— Варя, ты опять разбросала свои вещи! Почему нельзя убирать за собой?
Варвара вздохнула и подняла взгляд от книги. Мать стояла в дверном проёме, сжав губы в тонкую линию. За её спиной маячила Диана — ухмылялась. В школьной форме, с аккуратно заплетёнными косами, она казалась идеальной дочерью.
— Я не разбрасывала, мам. Это Диана взяла мой свитер и бросила в углу.
— Не сваливай на сестру! — мать раздражённо махнула рукой. — Диана уже час как готова к школе, а ты всё копаешься.
Варвара поднялась с кровати. В комнате девочек царил странный порядок — чёткая граница проходила посередине. Половина Дианы сияла чистотой, вещи лежали аккуратно сложенными. Половина Варвары выглядела запущенной, хотя она старалась поддерживать порядок.
Так повелось с детства. В семье Соколовых родились близнецы — Варвара и Диана. Но вопреки одновременному появлению на свет, девочки оказались абсолютно непохожими. Диана — светловолосая, с яркими чертами лица, унаследовала внешность матери. Варвара — темноволосая, с крупным носом и широкими скулами, напоминала бабушку, которую семья не особо жаловала.
— Собирайся быстрее. И убери этот бардак! — мать ушла, а Диана задержалась в дверях.
— Лопоухая неудачница, — прошептала она и исчезла вслед за матерью.
Варвара сгребла учебники в рюкзак. Слова сестры уже не ранили, как раньше. За шестнадцать лет она привыкла к такому обращению.
В школе их различие становилось ещё заметнее. Диана блистала на сцене актового зала, участвовала в конкурсах, возглавляла школьный совет. Варвара сидела в последнем ряду, стараясь быть незаметной. Она много читала, хорошо училась, но её успехи никогда не удостаивались внимания родителей.
— Варька, привет! — К ней подсела Катя, единственная, кто по-настоящему дружил с ней. — Ты задачу по физике решила? Дай списать, а?
Варвара молча достала тетрадь. Дружба с Катей была странной — девочка часто использовала её для помощи с учёбой, но она хотя бы не притворялась.
Дома всё лучшее доставалось Диане. Новая одежда, компьютер, смартфон. Варваре перепадали обноски сестры, хотя они были одного возраста. Причина такого отношения крылась во фразе, которую отец часто повторял: "Варька не вышла ни лицом, ни фигурой". Это звучало жестоко, но в семье давно привыкли к подобным характеристикам.
После школы Диана умчалась с подругами в кафе, а Варвара поплелась домой. Отец встретил её в прихожей.
— Оценки исправила? — спросил он вместо приветствия.
— Да, пап. По химии теперь четвёрка.
— А Диашка опять пятёрку получила. Могла бы брать пример с сестры.
Варвара не стала напоминать, что у Дианы по химии была тройка, а её саму недавно хвалили за успехи в этом предмете. Бессмысленно.
Их дом в спальном районе города был просторным, но атмосфера в нём давила. Варвара закрылась в ванной, рассматривая своё отражение. Крупный нос, широкие скулы, тёмные волосы. Пусть не красавица, но и не уродина. Обычная. Почему же родители видели в ней лишь недостатки?
Звонок телефона прервал эти размышления. Отец кричал из гостиной:
— Варя! Возьми трубку! Наверняка тётя Лиза опять звонит.
Елизавета Петровна, дальняя родственница отца, часто связывалась с ними. Одинокая пожилая женщина скрашивала своё существование разговорами с родственниками. Варвара вздохнула и взяла трубку.
— Варенька, здравствуй, солнце, — голос старушки звучал устало. — Как ты, девочка моя?
— Здравствуйте, Елизавета Петровна. Нормально. А вы как?
— Да вот, давление скачет... Послушай, попроси отца заехать ко мне на выходных. Мне надо кое-что обсудить с вашей семьёй.
Школьные годы пролетели незаметно. После выпускного родители объявили новость: они купили Диане квартиру в центре города. Для Варвары же приготовили иную судьбу.
— Переедешь к тёте Лизе, — заявил отец. — Она совсем плоха стала, ухода требует. А мы поможем с поступлением в медицинский колледж. Будешь учиться и за ней присматривать.
— Но... — Варвара осеклась под тяжёлым взглядом отца.
— Никаких "но". Мы с матерью решили. Диане нужна своя квартира, вдруг она замуж решит выйти. А тебе самое место рядом с тётей Лизой. Кстати, она обещала оставить квартиру нам в наследство. Три комнаты в хорошем районе — неплохое приобретение.
Диана, слушавшая этот разговор, довольно улыбалась. В её глазах читалось: "Так тебе и надо".
Так началась новая глава в жизни Варвары. Елизавета Петровна оказалась на удивление приятной женщиной. Её болезнь давала о себе знать, но старушка сохраняла ясность ума и доброжелательность.
— Дурак твой отец, — сказала она, когда Варвара перевезла свои вещи. — Всегда таким был. Ничего, девочка, поживём с тобой душа в душу. Может, хоть тебе мои уроки пригодятся.
Жизнь с Елизаветой Петровной была непростой, но по-своему интересной. Старушка оказалась бывшей учительницей литературы, с большой библиотекой и множеством историй. Варвара училась в медицинском колледже, спешила домой после занятий, готовила, убирала, следила за лекарствами пожилой женщины.
Родители навещали их редко. Мать заходила раз в месяц, осматривала квартиру оценивающим взглядом, словно прикидывая её стоимость, и уходила. Отец появлялся и того реже. О Диане Варвара узнавала из редких телефонных разговоров с матерью — сестра всё-таки вышла замуж (Варю на свадьбу не пригласила), живёт на широкую ногу, работает в престижной фирме.
Состояние Елизаветы Петровны постепенно ухудшалось. Через три года после переезда Варвары старушка слегла окончательно. Варвара металась между колледжем, подработкой и уходом за больной. Ночи напролёт сидела у постели, меняла бельё, делала уколы.
— Варя, детка, ты бы отдохнула, — шептала Елизавета Петровна, глядя, как девушка готовит ужин после суточного дежурства.
— Успею ещё, — улыбалась в ответ Варвара, хотя глаза закрывались от усталости.
Однажды Варвара позвонила родителям, попросила помощи. У Елизаветы Петровны начались пролежни, требовался постоянный уход.
— Извини, дочка, мы сейчас заняты, — ответила мать. — У Дианы ремонт перед свадьбой.
— Какой свадьбой? — удивилась Варвара. — Она же уже замужем.
— А, ты не знаешь... Она развелась с Игорем и выходит за Олега. Бизнесмен, между прочим. Вот готовимся, хлопот полон рот.
Варвара наняла сиделку на свои деньги, которые копила на новую шубу. Так продолжалось ещё полгода. В свободное время она часто сидела у постели Елизаветы Петровны, читала ей вслух, рассказывала о своей учёбе.
— Ты хорошая девочка, Варенька, — старушка гладила её руку своими сухими пальцами. — За что тебя жизнь так потрепала?
— Всё нормально, тётя Лиза. Я справляюсь.
— Знаю, что справляешься. Ты всегда справляешься.
В одну из таких бесед Елизавета Петровна вдруг попросила:
— Помоги мне сесть. Хочу кое-что тебе показать.
С трудом поднявшись в постели, старушка указала на шкаф.
— Там, за книгами. Достань шкатулку.
Варвара нашла небольшую деревянную шкатулку, спрятанную за собранием сочинений Толстого.
— Открой, — велела старушка.
Внутри лежали документы, украшения и очень внушительная стопка купюр. Варвара замерла.
— Это мои сбережения, — объяснила Елизавета Петровна. — Я долго откладывала. Тут хватит на квартиру и обстановку.
— Не надо об этом, тётя Лиза, — смутилась Варвара. — Вы ещё поправитесь.
— Не городи чепухи, девочка. Я умираю, и мы обе это знаем. Послушай меня внимательно: эти деньги — тебе. Только тебе. Не твоим родителям, не сестре. Я знаю, что квартиру завещала твоим родителям. Такой договор был. Но деньги — тебе.
Старушка сжала руку Варвары своими слабыми пальцами.
— Обещай, что никому не скажешь. Спрячь и молчи. Иначе эти деньги уйдут на очередной ремонт для твоей сестрицы.
— Обещаю, — прошептала Варвара.
— Вот и хорошо, — Елизавета Петровна откинулась на подушки. — А теперь почитай мне что-нибудь из Чехова.
Через месяц Елизаветы Петровны не стало. Варвара сидела возле кровати, держа холодную руку, когда та сделала последний вдох.
На похоронах родители появились с постными лицами. Диана не пришла — была на отдыхе в Турции. После церемонии отец сразу приступил к делу.
— Ну что, где документы на квартиру? Надо оформлять наследство.
Варвара молча протянула папку с документами. Завещание было составлено как положено — квартира отходила родителям Варвары. О деньгах в документе не упоминалось.
Вечером, когда родители уехали, она достала шкатулку. По совету знакомой риелтора она открыла счёт в банке и положила туда деньги Елизаветы Петровны. Родители тем временем переворачивали квартиру вверх дном.
— Где же её заначка? Тётка ведь точно откладывала на черный день, — допытывался отец. — Не могла же она всё потратить на лекарства!
— Не знаю, — пожимала плечами Варвара. — Может, у неё и не было никаких сбережений?
Отец злился, мать нервничала, но деньги так и не нашли.
Оформление наследства заняло несколько месяцев. Всё это время Варвара продолжала жить в квартире Елизаветы Петровны, заканчивая последний курс колледжа. Она нашла работу в поликлинике и стала присматривать жильё.
Риелтор показала ей несколько вариантов, и Варвара выбрала небольшую, но светлую квартиру в зелёном районе. Не роскошь, но своя. Пока шёл ремонт, она продолжала жить по старому адресу.
Однажды в дверь позвонили. На пороге стояли родители с серьёзными лицами.
— Собирай вещи, — без предисловий заявил отец. — Мы сдаём квартиру.
— Что? — растерялась Варвара. — А как же я?
— Ты уже взрослая, — пожала плечами мать. — Найдёшь себе что-нибудь. Нам нужны деньги на помощь Диане. Её бросил муж. У неё депрессия.
— У меня диплом через месяц, — возразила Варвара. — Я не успею найти жильё.
— Не наши проблемы, — отрезал отец. — Квартира наша, и мы вправе ею распоряжаться. Жильцы въезжают через неделю. К тому времени чтоб тебя здесь не было.
Варвара кивнула. Впервые за всю жизнь она испытала странное облегчение от родительского равнодушия. Теперь ей не нужно было скрывать свои планы.
— Хорошо, папа. Я съеду, — спокойно ответила она.
Родители переглянулись, удивлённые отсутствием возражений. Мать нахмурилась:
— И куда ты пойдёшь?
— Разберусь как-нибудь, — буркнула Варвара и отвернулась.
Спустя трое суток она затолкала последние книги в пакет. Ключ прокрутился в замке с натугой, словно цепляясь за прошлое. У подъезда мокла потрёпанная "Газель" с грузчиком, зевающим под моросящим дождём. Когда машина тронулась, Варвара не оглянулась.
Ремонт ещё не закончился, но жить уже можно было. Маленькая двушка казалась дворцом.
Варвара защитила диплом, продолжила работать в поликлинике. Она купила подержанный Форд, скромно обставила квартиру. Её жизнь налаживалась. В поликлинике Варвара часто пересекалась с Андреем – терапевтом с третьего этажа. Он угощал её кофе из автомата, они обсуждали сложных пациентов в перерывах. После дежурства под проливным дождём он предложил подвезти её. В машине проговорили допоздна. Кино по выходным, прогулки после смены – незаметно для себя она стала ждать их встреч. Когда он впервые взял её за руку в темноте кинотеатра, внутри что-то дрогнуло, будто отогрелось после долгой зимы.
О новой жизни дочери родители узнали случайно. Отец встретил её на парковке возле супермаркета, когда она садилась в машину.
— Откуда у тебя машина? — опешил он.
— Купила, — просто ответила Варвара.
— На какие деньги? — в голосе звучало подозрение.
— На свои.
Через пару дней родители нагрянули в поликлинику, где работала Варвара. Она как раз заканчивала смену, когда увидела их в коридоре. Отец выглядел разъярённым, мать — встревоженной.
— Нам нужно поговорить, — отец схватил её за локоть и потащил к выходу.
— Я на работе, — попыталась возразить Варвара.
— Плевать!
На улице он отпустил её руку и навис над ней:
— Где ты живёшь?
— В своей квартире.
— У тебя нет своей квартиры! — рявкнул отец так, что прохожие обернулись.
— Есть, — спокойно ответила Варвара. — Я купила жильё три месяца назад.
Родители застыли.
— Это ты украла деньги тёти Лизы! — догадалась мать. — Обманула старуху перед смертью!
Варвара не ответила. Мать продолжала:
— Мы искали её сбережения! Все знали, что у неё должны быть деньги! А ты их прикарманила!
— Ну и что ты молчишь? — отец схватил её за плечи. — Признавайся!
Варвара спокойно сбросила его руки:
— Нечего признавать.
— Ты обокрала нас! Эти деньги должны были достаться нам! Диана в долгах, а ты купаешься в роскоши!
Варвара горько усмехнулась:
— Роскоши? Маленькая двушка и машина десятилетней давности — это роскошь?
— Не увиливай! — отец побагровел. — Ты украла деньги тёти Лизы!
— Это был её подарок.
— Что?!
— Елизавета Петровна подарила мне деньги перед смертью. Это был её выбор.
— Врёшь! — закричала мать. — Она бы никогда...
— Она видела, как вы со мной обращались. Как использовали меня. Как я ухаживала за ней, пока вы помогали Диане с очередным ремонтом. И она сделала выбор. Её право.
Родители замолчали, потрясённые.
— Ты должна отдать эти деньги, — наконец произнёс отец. — Они принадлежат семье. Диане нужна помощь.
— Нет, — твёрдо ответила Варвара. — Я больше ничего вам не должна.
— Мы твои родители!
— По документам — да. По факту... — она покачала головой. — Вся моя жизнь была попыткой заслужить вашу любовь. Я получала лучшие оценки, помогала по дому, ухаживала за больной родственницей. И что взамен? "Ты не вышла ни лицом, ни фигурой", "Дурнушке гулять незачем", "Возьми пример с сестры".
Она сделала шаг назад.
— Я больше не буду это слушать. Я начала новую жизнь. Могу дать вам номер социальной службы, они помогут Диане с её проблемами.
— Ты... ты... — отец задыхался от возмущения. — Мы вырастили неблагодарную тварь!
— Вы не растили меня, — тихо ответила Варвара. — Вы меня терпели.
Она повернулась и пошла прочь. Родители кричали ей вслед, но она не оборачивалась.
С того дня прошло два года. Варвара стала старшей медсестрой, поступила на заочное отделение университета. Они с Андреем планировали свадьбу. От родителей не было вестей, но через общих знакомых она знала, что Диана снова вышла замуж, родила ребёнка, а родители вкладывают все силы и средства в её семью.
Однажды Варвара встретила мать возле поликлиники. Та выглядела постаревшей, измотанной.
— Варенька, — слишком театрально воскликнула мать.
Варвара замерла на ступеньках поликлиники. Ветер трепал выбившиеся из хвоста пряди.
— Вы меня ждали? — она бросила взгляд на наручные часы. — Что-то случилось?
— Ну, что ты как чужая? Я просто шла мимо и увидела тебя.
Варвара ждала продолжения. Мать вздохнула:
— Диана снова развелась. Вернулась к нам с детьми. У неё их уже двое. Отец слёг с сердцем.
— Мне жаль это слышать, — искренне ответила Варвара.
— Нам трудно, — намекающе произнесла мать. — Может, зайдёшь как-нибудь?
Варвара посмотрела на часы:
— Мне пора на смену. Передавайте папе пожелания выздоровления.
Она развернулась к дверям поликлиники, но мать схватила её за руку:
— Варя, ну что ты... Мы же семья!
Варвара аккуратно освободила руку:
— Вы вычеркнули меня из своей семьи много лет назад. Не нужно вспоминать обо мне, только когда вам что-то нужно.
— Но мы растили тебя, воспитывали! — в голосе матери звучали привычные нотки возмущения.
— Вы кормили и одевали меня. За что я благодарна. Но семья — это не только еда и крыша над головой.
Мать прикусила губу:
— Ты злопамятная.
— Нет, просто больше не позволю себя использовать. Прощайте.
Вечером Варвара рассказала об этой встрече Андрею. На маленькой кухне стоял чайник и две чашки.
— И что теперь? — Андрей смотрел в свою чашку. — Не думаешь помириться?
— А смысл? — Варвара помешала ложкой сахар. — Чтобы снова стать той, кого используют? Нет уж. Я впервые в жизни чувствую себя по-настоящему свободной. И я не променяю эту свободу на иллюзию семьи, которой у меня никогда не было.
— А как же Диана? Её дети? Они ведь твои племянники.
— Дети не виноваты, — кивнула Варвара. — Если они когда-нибудь захотят узнать свою тётю — двери открыты. Но навязываться я не стану.
Андрей обнял её. Они долго сидели молча, глядя в окно на ночной город. Потом он спросил:
— Хочешь поехать на выходных к моим родителям? Они давно зовут.
— С удовольствием, — улыбнулась Варвара. — Твоя мама обещала научить готовить манты.
— Она будет счастлива.
Варвара положила голову ему на плечо:
—Я всю жизнь думала, что недостаточно хороша для любви. А теперь понимаю — это они были недостаточно хороши, чтобы любить.
Интересные рассказы: