Сирота, вернувшийся с СВО тяжелым инвалидом, остался без дома: «Витя, мы тебя нашли, ты узнал нас?»

Житель Екатеринбурга Виктор Баутин во время частичной мобилизации сам отправился в военкомат. Молодой мужчина решил не ждать, когда придет повестка.

Уралец был мобилизован осенью прошлого года. В настоящий момент Виктор находится в реанимации в московском госпитале имени Бурденко. При исполнении боевой задачи в зоне специальной операции на Украине мужчина получил тяжелое осколочное ранение - за его жизнь сейчас борются врачи.

Виктор вырос в детском доме в поселке Малый Исток, единственный родной человек, который в дальнейшем будет осуществляться заботу о нем, - это его брат-близнец по имени Семен. Однако в настоящий момент братья оказались в отчаянной ситуации: у них нет дома, передает уральский портал E1.ru.

За братьями, воспитывавшимися в детском доме, сохранилась прописка в трехкомнатной квартире, в которой они проживали с матерью до детдома. У молодых людей сохранилось право пользования жильем. Правда, квадратные метры были муниципальными, приватизировать семья братьев их не успела.

После детского дома они не смогли заселиться в это жилье, однако на помощь им пришел бизнесмен из Екатеринбурга. Мужчина предоставил работу и жилье. Потом молодые люди встали на ноги и начали снимать квартиру.

Сейчас они оба оказались в крайне непростой ситуации. Виктор находится в реанимации в Москве, Семен из-за тяжелого заболевания получил инвалидность, но работать пока может.

- Витя, мы тебя нашли, ты узнал нас? Возвращайся в сознание, Витя, мы ждем тебя! - обратился Семен с друзьями по детскому дому, приехав к брату в московский госпиталь.

Врачи рассказали, что Виктору спасли жизнь в госпитале ЛНР, куда его привезли сразу после ранения. В тот момент в медучреждении трудился московский нейрохирург, он и сделал сложнейшую операцию по удалению гематомы в головном мозге.

Семен находится в отчаянном положении, поскольку ему некуда везти брата после выписки. Квартира, которая закреплена за ними, опечатана, вероятно, по причине гигантского долга за ЖКХ, который начислялся, несмотря на то, что там никто не проживал.