городе уже. И её, и маму.
Люда пряталась под стол, прижималась спиной к стене и дышать боялась. Смотрела на ноги: большие - дяди Толины, и тонкие в чулках с маленькой дырочкой - мамины. Мама чулки штопала, но дырочки всё равно появлялись. Иногда большая нога размахивалась, и мама падала. Одной рукой закрывала голову, а палец прижимала к губам, показывая, чтобы девочка не кричала.
Однажды упала и глаза у неё сделались стеклянными, словно у куклы Маруси, которую Людочке на прощание баба Надежда подарила. И палец к губам она забыла прижать. Вот Людочка и закричала: громко и страшно.
Прибежали соседи. А дальше Люда опять не помнила. Память плохая, наверное. Не зря её дядя Толя недоумком звал.
- Повесила на меня своего недоумка! - Кричал он.
Строгая женщина Люду из-под стола вытащила и повезла куда-то. В больницу сначала, а после в детский дом. Это уже девочка помнила.
В детском доме её не обижали. Воспитательница Катерина Петровна по голове гладила и хвалила. Не называла плохими словами.
Училась Люда слабо. Да хороших отметок с неё никто и не требовал. Зато у учительницы - первая помощница. Доску вытереть, цветы полить, пол подмести - никто лучше Люды не справится.
А ещё с малышами возилась. Картинки рисовала, птицу счастья и цветы красивые. Косички плела девчатам, да куклам платья шила.
- Ни в какой коррекционный интернат я её не отдам! - Услышала она однажды. Катерина Петровна ругалась в кабинете заведующей. - Не хватает девка звёзд с неба, да. Зато тихая, спокойная. Обучится профессии, глядишь, ещё устроится в жизни. Хоть увольняйте, не отдам!
Не уволили Катерину Петровну. А Люда в училище пошла. Воспитательница боялась, конечно. Вон она какая: волосы белокурые, мягкие, глаза синие. Да и фигурой удалась. Ну, как вместо того, чтоб хорошее дело осваивать, загуляет.
Но Люда на парней внимания не обращала.
- Не нужна мне такая птица, чтоб за хвост её ловить! - Говорила она Катерине Петровне. - Боюсь я.
И парням от ворот поворот давала. Только как-то набросились несколько. Рот зажали. Страшно было Люде и больно.
- Скажешь кому - убьём. - Пригрозили.
А говорить не пришлось. В общежитии быстро заметили, что девушку тошнит по утрам. Катерина Петровна долго не расспрашивала. Сразу к директору училища пошла. Да только хуже сделала. Один из тех, троих, что Люду обидели, встретил её вечером. Последними словами обругал и ногой в живот ударил. Когда в больницу привезли, поздно уже было.
- Детей не будет у неё больше. - Врач сказал.
- Может, и к лучшему. - Это уже Катерина Петровна.
Училище Люда закончила. Даже на стройке поработать успела. Да только и там находились те, кто норовил обидеть.
- Вот что, Люда. - Сказала тогда Катерина Петровна. - А иди-ка ты к нам в детский дом работать.
И Люда пошла. На кухне помогала, и нянечкой. А когда ремонт в корпусах делали, тут уж ей равных не было. И комнату свою дали. Лучше той, что у дяди Толи была. Люда там такой уют навела, как прежде у бабушки был. Она и Катерину Петровну в гости приглашала.
- Молодец, Людмила! - Хвалила воспитательница. - Настоящая хозяйка ты!
Теперь некому хвалить. Инсульт случился у Катерины Петровны прошлым летом. Так и не говорит больше. Мычит только. Люда к ней почти каждый день ходит. Помогает. И сегодня пойдёт. Она уже с вечера гостинцы приготовила. Целый вечер вчера у плиты стояла.
Вот сейчас дометёт. Эту работу, дворником, она сама попросила. Труд невелик, а от чистоты, что вокруг, радостно становится.
Людмила останавливается. С той стороны забора, бежит к ней маленький мальчик.
- Мама Люда, ты скоро?
- Скоро, Ванечка.
- Ну, иди скорее!
Женщина улыбается. Ждут её. Восьмое марта сегодня. Мам нет, а праздник есть. Так ещё при Катерине Петровне было - праздник весны, а как же. Концерт готовили, старались, надо бежать.
Опоздала немного. Пока в платье переоделась, да волосы причесала, на сцене уже стихи читают. Села в углу. Как бы Ваня слова не забыл. Да нет, молодец, без единой запиночки прочитал. Ох, а Никитка споткнулся, чуть не упал. Василиса-то хороша!
Радуется Людмила. А как же. Вон их сколько, и, считай, все её. Те, что повырастали, и то приезжают иногда. Вся жизнь её здесь.
Задумалась. А когда глаза подняла, глядит, а ребятишки с картинками бегут к воспитателям, и к ней тоже.
- Мама Люда! Мама Люда, это тебе!
- Хорошие мои! - Обнимает всех сразу.
- Мама Люда, а пирожки будут? - Это Ванечка.
- А как же. Любимые ваши, с вареньем. Разве не праздник у нас сегодня?
- Праздник! Праздник! Весна!
Ох, и весна. Опять снег повалил. Сейчас снова все дорожки заметёт. Ну, ничего. Завтра встанет пораньше и в два счёта управится. Ловко у неё это выходит. Молодец, Люда!
--------------------------------------------------------------------------------------
Внимание! Все текстовые материалы канала Йошкин Дом являются собственностью канала и объектами авторского права. Запрещается копирование, распространение (в том числе путём копирования на другие сайты и ресурсы в Интернете) или любое иное использование материалов данного канала без предварительного согласия правообладателя. Цитирование разрешено только при указании гиперссылки на канал Йошкин Дом https://zen.yandex.ru/id/5f8f427d77454e74d3aae539 Коммерческое использование запрещено.