Роман успешно заканчивал школу. Среднего роста, крепкий телом, обладал большой силой. Уже три года успешно занимался в секции бокса. Девчонки бросали на него весьма значительные взгляды, но он был занят спортом, мало обращал внимания на противоположный пол. Их это волновало, они не прекращали кокетничать с ним, поэтому он был всегда в окружении поклонниц. Фамилия у него была звучная Бестужев. Принадлежность к княжеским корням он не афишировал, но в классе все его называли не иначе, как Князь. Со временем он стал заносчивым и вредным, амбиции взыграли, вел себя развязно, особенно с теми личностями класса, которые не могли сами себя защищать. Вот и Лерочка Сорокина была одной из них. Приставали к ней не только из-за птичьей фамилии, называя ее сорокой, но и из-за очков, в круглой оправе. Тут уж каждый волен был выбирать свои позывные: сорока, очкарик, слепуха. Она переживала, но что делать. Через это проходит почти каждый ученик.
Все изменилось с того самого дня, когда на уроке химии Маргарита Павловна объясняла новую тему. Роман крутился, шуршал тетрадью, оборачивался на заднюю парту, переговариваясь со своим другом. За ним сидела Сорокина. Повернувшись в очередной раз, он произнес свои коронные слова:
- Очкарик, дай списать алгебру. – И положил свою руку на ее тетрадь.
- Отстань, - ответила девочка.
- Сорока ты что, берега попутала, дай списать говорю, хуже будет.
- Не дам. Сказала же. – Лера вдруг сделала серьезное лицо и насупилась. Ей порядком надоели приставания этого остолопа, она замахнулась на него рукой, он в ответ дернул своей, тетрадь упала на пол.
- Ну, смотри слепуха, пожалеешь! – Пообещал он.
- Ага, сейчас.
- Бестужев, - обратилась к нему химичка, - Ты у нас самый умный в классе? Тогда иди к доске, будешь для всех тему рассказывать и опыты проводить.
Как и полагается он нехотя встал и вразвалочку, под хихиканье ребят, прошел на кафедру.
- Давай, Бестужев, дерзай. Не опозорь память предков, - язвительно проговорила Маргарита Львовна.
- А какой опыт показывать?
- Ну, ты же у нас умный, больше учителя знаешь, вот и покажи всем свое искусство.
- Ща, он нам покажет! – Засмеялся Миронов, двоечник, который уже два раза проделал опыт со взрывом, напугав всех и осрамив себя.
- По шее захотел, Мирон! – парень смолк.
Ромка в нерешительности потоптался у реактивов, выбирая, что бы взять. Ну, держитесь, сейчас я вам покажу, он поставил перед собой бутылочку с серной кислотой, подтянул колбу с этанолом и взял в руки пробирку.
- Все, все, достаточно, Бестужев, не хватало нам здесь взорваться вместе с тобой. Садись и не отвлекайся на Сорокину.
Все дружно засмеялись. Не солоно хлебавши, возвращался он на место и заметил, как ядовито подозрительно смотрела на него Сорокина. Он показал ей кулак и вальяжно развалился на стуле.
Выходя не перемене из класса, он споткнулся о порог и упал прямо под ноги проходившей мимо директрисе.
- Бестужев, осторожно, ты здесь не один. – Сделала она замечание.
Под дружный хохот ребят, он поднялся, потер ушибленное колено:
- Ну, чего ржете? Ха-ха-ха! Смешно вам? – все замолчали.
Он встал и обнаружил на брюках дырочку.
- Ну, Сорока, я тебе покажу. Новые брюки порвал.
На физкультуре, когда команда девочек играла в волейбол, ему в голову прилетел мяч, да так сильно, что перед глазами побежали черные точки. Они танцевали то ли польку, то ли румбу. Он бы конечно мог увернуться, но неожиданное нападение произошло со стороны спины. Поговаривали, что его бросила сорока.
На следующий день, по дороге в школу его облила водой из лужи, проезжавшая мимо машина. Он стряхивал воду с совершенно мокрых брюк, показал водителю кулак, но тот его уже не видел. Пришлось вернуться домой, опоздал на уроки. Классный руководитель сделал ему уже второе замечание за четверть.
- Роман, ты становишься не управляем, что с тобой. Еще одна выходка и будем вызывать родителей в школу.
Еще чего? Только этого мне не хватало. Отец задаст тогда на орехи. Ну, сорока, держись! Точно, она наколдовала, теперь ему и не везет. Пора прекращать ее пагубное влияние на меня.
Вечерами Лерка занималась в музыкальной школе по классу скрипки. Возвращаться ей приходилось через сквер. Вот там и поджидал он свою жертву, настроившись на жестокую месть. Время подходило к восьми и быстро темнело, в конце дорожки показался знакомый силуэт со скрипкой в руках, он притаился за деревом, и, когда девочка поравнялась с ним, выскочил из укрытия, с криком.
- Ааа!- растопырив руки в сторону, - Оооо-уууу! – закричал он еще громче, почувствовав резкую боль между ног.
Он катался по земле, завывая и корчась от боли. Тут к нему подошла Лера.
- Что с тобой? Тебя избили? – Было первое, что она спросила. Он смотрел на нее, не в силах что либо сказать. Еле- еле поднялся он на ноги, поддерживаемый одноклассницей. Он понял уже, что в темноте перепутал ее с Марьей Ивановной, музыкальным работником. Ой, что теперь будет. Она ведь точно узнала его.
- Вот блин, попадет мне. Я хотел тебя напугать, а встретил Марью.
- Ты что, совсем дурак? Ты на нее напал?
- Я же не думал ее встретить. И скрипка у нее была в руках, как у тебя.
- Пойдем, горе- ты мое. – Лера поправила ему ворот рубашки, пригладила , торчащий вихор. Он стоял ошарашенный. Ее прикосновения были так приятны. И неожиданны.
- Лерка, скажи, ты мне что- то сделала? Магия, сглаз. Убери это. Мне так в последнее время не везет. – Просил он, искоса поглядывая на ее реакцию.
- Тебе, наверное, на боксе последние мозги отбили. – Она жалостно посмотрела на него. – Понимаешь, так бывает в жизни, зебра, обычная зебра, полоса белая, полоса черная. Ты в черную попал. Неудачи преследуют тебя. Перейдешь в белую, все исправится.
- А как из нее выйти.
- Не знаю. Если бы я знала сама давно бы вышла.
- А у тебя то что?
- Еще спрашиваешь? Сам жизни в школе не даешь, пристаешь, обзываешь. Думаешь это приятно? Вот тебя Князем окликают, да? Вроде и ничего. Князь – это важность, солидность, титул. А меня: то сорока, то слепуха, стыдоба. В школу идти не хочется. Только и ждешь, когда будут кричать: очкарик, очкарик идет.
Ему было стыдно и обидно за эту девчонку – а она так ничего. Все понимает.
- А хочешь, больше тебя никто так называть не будет, а если будут обижать, ты мне скажи, враз получат.
- Хочу. Только ты руками сильно не размахивай, а то вокруг одни инвалиды будут.
Они от души смеялись. Так и дошли, веселясь, до самого дома. Может это смешно, но ему было очень приятно общение с Лерой.
- До завтра.
- До завтра. Пока.- Девочка, взяла из его рук скрипку и зашла в подъезд. Дверь закрылась, а он еще долго стоял, запуская пальцы в волосы, теребя их, смотрел в вечернее небо и улыбался.
Ромка был счастлив. Сорокина оказалась классной девчонкой. И ничего, что она в очках. Красивая.
В эту ночь ему снились радужные сны. Утром было отличное настроение. Он торопился на уроки, обошел лужу стороной, и, улыбаясь, ввалился в класс. Валерия уже сидела на своем месте, приготовив тетрадь и ручки. Как обычно, Кирилл уже начал подкалывать ее.
- А сорока сегодня….
Сильная рука сдавила его плечо, он повернулся.
- Слышь, Киря, а что у тебя сегодня уши такие оттопыренные?
- Чего?
- Чего, чего? – Передразнил его Роман, - успокойся, а то они еще и пухлыми станут.
На выпускном вечере Ромка танцевал с Валерией вальс. Они не обращали внимания на других. Для них сегодня играла эта удивительная музыка, и они кружились в потоке необыкновенного счастья и наслаждения. Рука об руку они дружно ступили на белую полосу жизни. И дай бог, чтобы она была широкой. Не заканчивалась. Долго, долго. А зебры пусть гуляют в саванне, где им самое замечательное место.