Обычный, ничем не примечательный с виду рязанский дом на улице Братиславской, обычный подъезд, обычная залитая солнечным утром на своей южной стороне квартира. Здесь живет фронтовик Иван Васильевич Штыков, который в годы Великой Отечественной сражался на фронте бок о бок с будущим лауреатом Нобелевской премии писателем Александром Солженицыным.
Они служили в артиллерийской инструментальной разведке, в задачи которой входило по звуку вычислять местоположения тяжелых орудий врага и наводить советскую артиллерию на верную цель.
- Солженицын командовал второй батареей, я командовал отделением дешифровщиков в первой, - вспоминает былые годы Иван Васильевич. - Мы вместе находились на формировании в Саранске, вместе дошли до Кенигсберга. Несмотря на то что за плечами у него было артиллерийское училище и офицерское звание, Солженицын не походил на военного человека. И голос у него был не командирский. Он будто бы был человеком из другой среды, со своим специфичным кругом интересов, со своими друзьями на других фронтах. В своей части он не водил дружбы ни с офицерами, ни с солдатами.
***
Открыв любой более-менее подробный биографический источник, мы узнаем, что в действующей армии Александр Солженицын находился с февраля 1943 года и, как мы уже отмечали выше, служил командиром батареи звуковой разведки 794-го Отдельного армейского разведывательного артиллерийского дивизиона. В 1943 году награжден орденом Великой Отечественной войны второй степени. Вот как его первые боевые успехи представлены в наградном приказе:
«Командир Солженицын получил в январе 1943 года необученных бойцов. 14 марта 1943 года батарея звуковой разведки была обучена и готова к выполнению боевой задачи. За период май-июнь батарея под умелым руководством лейтенанта Солженицына выявила основную группировку артиллерии противника на участке Малиновец - Сетуха - Большой Малиновец…».
В конце того же сорок третьего Солженицыну присвоено звание старшего лейтенанта, в июне сорок четвертого - капитана.
- Он повсюду таскал за собой здоровенный ящик с рукописями, - вспоминает Иван Васильевич Штыков. - Не сам, конечно, таскал - офицер все-таки, солдаты таскали… Таскали и постоянно ворчали…
Известно, что Солженицын вел на фронте дневники, много писал: «О событиях дня? О них не успеешь написать; горячее остывает, мокрое высыхает, умный план, сталкиваясь с десятками других таких же, превращается в непонятную анархию войны».
В июле 1944 года в боях с немецко-фашистскими захватчиками Солженицын вновь сумел обнаружить (вычислить по звуку) две вражеские батареи, скорректировать по ним огонь орудий. За этот эпизод Александра Исаевича наградили орденом Красной Звезды.
- Но в сорок пятом под Кенигсбергом мы попали в переплет, - вспоминает Штыков. - Немцы пытались вырваться из окружения через наш участок, и батарея Солженицына оказалась в самом пекле… Говорили, что он растерялся, сел в машину и уехал, оставив своих солдат на произвол судьбы.
Не беремся утверждать, что события развивались именно таким образом: возможно, кто-то специально распространил в дивизионе компрометирующую информацию, потому что вскоре после этого Солженицын исчез…
В официальной биографии бой трактуется совершенно иначе. Дивизион Солженицына сам едва не оказался в окружении и лишь доблесть и хладнокровие капитана позволили сохранить аппаратуру, технику и людей.
- Мы тогда и не подозревали, что была военная цензура, что он был на заметке у СМЕРШа и что за критические высказывания в письмах и рукописях в адрес Сталина его арестовали. Мы-то думали, что его, как образованного офицера, перевели на другое место службы.
***
Жизненные пути двух фронтовиков, казалось бы, разошлись по разным полюсам раз и навсегда, но странная штука судьба…
В 1959 году Иван Васильевич переехал в Рязань трудоустраиваться по приглашению главного инженера Абрамова на местную теплоэлектроцентраль:
- В 1964 году, когда я работал на ТЭЦ, мне в руки попала «Роман-газета» (я очень любил читать). Смотрю: на авторской фотографии - знакомое лицо и подпись «А.И.Солженицын».
Можно предположить, что речь идет о первом номере за 1963 год, где был опубликован рассказ «Один день Ивана Денисовича». Но самое интересное, что Александр Солженицын в это время также жил в Рязани в двухэтажном деревянном доме в первом Касимовском переулке (сегодня улица Урицкого) и вполне мог пересекаться со своим бывшим сослуживцем, сам не ведая того, в каком-то случайном троллейбусе или автобусе.
- Я знал, что он живет в Рязани, но найти его как-то не пытался, да и что я ему бы сказал… - разводит руками Иван Васильевич, - на фронте мы особо не общались, я несколько раз приезжал к нему во вторую батарею для обмена опытом, но в основном разговаривал с его дешифровщиками.
Но, по всей видимости, все-таки было что-то недосказанное во взаимоотношениях Солженицына и Штыкова. Осенью 1994 года, когда Александр Исаевич после долгого изгнания вернулся в Россию и заглянул в «родную» Рязань, провидение дало им третий шанс. Кто-то, конечно, скажет, что притягивать случайные совпадения и строить на их основе выводы - неправильно. Возможно. Но, с другой стороны, разве в жизни бывают случайности?..
Штыков присутствовал на той знаменитой встрече с Александром Солженицыным в Доме политпросвещения (сегодня здание литфака РГУ им. Есенина). - После выступления он так плотно был окружен кольцом корреспондентов и читателей, - рассказывает Иван Васильевич. - Не смог к нему сам пробиться, но сын подошел, сказал, что в зале присутствует Иван Васильевич Штыков, с которым вы воевали вместе. Солженицын вспомнил меня - даже сказал, что вспомнил, но почему-то не уделил ни единой минуты…
Евгений БАРАНЦЕВ.
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
Баранцев Е.А. Иван Штыков, рязанский сослуживец Александра Солженицына: Когда Солженицын исчез, мы думали, что его, как образованного офицера, перевели на другое место службы // Комсомольская правда, рязанский выпуск, 2015, 10 июня.
Встреча с фронтовиком Иваном Васильевичем Штыковым, состоявшаяся 7 мая 2015 года.
Людмила Сараскина. Солженицын. Жизнь замечательных людей. Молодая гвардия, 2018.