Отдышавшись на пункте сбора, мы начали приходить в себя. Мы уходили в отрыв, а говоря гражданским языком: очень быстро убегали, от преследования охраной станции. И хоть "хвост" отвалился быстро, правила есть правила. До конца отрыва никто не расслабляется и не снижает темпа. Мы ушли удачно. Дальше наши пути с партизанами расходились. Группы стали прощаться. Фин пожал руку Аскету и сказал:
— Ты хоть и расп…док, но офицер отличный. Если захочешь, то возвращайся.
— Служу России! — ответил Аскет.
— Иди давай уже! — дал напутственные слова Фин.
Группа партизан скрылась в темноте, унося с собой пленного лейтенанта Свиридова. Мы же пошли на пункт сбора для воссоединения с оставшейся частью нашей группы. Темп на марше соблюдался ускоренный. Нам надо было преодолеть 15 километров за два с половиной часа. Предутренний лес покрылся холодным туманом, который сбивал дыхание и стекал холодными каплями с лица. Сзади меня сопел Тайсон. На очередном подъеме я подскользнулся на грязи и поехал вниз, снеся его с ног.
— Мля, лейтенант, я и так уже задолбался топать. Ещё ты тут кёрлинг устроил. — сказал Тайсон, вставая из грязи.
— Виноват, товарищ майор. Набегался за двое суток, ноги уже не идут. — ответил я, помогая ему подняться.
— Называй меня просто Миша. Да по тебе видно, что ты конкретно задолбался. Напомни, как тебя?
— Денис, — ответил я и мы продолжили движение
— Ага, ты Денис по имени, а Дэн по позывному. А ты — Куплет, выходит.
— Так точно. Куплет я.
— Стихи пишешь что-ли?
— Ну так, немного. Стихи, песни. Но тут совпало. Фамилия созвучная и пишу. Вот и приклеилось. — объяснил я.
— А у меня в начале службы реально позывной Пельмень был. — сказал Тайсон и тихо засмеялся.
Мы продолжали уходить в рассвет, сшибая каждым шагом обильную росу. Очень хотелось спать. Чуть меньше хотелось есть. Но больше всего хотелось отправить свой пулемет в космос. Мне вспомнились курсантские годы, когда нас нещадно гоняли на учебных задачах, готовя к реальной службе. Как позже напишет в своей книге мой погибший Друг Саша Волошин: "Спецназ — это романтика. Романтика стертых до яиц ног, промерзших насквозь костей и не гнущихся конечностей. Это когда ты высасываешь воду из мокрой шерстяной перчатки, потому что у тебя нет сил достать бутылку из рюкзака. Потому что если ты остановишься, то ты уже не сможешь идти дальше. Потому что идёшь ты на пределе своих сил." Вспомнил, как мы с Винтом, Кирпичом, Аскетом и Шевой курсантами умирали на маршах по 40-50 километров. И как потом смеясь пробежали марафон на каникулах, в лёгких кроссовках, штанишках и футболочках. А не с оружием, боекомплектом и снаряжением.
Разведчик несёт на себе от тридцати до восьмидесяти килограммов в зависимости от задачи. Но потом, когда ты выполнил задачу, пусть и учебную, то ты понимаешь, что все было не зря. Что пока другие спят в теплой постельке после ночного клуба, ты с четвертой попытки залезаешь в кузов КамАЗа и проваливаешься в нирвану несмотря на то, что лицо лежит на мокрых, холодных досках. Ты смог. Ты выполнил задачу. Ты победил. И нет, ты не засыпаешь. Это неподходящее слово. Скорее ты теряешь сознание. Просто до этого ты запрещал себе это сделать. Потому что у тебя приказ, долг, присяга, Родина. А теперь можно…
А когда ты живой и без потерь возвращаешься с боевой задачи, то эти чувства я не смогу даже описать. Как бы тяжело тебе не было морально, но в душе ты паришь в невесомости. Ты смог, ты выжил, ты победил. Ты выполнил боевую задачу. И именно в такие моменты ты понимаешь, что такое спецназ. Это не красивая форма с голубым беретом, тельником и шевроном с летучей мышью, не накаченный торс, не модное снаряжение в мультикаме. А это люди, которые на пределе своих физических и психологических возможностей профессионально выполнили задачу. Которые добровольно нанялись на такую работу. И не собираются с нее уходить. Они знают, что им придется вновь и вновь проходить тоже самое. И они осознанно выбирают это. Они выбирают Родину.
Из потока мыслей меня выдернула чья-то рука, дёрнувшая меня за рюкзак:
— Куплет, ты куда топаешь, в Казахстан собрался что-ли? — спросил у меня со смехом Тайсон.
— А, чего? — не понял вопроса я.
Я огляделся по сторонам. Небо значительно посерело. За сплошными осенними тучами забрезжил рассвет. Я просто заснул на ходу. Да-да, пока я размышлял о суровой службе в спецназе я просто уснул на ходу. Романтик, хренов. Впереди, правее, раскачивалась чья-то спина с рюкзаком. Я стал догонять сослуживцев. За мной тяжело дышал Тайсон:
— Миша, ты представь, я заснул тупо сейчас. Ну когда в Казахстан собрался.
— Да я сам сейчас усну.
— Слушай, а ты чего пошел-то? Мог же сейчас спать в теплом штабном кунге.
— Не за этим я в спецназ пришел. Не за теплым кунгом.
— А Дэн сказал, что ты за деньги с нами пошел. Ну которые за учения заплатят.
— А ты думаешь, что в кунге нам не платят?
— Да это я в шутку.
— А я нет. Но вот усну сейчас точно и без теплого кунга. Может прочтешь что-нибудь из своего, раз ты поэт у нас?
— Кто не был в разведке — тому не понять. Как хочется есть и как хочется спать.
— Не, это я слышал. Ты из своего давай что-нибудь. Для поднятия духа.
Мы в такие шагали дали,
Что не очень то и дойдешь.
Мы в засадах часами ждали,
Невзирая на снег и дождь.
Мы в воде ледяной не тонем.
И в огне почти не горим.
Мы ребята из спецназа,
В беретах цвета ультрамарин.
Ведь по всех конфликтах и войнах,
За последние полсотни лет,
И в условиях дикой природы —
Равных нам и в помине нет.
Заберемся в дальние страны,
И вернемся, взяв языка.
А решить нам любую задачу —
Это сущая ерунда.
Кто сказал, что в разведке все просто?
Тот не видел нами прожитых дней.
Через тернии какие проходим,
Превращаясь в мужчин из парней.
И мы поиск ведём осторожно,
Чтоб объект искомый найти.
И налетом его уничтожим,
Снеся всех на своем пути.
Если нужно поставим засаду,
Сделаем пакость любую врагам.
Все видят слышат и знают —
Разведгруппы и тут, и там.
Мы все время боеготовы,
Пусть хоть в ад посылает страна.
И если небо нас поманит —
Раскрываем мы купола.
— Классно! Аж голова чуть яснее стала. Давай ещё что-нибудь!
— По осколкам хрупкого мира
Лёгкой поступью, не спеша…
— Чего разбухтелись там? Молча идём! — решил прервать наш литературный вечер Фин
Дальше шли молча. Но утренний прохладный ветерок на мокром от тумана лице прогнал сон. Но не прогнал усталость. Наконец-то мы вышли на пункт сбора и воссоединились с остальной частью группы, которую командир оставлял как резерв. Мы проследовали на нашу новую базу. Прошлой базой был рыбацкий домик. Сейчас же "жить" мы должны были на полянке в лесу.
Фин построил нас и довел нашу основную задачу.
— Значит так. Сейчас основной подгруппе приводить оружие и снаряжение в порядок, питаться, отдыхать. Резерв - в охранение. В 23:00 мы выдвигаемся. Нам предстоит произвести поиск дивизиона мобильных оперативно-тактических ракетных комплексов. У нас есть некоторые данные и сведения из ОРКЦ округа. Из них можно прикинуть возможные районы его размещения. И разведпризнаки, которые будем искать. После обнаружения дивизиона нам необходимо, передать на Центр его координаты, провести диверсию на основных его элементах, захватить или уничтожить командование. Детали в 22:00. Готовность группы в 22:30. Разойтись!
Мы принялись приводить оружие, снаряжение и себя в порядок. Мой пулемет ещё не стрелял. Я лишь протер его промасленной тряпкой, уделив особое внимание обслуживанию ленты. Тетрис же принялся чистить свой автомат основательно. В это время Тайсон с Федотом организовывали завтрак на группу.
— Валера, — обратился я к Тетрису, — вот Фин сейчас будет глобалить над картой, анализируя пригодные районы для размещения дивизиона. Потом мы пойдем их искать.
— Ну да, — с непониманием уточнил капитан.
— Но ведь когда мы в субботу собирались на задачу, то Фин же должен был сдать какие-то Решение? Что-то же лежит в оперативном деле? Нам же как-то составляли программу связи. То есть это все липа? Мы пойдем в другие районы, будем там вести поиск и качать липовые сеансы?
— Ну… В принципе, да! — ответил Валера.
— Ну ты же понимаешь, какой это п…дец? На войне нас бы сначала свои завалили не в том квадрате, а выживших посадили бы особисты по возвращении…
— Куплет, ну ты прикалываешься? Ну какая война? — влез в наш разговор Дэн. — С кем ты воевать собрался? С босяками в Сирии? Ну ты же их ракеты искать не будешь?
— Дэн, а ты думаешь, что в Сирии у босяков нет ракет? Ты что-нибудь про их РСЗО слышал? В том числе и самодельные. В чем задача по их поиску отличаться будет от того, чем мы занимаемся сейчас? И представь себе, мы их там искали. А мы сейчас страдаем какой-то фигнёй. При том, что каждый тут профессионал. И способен выполнить такую задачу, как два пальца об асфальт. Но при этом мы участвуем в этом цирке. Точно такое же разгильдяйство будет и в боевых условиях. Помяни мое слово! — искренне не понимал я спокойствия некоторых сослуживцев.
— Да, ладно, ну ты чего разошелся? — не мог понять моего недовольства Грек, невольно присоединившись к разговору.
— Товарищ майор, разрешите вопрос? — обратился к нему Тетрис.
— Давай.
— Не Вы ли недавно спрашивали у меня тактико-технические характеристики РСЗО M-142 Himars на "Иностранных армиях" (учебная дисциплина)?
— Да вроде было, да.
— Но Вы же понимаете, что умея применять высокоточные баллистические ракеты, данный комплекс станет одним из основных огневых средств противника в тактическом и оперативно-тактическом контуре, в случае нашей неядерной войны с любой страной НАТО?
— Ты чё, с НАТО воевать собрался?
— А Вы считаете, что это нам не грозит? Что Европа не враждебна нам? Что нам не угрожает та же Польша? К нам нет претензий в Арктике у Финнов, Шведов и Норвегии? С Турцией в САР у нас все ровно? Про Украину я вообще молчу. Чем там ещё закончится, и не придется ли нам вводить на Донбасс свои войска ещё совершенно не ясно.
— Ты что, дурак, что ли? Кто ж решится воевать с нами? Ты Польшу ту видел? А нашу армию? Что нам та пукалка Химарс?
— Кто решится воевать? Да кто угодно. При поддержке всех остальных. Найдут кого под танки бросить. Кризис зреет крупнейший. И вот тогда, именно части армейского спецназа смогут стать главным оружием против всех ракетных комплексов противника. Что кстати является нашей основной задачей. И было поводом для создания армейского спецназа. И мы сейчас имеем отличную возможность поупражняться в этом, а рассчитывали СМС-ку с координатами получить. А теперь у нас все через ж..пу!
— Да ладно тебе, расслабься и не нагнетай, капитан! — сказал Грек с усмешкой
— Непробиваемое толстолобство, сказал себе под нос Тетрис.
Но я слышал его слова уже едва. Я просто мгновенно провалился в сон, оказавшись в теплом спальнике. Даже ароматы готовящегося завтрака не могли потревожить моего засыпания. Как и чувство голода. Уже ничто бы не смогло разбудить меня. Я провалился в сон. И буквально через минуту кто-то потряс меня за плечо. Ну дайте же поспать! Я открыл глаза. Вокруг было темно. Над головой был натянут тент. Люди выползали из спальников, кто-то уже укладывал рюкзак, кто-то разогревал кашу из пайка на таганке.
— Вставай, Куплет! Через полчаса готовность группы. — сказал Тайсон. — Иди пожри. Мы накрыли вон там под тентом.
— Спасибо, сейчас подойду.
Я вылез из спальника, сменил свои спальные кеды на берцы, и выкарабкался из под тента. На дереве висела бутылка горлышком вниз. Дно у нее было обрезано. Такой походный умывальник. Крышка отворачивалась на пол оборота и вода текла тоненькой струйкой. Удобно было умываться. Чем и занимался Соль. Умывшись, он осмотрел мой заспанный вид, промокнул лицо тельником:
— О, проснулся? Днём такой дождяра был. Пришлось тенты натягивать. Но водички набрали вон. Иди умойся. Полегчает.
— Да, похолодало как-то.
Я отвернул крышечку, набрал в ладони ощутимо остывшей воды и умыл лицо. Немного загудело в голове, но с каждым вдохом становилось все легче. Сон улетучивался, наступала ясность черепной коробки, как говорится. Приведя себя в порядок, я с удовольствием забрался под тент, где был накрыт стол. Ну как стол… Плащ-накидка. Не смотря на то, что на часах был одиннадцатый час вечера, ел я сегодня впервые. Поздний завтрак, выходит. Плотно перекусив, я стал собирать снаряжение подтягивать рюкзак и готовиться к выдвижению. В 22:25 мы построились на поляне. Все наше имущество было на нас. Практически ничего не говорило о том, что ещё полчаса назад это была база для днёвки разведгруппы специального назначения.
— Товарищи офицеры, — вышел на центр строя Фин, — нам поставлена задача произвести поиск дивизиона мобильных ОТРК, вывести из строя его основные элементы путем диверсии, захватить или уничтожить на месте командование. Основными разведпризнаками дивизиона является…
Дальше Фин, грубо говоря, перечислил нам признаки, по которым мы можем найти дивизион. Указал район поиска, вероятные места его нахождения, походный порядок группы. Решили не высылать отдельные разведдозоры в виду того, что численность нашей группы была и так мала. Всего двенадцать человек, при штатных шестнадцати. И это при повышенной активности противника в районе и проведении им активных контрразведывательных и контрдиверсионных мероприятий. Поэтому идти нам предстояло всей группой. Головной дозор - 4 человека, ядро — 4, тыльный дозор — 4. Меня из головного дозора Фин убрал, поставив туда Тайсона. А я занял его место в ядре. Попрыгав, мы двинулись в путь.
Небо было затянуто облаками, поэтому мы шли с минимальной дистанцией между бойцами и дозорами. Дистанция между бойцами не превышала и четырех шагов. Идти нам предстояло этой ночью двенадцать километров. Мы должны были осмотреть хутор и заброшенную колхозную ферму. После чего подняться на высоту, организовать там дневку и выставить наблюдательный пункт, для наблюдения за двумя дорогами, проходящими по разные стороны от высоты. Командир считал, что по ним возможно движение средств снабжения дивизиона.
К двум часам ночи подошли к небольшой речушке. Решили переправляться вплавь. Рюкзаки, разгрузка и форма были уложены в большие мусорные мешки. Оружие кладется сверху и можно плыть. Первым переправился головной дозор и занял оборону. Дальше пошли мы — ядро. Вода была уже прохладная. Вышли на берег, оделись, в это время из воды вышел тыльный дозор. Когда все были готовы, то продолжили движение. Едва отошли от береговой линии в сторону леса, как вдруг прошел сигнал "Стоп! Внимание!" Мы слегка рассредоточились и залегли. Впереди был лёгкий шорох. Шорох все нарастал. Это головной дозор возвращался ползком:
— Чё за фуйня? — спросил шепотом Фин?
— Мля, там туристы в палатках. Один сейчас чуть на Тетриса не нассал. — также шепотом ответил Грек.
— В смысле туристы? А чего света нет и тихо все?
— Ну спят, наверное. А один отлить вышел. Палатки низкие, пока в упор не подошли — не видели.
Мы также стали отползать метров на пятьдесят. Удалившись от палаток, мы встали и пошли шагом. Вскоре мы зашли в лес. Практически сразу начинался подъем. Почва под ногами была мокрая и они, ноги то есть, то и дело скользили. В конце подъема Фин поскользнулся и полетел вниз, снося собой Кота. И уже вдвоем они снесли и меня до кучи. Мы скатились в овражек к елкам и пытались вылезти друг из под друга. Наш "полёт" был одобрен отборной порцией мата. Головной и тыльный дозоры не понимали что происходит и изготовились к бою. Ей богу, они не начали стрелять только потому, что у них были холостые патроны. Встав и отряхнувшись от грязи мы снова начали подниматься. Прошли мимо тыльного дозора. На их тихие вопросы мы ничего не осветили. Ну как ничего... Ничего кроме мата. На этот раз поднялись без приключений и пошли дальше. Вскоре мы снова вышли на окраину леса и остановились. К Фину подошёл Грек и они что-то обсуждали. Ко мне и повернулся Кот и сказал:
— Денис, это, а у тебя какой размер?
— Не знаю, не мерил.
— Да не, это, размер ноги какой?
— Сорок третий. Тебе зачем?
— Да мы вот когда падали, то у меня это, ботинок окончательно порвался. Вот идти тяжело.
— Ну кеды свои спальные достань и надень.
— А я это, ну, ну это. Я не брал их, вот.
— Мля, ну ты как всегда. Командиру скажи, что у тебя с обувью проблема.
— Да не, это. Не надо да.
— Что значит не надо? Разведчик обязан сообщить командиру группы, если не может продолжить движение. Ты на досуге почитай руководство по боевому применению подразделений, частей и соединений СпН.
— Вы чё там орёте, алло, гараж? — обратился к нам Фин, закончив совещание с Греком.
— Товарищ командир, Кот не может идти дальше. У него обувь вышла из строя. — сдал я товарища.
— Есть во что переобуться?
— Ну это, нет, это.
— Размер ласты у тебя какой?
— Тридцать девятый.
— Куплет, давай по всем пройдись, может одолжит ему кто башмаки. — поручил мне Фин.
Я обошел всех разведчиков, ни у кого размер не совпал. Даже сорокового не было ни у кого. У одного человека был сорок первый, но у него тоже не было сменной обуви. Я вернулся и доложил все Фину. Он привычно выругался матом. После чего замолчал и задумался.
— Так, Гаврилова ко мне! — видимо нашел решение Фин.
— Товари… — начал было Соль, пытаясь доложить, что по приказу прибыл.
— Отставить. — перебил его Фин. — Сейчас берешь вот это чудо бурятской наружности и пулей летите к нашим недавним визави. Наверняка обувь возле палаток есть. Пусть подберёт себе что-то. Сорок минут у вас.
Кот и Соль скрылись в темноте. Мы устроили привал, ожидая их. Грек опять подошёл к Фину, они накрылась тентом и колдовали над картой. Я прошел к головняку и сел рядом с Тетрисом.
— Чё там за кипишь? — спросил Валера.
— Да анекдот. Фин свалился на Кота, а тот порвал ботинок. Теперь идти не может. Вот Фин послал его с Солью, чтобы они спёрли обувь у туристов. Ну у тех, у речки.
— Ага, туристы... Представляешь, один из этих гамадрилов отлил в полуметре от меня. Ещё чуть-чуть и у нас был бы пленный.
Мы тихо посмеялись. Я достал шоколадку, которую забрал из сумок студентов, и мы втроём с Тетрисом и Тайсоном ее съели. Наши новоиспечённые воры справились за полчаса.
— Ну что, результат есть? — спросил Фин, перебив стандартный доклад Кота
— Ага, это, так точно! — радостно докладывал тот.
— Башмаки нашел себе?
— Ага, это, классные! Мягкие такие. И лёгкие! Мы там это, ещё взяли кое-чего.
— Что взяли?
— Ну тут это, как бы, это.
— Чё ты мямлишь? — спросил Фин и посветил красным фонариком на наших ходоков.
Для желающих помочь семье Тайсона: 2200 0305 2349 1331
Продолжение следует...
Предыдущая часть <--- Все части ---> Следующая часть