По срочности хирургические операции бывают трёх видов:
1. Экстренные. Проводятся сразу же после установления диагноза. Цель - спасение жизни пациента. Это любые острые хирургические или травматические состояния (аппендицит, прободные язвы, тромбозы сосудов кишечника, кровоизлияния в мозг (но экстренными они бывают не всегда), внутренние кровотечения, проникающие ранения, разрыв внутренних органов и тому подобное.
Любые сомнения в диагнозе при экстренных состояниях решаются в пользу операции. Например, привезли боли в животе, но что-то непонятно, аппендицит там или не аппендицит, например. В таком случае берут на диагностическую операцию и уже глазами смотрят - аппендицит там или что-то другое. Хотя сейчас существует такое мощное диагностическое оборудование, что более или менее точный диагноз можно диагноз выставить уже на этапе диагностики.
2. Срочные. Могут быть отложены на срок до двух суток. За это время также проводится минимум обследования и попытка вылечить пациента консервативными методами. Тут пример операции привести довольно сложно, так как любое состояние, требующее срочного (не экстренного) оперативного вмешательства, которое можно отложить, может внезапно стать жизнеугрожающим, либо наоборот, может перейти в хроническую фазу. Сюда можно отнести почечную колику при мочекаменной болезни. Если камень почки не закупорил мочеточник (мочеточник - это трубка от почки до мочевого пузыря), то операцию откладывают, пациента дообследуют, а после уже оперируют.
3. Плановые операции. Когда пациент полностью обследуется, готовится и назначается дата операции. Это, например, замена сустава, желчного пузыря по поводу желчнокаменной болезни, а также различные пластические операции.
...
- Завтра день плановых операций, - сказал Краснов, - будем женщине желчный пузырь удалять. Если хочешь посмотреть, приходи!
-Приду.
Утром в отделении мне сказали, что плановая холецистэктомия назначена на 10:00. Чтоб зря не терять время, я пошел в приемный покой.
В приемнике было немного шумно. Доставили мужчину с переломом левой ключицы. Когда ему оказали помощь и направили в стационар, я решил оставить запись об этом случае в своем дневнике практики.
"В приемный покой был доставлен мужчина 44 лет с травмой левой ключицы. Из анамнеза: травма произошла два дня назад. Строил баню. При подъёме бревна на верхние венцы сруба, бревно сорвалось и ударило больному по грудной клетке. Сознание не терял. Сегодня самостоятельно обратился к фельдшеру ФАПа. Фельдшером ФАПа сделано обезболивание, наложена повязка Дезо. Жалобы: на боли в левой половине грудной клетки, усиливающиеся при движениях.
Объективно: В сознании, положение активное. Кожные покровы чистые, бледные. А/Д - 130/90, ЧСС-90 уд. в минуту.
Локально: выраженная деформация в области левой ключицы, болезненность при пальпации в указанной области.
DS: Закрытый перелом левой ключицы".
Перелом ключицы всегда виден невооружённым глазом, потому что к ней прикреплены мышцы, и в случае перелома, мышцы тянут сломанную ключицу, растягивая костные отломки в разные стороны.
Мужчина два дня дома терпел боль. На что он рассчитывал? Что "само пройдет"? Потом, видимо, все же понял, что если за два дня не прошло, значит надо идти в больницу. Поскольку прошло уже больше двух дней после травмы, то больной подлежал госпитализации, для того, чтобы в условиях стационара ему можно было сопоставить костные отломки, сделать металлоостеосинтез (это "вставить спицу в кость"), затем сделать надёжную фиксацию.
...
Я поднялся в хирургию.
- Ну что? Будем делать холецистэктомию? - спросил я у хирурга.
- Ага,- ответил хирург. - А после еще и ключицу будем "собирать". Можешь пока сходить посмотреть на премедикацию перед операцией!
Я зашёл в палату, где была женщина, которой сегодня предстояла холецистэктомия.
- Ой, Дима! Здравствуй... - услышал я, зайдя в палату.
Голос был такой знакомый и близкий, что я вздрогнул. На меня, улыбаясь, смотрела моя школьная учительница по русскому языку. Несмотря на то, что на мне был халат, маска и шапочка, она меня узнала.
- Здравствуйте..., Анна Николаевна, - растерянно ответил я. - А вы чего это тут? Что случилось?
- Заболела. Вот к операции готовлюсь, сегодня.
- Желчный? - спросил я.
- Да.
Я не знал, что говорить дальше. Мне предстояло присутствовать на её операции. Видимо, моя растерянность все сказала за меня. Учительница сама прямо спросила меня:
- Ты будешь на операции?
Я кивнул.
- Не бойся..., - попыталась успокоить меня она, хотя по ней видно было, что она сама боится.
- Вы тоже не бойтесь, - ответил я. - Всё хорошо будет!
Операция по удалению желчного пузыря длилась около сорока минут и закончилась благополучно.
Следующая операция была по поводу сломанной ключицы и проводилась она под местной анестезией. Больного поместили на стол, привязали руки к специальным секциям на столе, обкололи место перелома анестетиком и приступили к операции.
Краснов долго и внимательно смотрел на рентгеновский снимок, висящий рядом.
Чем дольше он на него смотрел, тем большая озабоченность появлялась в его взгляде. Наконец он спросил у больного:
- Так ты уже ломал ключицу что-ли?
- Да, - ответил больной. - Два раза...
- Не просверлить, наверное, - сказал Краснов.
- Почему? - спросил я.
- Кость трубчатая, а там уже две костные мозоли. Сверлить придется самой спицей, куда она вылезет, уперевшись в мозоль?
Хирургу предстояло разрезать ткани, добраться до места перелома, сопоставить сломанную кость, а затем со стороны плечевого сустава всверлить спицу во всю длину ключицы.
- Ты где служил-то? - спросил хирург больного делая разрез.
- В разведке.
- А-а, - протянул хирург. - Теперь понятно, почему ты так долго не обращался за мед помощью.
- Ну..., так... - отвечал больной. - Думал что просто ушиб...
- У тебя тут кости в разные стороны торчат, - сказал Краснов. - А ты - "ушиб"! Вот, кстати, и твои кости.
Я подошёл к столу и заглянул в разрез. Из него торчала сломанная кость.
- Видишь, какой перелом? - спросил меня хирург.
Кость сломалась под углом, образовав два острых конца. Длина самого перелома составляла около трёх-четырёх сантиметров в длину.
- Косой перелом, - ответил я.
- Да, ответил Краснов. И это нам сейчас очень даже на руку, потому что сверлить кость мы не будем. Мы её свяжем!
- Как... свяжем? - спросил я.
- Сейчас увидишь, - сказал он и обратился к операционной сестре:
- Нужен распатор и самый толстый шёлк.
Распатор – это такой хирургический инструмент, похожий на стамеску или долото. Предназначен он для снятия надкостницы с кости.
Вот этим самым распатором хирург сделал несколько насечек на месте перелома, а затем по этим насечкам шелковой нитью стянул ключицу. Соединение получилось не таким надёжным как при металлостеосинтезе, но другого выхода на тот момент просто не существовало. Исходя из того, что от момента травмы прошло уже более двух дней, а также наличие двух, ранее произошедших переломов, плюс заканчивающаяся анестезия, хирургом и было принято такое решение.
- Будем так формировать костную мозоль, - сказал Краснов. - Только теперь придется в жёстком гипсе походить.
- А шёлк? - спросил я. - Он же не рассосётся.
- Кость срастётся, уберём.
Мужчине наложили гипс на грудную клетку и левую руку, обеспечив таким образом невозможность двигать рукой. Это было необходимо для того, чтоб образовалась костная мозоль и кость срослась.
...
Я зашёл домой. Из кухни доносилось глухое рычание и возгласы тети Люды.
- Ах, ты паразит! Да открой ты свой рот!
Я подумал, что Балун снова вцепился в мясо, и уже приготовился снова воевать с котом, но я ошибся.
- Что случилось? - спросил я, заходя на кухню.
На кухне сидела тетя Люда и держала кота, который извивался и дёргался. Пасть его была приоткрыта, дышал он шумно, с каким-то клокотанием.
- Балун костью подавился! - в сердцах ответила хозяйка.
- Фаниса загрыз? - попытался пошутить я.
- Нет! - тетя Люба засмеялась. - Кость куриная. Я ему косточку дала из супа, а он её грыз-грыз, да подавился.
- Надо доставать, - сказал я. - Пинцет нужен...
- Есть! Есть у меня пинцет! - сказала хозяйка. - Держи кота!
Балун, поняв, что сейчас его буду держать я, задёргался ещё сильнее.
- Ещё какая-нибудь куртка или фуфайка нужна, - сказал я, удерживая кота. - Мы его в рукав затолкаем, чтоб только голова торчала, а то он нам руки расцарапает!
Тетя Люба принесла старый ржавый пинцет и какую-то старую куртку. Мы затолкали Балуна в рукав и вытащили кость из его пасти. Как только кот высвободился из рукава, он сразу же схватил ту же кость и выскочил из кухни.
- Это у меня первая операция по удалению инородного тела из ротоглотки! - гордо сказал я хозяйке. - Благодарю вас за помощь, ассистент!
Продолжение следует...
Подпишитесь, нажмите на 👍 и оставьте комментарий