Психологом оказался мужчина лет пятидесяти пяти и как «логопед с улицы Кой-кого» из известного советского фильма. Пока я заходила в его просторный, с затейливыми аксессуарами, кабинет, он многократно хрюкнул, дернул носом, откашлялся раз пятнадцать и при этом умудрялся непрерывно чесаться в разных местах. Он сунул мне стопку тестов и каких-то странных заданий, посадил за парту и удалился. Вернулся часа через два. Просмотрел мои труды и галантно представился: — Я дипломированный специалист и доктор наук. Работаю давно в стиле Пэзэшкиани.
— Пэзи… что?
— Не «что», а «кто». Это великий психотерапевт (как я). На что жалуетесь?
— Да вот, у меня навязчивости…
— У меня тоже, — хмыкнув, перебил меня он и страстно зачесался в лысом затылке. — И именно я могу Вам помочь. Потому что я не просто профессионал, а я отношусь к Западному иррациональному течению с позиций раненого целителя. А это значит, что психолог должен страдать тем недугом, который он лечит. И в том его призвание. Я страдал навяз