Ибрагим подошёл к султанским покоям и спросил стражника, один ли повелитель. Тот, не поднимая головы, ответил, что у падишаха Хюррем-султан.
- Доложи о моём прибытии повелителю, - коротко распорядился паша, и охранник тотчас скрылся за тяжёлой дверью.
Спустя пару минут он вернулся и жестом пригласил великого визиря войти.
Султан восседал на своём тронном диване, окружённый подушками из шёлка. Рядом с ним расположилась Хюррем-султан. Оба встретили пашу приветливыми улыбками.
Ибрагим глубоко поклонился сначала падишаху, принося дань уважения его власти и статусу. Затем он слегка развернулся к Хюррем и не менее почтительно склонил голову перед ней. Этим жестом он выразил не только почитание, но и признание её величия и влияние в государстве.
Султан жестом попросил его приблизиться.
- Поздравляем тебя с рождением сына, Ибрагим, - гулко прозвучал его голос, - Да сделает Аллах для тебя благословенным того, кто был дарован тебе! Да воздашь ты Дарителю благодарностью! И да будет тебе дано увидеть проявление новорожденного почтительности к тебе! Пусть Всевышний дарует ему крепкое здоровье! Да будет его жизненный путь праведным!
Султан завершил свою поздравительную речь, Ибрагим с почтением и достоинством, положенным великому визирю, поблагодарил его, и только после этого позволил себе поднять голову.
В ту же секунду его взгляд встретился с пронизывающими изумрудными глазами Хюррем.
Госпожа также произнесла несколько поздравительных слов, затем поднялась, развернулась к султану лицом и склонила голову.
- Повелитель, позвольте удалиться, - промолвила она тихим, но уверенным голосом.
Сулейман кивнул.
- Да, Хюррем, ты можешь идти. Жду тебя к вечерней трапезе, - с теплотой в голосе сказал он.
- Благодарю Вас, повелитель, - сдержанно улыбнулась султанша и, не поворачиваясь спиной к падишаху, сделала несколько шагов назад. Оказавшись на положенном расстоянии, она развернулась и пошла к выходу. Возле Ибрагима её шаг замедлился, взгляд из-под опущенных ресниц едва заметно скользнул в его сторону, и она продолжила путь.
Этого жеста было достаточно, чтобы Паргали понял, что Хюррем желает с ним поговорить.
- Ибрагим, как идёт работа по разоблачению шпионской сети императора Карла? – между тем озабоченно спросил султан.
- Успешно, повелитель. Как Вам известно, нам удалось предотвратить несколько покушений на Хюррем-султан, а также на адмирала Барбароссу. Ещё мы выявили несколько ключевых вражеских фигур, которые в данный момент покинули столицу османской империи. За пределами страны за ними установлена слежка. Также я собираюсь внедрить наших агентов в их ряды, собрать информацию об их планах с последующей ликвидацией врагов.
- О каких ключевых фигурах идёт речь? - с возросшим интересом спросил султан.
- Это известный Вам шпион Армандо, он же Магистр, и двое его слуг, непосредственных участников его шпионской деятельности.
Ибрагим не стал упоминать среди врагов Монику Гритти, дабы не посеять в падишахе сомнения в честности Альвизе Гритти, в порядочности которого Паргали был уверен.
- Повелитель, также мной разоблачены два офицера янычарского корпуса, подкупленные вражескими агентами. Они собирали данные о наших военных передвижениях и планах на будущее, - продолжил Ибрагим уверенным голосом. - Все попытки утечки информации предотвращены. Предатели подверглись показательной казни.
Султан удовлетворённо кивнул.
- Хорошо, Ибрагим. Продолжай своё благое дело! Мы не можем позволить себе расслабляться. Чем более могущественными мы становимся, тем активнее враги пытаются разрушить нас.
- Это им никогда не удастся, повелитель! - Голос Ибрагима прозвучал решительно и уверенно. - Мы сильны, и наша сила в вере! И да поможет нам Всевышний!
- Аминь! – сказал султан, поднимая руки и взор к небесному своду, словно призывая благословение свыше.
- Аминь! – вторил ему Ибрагим, низко поклонился и покинул покои султана.
В коридоре его ожидал евнух Гюль-ага, сменивший получившего свободу Сюмбюля-агу.
- Ибрагим-паша, позвольте сказать, - заговорщицки прошептал он и быстро поклонился.
- Да, говори, - насторожился Паргали.
- Хюррем-султан ждёт Вас в углу, в комнате, на тайной террасе, - одними губами пробормотал он и скосил взгляд влево.
Брови Ибрагима поползли вверх.
- Где меня ждёт Хюррем-султан?! – с сильным удивлением уточнил он.
- Простите, я хотел сказать, на террасе в известной Вам комнате в углу коридора, только это тайна, - деловито объяснил ага.
- Хорошо, я понял, - Ибрагим спрятал улыбку в бороду и поспешил на встречу с госпожой.
- Забавный этот новый евнух, - войдя в комнату, сказал он, кивнув в сторону двери, за которой остался Гюль-ага.
- Да, потешный, - согласилась Хюррем с весёлыми искорками в глазах, - однако мне он нравится. Я знаю его ещё по Старому дворцу. Исполнительный, ответственный и преданный, по-моему, достойная замена Сюмбюлю, да он, кстати, его и рекомендовал, - дала она характеристику слуге.
- Сюмбюлю верить можно, - кивнул Ибрагим, - госпожа, Вы хотели что-то спросить? – внимательно посмотрел он на султаншу.
- Да, Ибрагим. Во-первых, поздравляю тебя ещё раз, и скажи мне, как там Мухсине? Как маленький Мехмед? – заботливо поинтересовалась она.
- Спасибо, госпожа, всё хорошо! И супруга, и сын здоровы! – поспешил заверить её Ибрагим.
- Хорошо. Я сегодня же навещу её, - пообещала Хюррем и, понизив голос, продолжила. – Я знаю, что Моника Гритти покинула Стамбул, и то, что ты дважды посылал своего человека к Альвизе. Это как-то связано с Армандо? Он снова в столице? Мне опять что-то угрожает?
- Да, Хюррем-султан, все эти события связаны между собой. Армандо пока не проявился, однако угроза существует и, я думаю, не совсем и не только Вам, она носит более глобальный характер.
Хюррем озадаченно наморщила лоб.
- Расскажи мне, Ибрагим, о своих мыслях, - с видимым волнением попросила она.
- Как Вы знаете, этот лекарь бесследно пропал, - начал паша и поведал Хюррем о планах операции “Тень империи”.
- Да, загадка…- задумчиво произнесла она, когда Паргали закончил рассказ, и тотчас бросила на него острый взгляд, - но ты её разгадаешь, Ибрагим, я не сомневаюсь.
- Спасибо, госпожа, я тоже уверен в этом, - твёрдо заявил он.
- Хорошо. Если нужна будет моя помощь, не раздумывая, обращайся в любое время. Да прибудет с тобой Аллах! – с глубоким чувством в голосе произнесла она, и Ибрагим, поблагодарив её, поклонился и вышел за дверь.
Быстрыми шагами он направился в свой кабинет, где его ожидали боевые товарищи.
- Все в сборе? – спросил он, ворвавшись, как вихрь, в комнату, - тогда приступим. И они принялись подробно обсуждать детали и важные моменты предстоящего дела, связанного с поездкой Гюрхана и Башата.
Вечером они отправились на праздничный ужин к Ибрагиму-паше, а затем разошлись по своим местам, чтобы отдохнуть перед завтрашним напряжённым днём непосредственной подготовки к отъезду двух товарищей.
…На фоне утреннего ярко-синего неба, отражающегося в водной глади возле причала стоял большой корабль “Букентавр” с венецианскими флагами, готовясь к отплытию.
Его величественные мачты, стремящиеся ввысь, были украшены разноцветными треугольниками, развевающимися на ветру. На палубе суетились матросы, проверяя снасти и готовя судно к долгому плаванию. Их голоса сливались с шумом волн, бьющихся о пирс. В воздухе витал запах соли и свежести.
Пассажиры, собравшиеся у трапа, переговаривались, обсуждая предстоящее путешествие, и с нетерпением поглядывали на борт корабля, ожидая разрешения подняться на судно.
Наконец, долгожданная команда поступила, и толпа суетливо потянулась к сходням.
Среди прочих пассажиров по трапу корабля поднималась молодая пара, по всей видимости супружеская чета.
Мужчина, высокий и широкоплечий в тёмно-синем сюртуке с сосредоточенным видом сдерживая шаг шёл позади женщины, одетой в платье вишнёвого цвета. Оборки и воланы на нём делали её крепкую фигуру ещё более объёмной. На голове у неё красовалась элегантная шляпка с вуалью, которая слегка колыхалась на ветру.
Лицо женщины было частично скрыто, но из-за вуали можно было разглядеть застывшую на ярких полуоткрытых губах улыбку, полную ожидания и радости.
Солнце ярко светило, отражаясь в воде и посылая ослепительные блики.
Ибрагим и Альпай, сидящие в карете и пристально наблюдавшие через приоткрытую дверцу за своими товарищами, переглянулись.
- Слава Аллаху, посадка прошла успешно, - промолвил Альпай, подняв взор к небесному своду. - Держатся они хорошо, непринуждённо, правда, "супруга" слишком уж весела, - подавив смешок, откашлялся он.
- Жизни радуется, - широко улыбнулся Ибрагим.
Однако в этот самый момент произошло неожиданное.
“Супруга”, поднимаясь по лестнице, видимо, зацепилась каблуком за подол платья и, потеряв равновесие, едва не упала. Она что-то выкрикнула, чем обратила на себя внимание всех, поднимавшихся следом пассажиров, удивлённо посмотревших на неё.
Ибрагим и Альпай высунули головы из салона и замерли в ожидании.
- Это я виноват, сглазил, - чертыхнулся Альпай и попросил прощения у Всевышнего.
Между тем мадам быстро восстановила над собой контроль и грациозно ухватилась за перила. Поняв, что небольшая заминка не нарушила её общего образа, она ослепительно улыбнулась подоспевшему на помощь мужу и с достоинством продолжила подниматься по трапу.
Башат, он же муж, оглянулся на толпу и широкой улыбкой показал, что всё в порядке.
Ибрагим с Альпаем вернулись в салон, откинулись на спинку сиденья и переглянулись.
- Обошлось, - выдохнул Паргали, и Альпай молча кивнул.
- Мало времени у Гюрхана было для тренировки, - с оправдательными нотами в голосе сказал он.
- Ничего, он ловкий, - поддержал его Ибрагим.
- Да и Башат рядом, - рассудил Альпай.
Успокоив друг друга, мужчины стали ждать отплытия судна.
Наконец, раздался последний колокол, капитан самолично подал третий пронзительный свисток, матросы засуетились около трапа, втащили его на палубу, и корабль медленно стал отваливать от причала.
- Альпай, давай вознесём молитву Всевышнему и попросим у него удачи для наших товарищей, - взволнованным голосом предложил Ибрагим.
- Храни их Аллах! - тут же отозвался тот, прикрыл глаза и зашептал молитву.
Тем временем Башат и Гюрхан вошли в свою каюту и уселись на маленький диванчик.