Часть 1 . Перекрёсток судьбы
Утро выдалось пасмурным. Небо затянуто серыми тучами, казалось, что кто-то специально хочет скрыть от меня солнце. В моей маленькой тесной квартирке было тоже пасмурно и уныло. Моя жизнь была ко мне не особенно благосклонна.
— Анна, ты опоздаешь, — голос матери вырвал меня из размышлений.
— Уже иду.
Торопливо одевшись, я привычно собрала волосы в хвост, мазнула тушью по ресницам и решила, что на сегодня с красотой всё. Работа официанткой в кафе "У Михалыча" не требовала особых изысков в макияже. Там ценились быстрые ноги и терпение к пьяным посетителям, а не красивые глаза.
По дороге я снова проверила телефон. Звонка из клиники всё ещё не было. Мама ждала операцию уже третий месяц. Её почки отказывали, а квота всё не приходила. Частная клиника требовала сумму, сравнимую с годовым бюджетом нашей семьи.
В кафе было шумно. Пятница — день зарплат и весёлого настроения у работяг с ближайшего завода. Для нас это означало много работы и чаевых, если повезёт.
— Аня, 4-й и 7-й твои, — сказала Марина Степановна, наша администратор, сунув мне в руки меню.
Я кивнула и, нацепив профессиональную улыбку, направилась к столикам. Вечер обещал быть длинным.
К полуночи, когда мои ноги гудели, а спина отказывалась разгибаться, в кафе ввалилась группа мужчин в дорогих костюмах. Судя по раскрасневшимся лицам и громкому смеху, они уже где-то "разогревались".
— Михалыч, организуй угощение для дорогих гостей, — крикнул один из них, и я узнала Петра Сергеевича, владельца нашего кафе, который заглядывал сюда раз в месяц для проверки.
Вечер тянулся медленно. Компания шумела, требовала то одно, то другое. Я сбилась с ног, таская блюда и напитки. Только Соколов сидел молча, изредка отвечая на вопросы собутыльников. Один раз наши взгляды встретились, и мне показалось, что он изучает меня, как какой-то экспонат. Я быстро отвела глаза.
Около трёх часов ночи мой телефон завибрировал. Звонила соседка, которая присматривала за мамой.
— Анна, твоей маме плохо. Я вызвала скорую.
Сердце ухнуло куда-то вниз.
— Я сейчас приеду, — я тут же бросилась к Марине Степановне.
— Маме плохо, мне нужно срочно уйти.
— Аня, ты же понимаешь, что у нас VIP-клиенты, — развела она руками.
— Это мама, — повторила я твёрже.
— Ладно, иди. Но завтра выйдешь в двойную смену.
Я кивнула, быстро переоделась и уже направлялась к выходу, когда меня окликнул один из подвыпивших мужчин.
— Эй, красотка, куда это ты? А как же десерт?
— Извините, у меня срочное дело, — попыталась я обойти его.
— Да ладно тебе, — он схватил меня за руку, — что может быть важнее, чем угодить клиенту?
Я попыталась вырваться, но он держал крепко.
— Николай, — раздался спокойный голос. Это был Соколов. — Отпусти девушку.
Мужчина тут же разжал пальцы. Я взглянула на Соколова с благодарностью.
Маме столо хуже и ей срочно нужна операция. Квоту мы пока не дождались, а делать в частной клинике очень дорого.
— Полтора миллиона, — сказал врач. — И это минимум.
Я сидела в коридоре больницы, обхватив голову руками. Где взять такие деньги? Кредит не дадут, имущества у нас нет, друзья и знакомые такой суммой не располагали.
Уже светало, когда я вернулась домой. Несколько часов я обзванивала всех, кого знала, прося помощи. Собрала двести тысяч — капля в море. Меня трясло от бессилия и отчаяния.
В дверь позвонили. На пороге стоял незнакомый мужчина в строгом костюме.
— Анна Сергеевна Ковалёва?
— Да, — настороженно ответила я.
— Меня прислал Виктор Андреевич Соколов. Он хотел бы с вами встретиться.
Я растерялась. Зачем олигарху встречаться со мной?
— Сейчас?
— Да. Машина ждёт внизу.
В любой другой день я бы отказалась. Но сегодня... Может быть, это шанс? Я привела себя в порядок , и вышла из подъезда, где уже ждал "Мерседес"
Мы приехали в огромный особняк, который был на окраине города. Дом казался маленьким дворцом окруженный забором. Меня проводили внутрь, через роскошный холл в кабинет.
Соколов сидел за массивным столом и что-то печатал на ноутбуке. Услышав наши шаги, он поднял голову.
— Спасибо, Геннадий, можешь идти, — сказал он водителю.
Мы остались одни. Соколов жестом указал мне на кресло напротив.
— Присаживайтесь, Анна.
Я села, чувствуя себя неуютно в своей простой одежде среди этой роскоши.
— Вы, наверное, удивлены моим приглашением, — начал он.
— Немного, — призналась я.
— Я навёл о вас справки. У вас сложная ситуация с матерью.
Я напряглась. Как он узнал?
— Полтора миллиона на операцию, — продолжил он. — Немалая сумма для официантки.
— Зачем вы меня пригласили? — спросила я прямо.
Соколов слегка улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.
— У меня есть предложение. Я оплачу операцию вашей матери и обеспечу ей лучший уход. Взамен вы будете работать на меня.
— Кем?
— Личным ассистентом.
Я недоверчиво смотрела на него. Личным ассистентом? Я, без опыта и связей?
— Почему я?
— У меня есть на то причины, — уклонился он от ответа. — Условия такие: вы проживаете в моём доме, выполняете все мои поручения, и сопровождаете на все мероприятия. Срок — один год. После этого вы свободны, а все расходы на лечение вашей матери я беру на себя.
— А если я откажусь?
— Тогда я просто попрощаюсь с вами, и мы забудем этот разговор.
Я молчала, обдумывая его слова. Это звучало подозрительно, но что у меня за выбор? Мама умрёт без этой операции.
— Мне нужно подумать.
— Я даю вам час, — сказал он, поворачиваясь к ноутбуку. — Геннадий покажет вам дом.
Меня водили по особняку, показывали комнаты с картинами и антикварной мебелью. Было впечатление как будто я сплю, и далеко от моей реальности.
"Год," — думала я. — "Всего один год."
Когда я вернулась в кабинет, Соколов по-прежнему работал.
— Я согласна, — сказала я тихо.
Он поднял голову и кивнул, будто и не сомневался в моём ответе.
— Хорошо. Сегодня вашу мать переведут в частную клинику. Завтра вы можете её навестить, а потом переедете сюда.
Он протянул мне папку с документами.
— Контракт. Прочтите внимательно и подпишите.
Я пробежала глазами по строчкам. Сумма на лечение, условия проживания, конфиденциальность... и неустойка в случае досрочного расторжения контракта — пять миллионов рублей.
— Пять миллионов? — я подняла на него глаза. — Откуда я возьму такие деньги?
— Мне нужна гарантия того, что вы не сбежите после операции матери, - сказал он. Вам не стоит беспокоится, если вы выполните все условия. Тогда вам не придется платить.
Я очень боялась, но вспомнив бледное лицо мамы и её тихий голос: "Анечка всё будет хорошо"
Я решилась и поставила подпись.
— Умное решение, — сказал Соколов, забирая документы. — Геннадий отвезёт вас домой. Завтра в десять утра жду вас здесь с вещами.
Когда я уже была у двери, он добавил:
— И, Анна... Не думайте, что сможете меня обмануть. Я всегда получаю то, что хочу.
Он произнес эти слова так, что у меня по спине пробежал холодок. Мне показалось, что только что подписала договор с дьяволом.