Есть страны, где всё устроено не так, как мы привыкли. Но Туркменистан — это не просто «не так», это будто параллельная вселенная, где слово «норма» означает нечто совершенно иное.
То, что для нас звучит как дикость или анекдот, там — часть повседневной жизни. Причём не временно, а всерьёз и надолго.
Хотите заглянуть в мир, где логика работает по своим правилам? Пойдём. Только держитесь — будет непривычно.
Давайте разберёмся, что в Туркменистане считается нормой, а для нас дико.
1. Мрамор есть, людей нет: как устроен город, который существует только на фото
Ашхабад — это не город, а белоснежный макет города. Столица Туркменистана украшена по последнему слову… ну, скорее, по последнему капризу. Белый мрамор, гигантские фонтаны, золотые памятники и клумбы, которые выглядят как отрендеренные в 3D.
Город настолько ослепительный, что его можно использовать вместо софтбокса на фотосессиях. Он даже попал в Книгу рекордов Гиннесса как «самый беломраморный город мира». Но что странно — в нём никто не живёт. Или почти никто.
Центральные проспекты предназначены не для прогулок, а для «представления страны». Пешком по ним ходить не нужно. Да и нельзя — неформально. Там ездят только белые машины — это не метафора. Чёрные авто однажды запретили: не гармонируют с городской палитрой.
Владелец чёрной машины мог получить штраф или мягкое предложение перекрасить — желательно за свой счёт. Ровные дороги, сверкающие фасады и фонтаны работают вхолостую: по ним проносятся только чиновники и их водители. Остальные — за кадром.
2. Квартиры — для витрины, жильё — как в девяностых, только с Wi-Fi через окно
А вот где настоящая жизнь, так это в советских пятиэтажках на окраинах. Их прозвали «грибные дома»: каждый балкон облеплен спутниковыми антеннами, как грибами. Без тарелки — никуда. Это окно в мир, единственный способ узнать, что там вообще происходит.
У местного ТВ одна повестка: президент строит, улыбается, говорит стихами, проводит совещания с алабаем и открывает ещё один городской квартал, где никого нет.
С антеннами власти воюют давно. Периодически проходят субботники, где местные коммунальщики срывают «грибные наросты» с фасадов. Но через пару недель они вырастают снова. Потому что если смотреть только официальные каналы, можно подумать, что ты живёшь в Швейцарии. В декорациях для спектакля про «счастливое будущее».
Интернет в стране есть, но как музейная редкость. Подключение — дорогое, качество — низкое, а содержание — отфильтровано до состояния «ничего лишнего». Заблокированы Telegram, Facebook, YouTube и почти всё, что делает Интернет интернетом. VPN запрещены. Кто пробует обходить — рискует.
Так что вся надежда — на старые добрые тарелки. Смотреть турецкие сериалы, узнавать про цены на бензин в Узбекистане, слушать блогеров, которые уехали — вот зачем они всем нужны. Сигнал ловят, как рыбу: один держит антенну, другой крутит, третий кричит с балкона: «Поймали! Оставь!»
3. Магазин как поле боя: трофеи — гречка, мука и куриные окорочка
Цены в государственных магазинах регулируемые. То есть в теории — доступные. Но попасть в эти магазины сложнее, чем в закрытый клуб. Если повезёт, можно купить картошку по 8 манатов (около $2,30), окорочка по 16 манатов ($4,48), гречку по 35 манатов ($9,80), а сыр — от 70 до 140 манатов ($20–40), в зависимости от степени «элитности» и страны происхождения.
Продукты — в буквальном смысле золотые. А зарплаты — в среднем $230 в месяц. При этом доллар на чёрном рынке стоит в восемь раз дороже, чем по официальному курсу.
Очереди в магазинах — отдельный жанр. Больше четырёх человек у входа стоять нельзя. Это портит «имидж страны». Остальные ждут за углом, делают вид, что просто вышли подышать. О новых завозах еды сообщают по сарафанному радио — или по звонку «от человека в теме».
Родственники передают информацию, кто, где и когда видел мешки с мукой. Магазин, кстати, могут обыскать. Особенно если вы из провинции и приехали в Ашхабад за покупками — машина с «неправильными» номерами уже под подозрением.
4. Лечиться можно. Но сначала купи бинты, мыло и запасись оптимизмом
Формально медицина бесплатная. Практически — всё по старинке: приём врача без благодарности может не состояться. А ещё лучше — принести с собой простыню, йод и лекарства. Некоторые отделения напоминают сцены из старых фильмов о санитарии: всё чисто, но страшно оттого, как давно всё это видело капремонт.
Современные клиники есть. Но они — как пятизвёздочные отели на фоне сараев. Доступны только «особенным» пациентам. Принадлежат, по слухам, тем же, кому и крупнейшие аптеки страны — семье президента. Это удобно: лекарства продаёшь сам, услуги — тоже твои, всё в кругу. Народ ходит туда, куда пускают. И старается не болеть.
5. Женщина за рулём — как коза на балу: вызывает много вопросов
Официально женщинам не запрещено водить. Но если её остановит инспектор, может случиться что угодно: от выговора до изъятия прав. Причина? Никакой. Просто «не положено». Особенно если она в чёрном, с макияжем, в солнцезащитных очках — это уже почти акт бунта.
Образ «скромной и незаметной» — не пожелание, а неписаный кодекс. Косметика? Под запретом. Светлые волосы, губы с объёмом, ресницы? Лучше оставить это для отдыха в Стамбуле. На госработу с этим не возьмут, а в обычной жизни можно привлечь лишнее внимание. В неблагоприятном смысле.
6. Образование: гимн, линейка, хлопки, махи флажками
Школа в Туркменистане — это не только учёба. Это торжественные мероприятия, обязательные парады, массовки и митинги. Дети знают: учебник может подождать, а флажок — нет. Лето? Осень? Зима? Всё равно маршировать, встречать чиновников, петь гимн и не падать в обморок. Хотя, бывает, и падают. Особенно летом. Поэтому бабушки дают внукам воду и говорят: «Главное — не упади на флажок».
Университеты — это уже серьёзно. Стоимость поступления — от $3000 до $10 000. Даже если вы идёте на платное. Преподаватели, как правило, ожидают «знаков внимания» не только на праздники. Оценка — вопрос культуры общения. Сдал экзамен — отлично. Не сдал — можно договориться.
7. Праздники — много, громко, долго. Даже дыня имеет свой день
В стране более 30 официальных праздников. День дыни, День туркменского ковра, День воды, День скакуна. Есть День памяти Туркменбаши, День Конституции, День нейтралитета. Каждый праздник сопровождается массовками, песнями, танцами, гимнами.
Школьники, студенты, пенсионеры — все обязаны участвовать. На ногах с шести утра. Старики — в памперсах, дети — на подсолнечном масле. Потому что отстоять 4–6 часов на солнце в народном костюме — испытание не для каждого.
8. Гигантские стройки без жильцов
Ашхабад-Сити. Ахал — новая административная столица. Миллионы долларов, лучшие архитекторы, стекло и бетон, фасады и колонны. Только вот после торжественного открытия туда никто не заселяется. Или почти никто. Города стоят, как новые туфли в витрине: красиво, но никто не носит.
9. Как учиться и не разориться: туркменская модель образования
В Туркменистане высшее образование похоже на частную инвестицию в чувство благодарности. Поступление — дело затратное. Даже если вы идёте учиться за деньги, просто оплатить обучение недостаточно. Для поступления на коммерческое отделение нужно занести до десяти тысяч долларов. На бюджет — тоже. Потому что конкурс решается не по баллам, а по уважительной репутации семьи и толщине конверта.
Дальше — веселей. Сессия — мероприятие не столько академическое, сколько финансово-культурное. Каждый преподаватель ждёт внимания. Это может быть коробка конфет, может быть чай, а может быть сумма, равная половине вашей стипендии. Нередко платят даже за зачёт по физкультуре. Потому что уважение к профессору выражается в эквиваленте.
Оценки за знания? Тоже бывают. Но чаще — за вовремя принесённый «знак признательности». Родители к таким расходам готовы заранее. Учёба в вузе — это дорого. Даже если вы не покупаете учебники.
10. До сорока не выездной: паспорт в ящике, чемодан на антресолях
В Туркменистане молодому человеку до сорока лет не положено уезжать за границу без особого разрешения. Формально закон этого не запрещает. Но на деле людей разворачивают в аэропорту. Без объяснений. Без документов. Просто «нет».
Это касается даже тех, кто едет учиться по контракту. Кто получил визу. Кто купил билет. Кто уже поступил. Родители таких студентов могут переслать за границу не больше пятидесяти долларов в месяц. Всё строго, всё под контролем. Иногда эти переводы не доходят. Иногда студент вынужден работать, чтобы продолжать учёбу. Иногда бросает учёбу, потому что выжить невозможно.
Проблемы с выездом — не временные. Их нельзя «переждать». У некоторых за спиной — годы попыток получить разрешение. У кого получилось — хранят молчание. Чтобы не навредить тем, кто ещё пробует.
А вы бы смогли прожить в таком месте хотя бы неделю, не нарушив ни одного негласного запрета?
Пишите в комментах 👇Ставьте лайки 👍