История мальчика времен СССР принадлежащего касте неприкасаемых. Входить в цикл повесть Максим. Можно не верит в существования каст в нашей стране, но они были и я в цикле Максим хотела бы рассказать о таком человеке.
Сегодня таких зовут золотая молодежь.
Максим пришел к маме на работу и ему разрешили побыть на кухне. Находясь в святая святых, где совершалось великое преображение, мальчик наблюдал как работают повара. Чистят картофель и другие овощи. Месят тесто. Старший повар - узбек разрешил Максиму очистить луковицу, и мальчик с важным видом, будь-то бы он не просто чистил лук, а выполнял задание государственной важности.
А что вы хотите Максиму пять или шесть лет, а тут настоящее заведение общепита. Потом ему разрешили порезать бракованную морковку. Замесить кусочек теста.
Для мальчика это было очень важно. Выполняя пустяковое задания. Максим чувствовал себя настоящим поваром и самое главное таким как все. Ему очень нравилось чистить овощи. Под руководством того же повара он начинал чебурек начинкой. Усатый узбек положил пирожок в котел с кипящим маслом, испек, затем извлёк из масла и отдал Максимке на съедение. Мальчик очень гордился собой. Ведь он ел чебурек, который, хоть и с помощью, приготовил сам. Тем более в приготовление пищи была некая магия, нечто таинственное. Вроде бы из обыденных и парой не съедобных в сыром виде ингредиентов получалось бесподобное блюдо.
В тоже время перед глазами было продуктовое изобилие, мясо, редкая дефицитная рыба, икра, ничего этого не было в магазинах а тут такое изобилие. Конечно бутерброды с икрой были недешевы. Мама приносила сыну бутерброд с икрой, а купила она его или взяла бесплатно. Будучи администратором этого чуда. Мальчик в силу своего возраста не задумывался. Возможно именно тогда Максим приобрел психологию двойных стандартов.
Именно тут и закралось в его глупую голову мысль. Так ли мы правильно живым.
Вспоминая то время понимаешь. Советская система общепита работала совсем по другим стандартам. А как же тогда система распределения, всеобщее равенство в конце концов, или все это пустые слова.
Здесь в чебуречнай Максим понял что работать надо поваром. Быть ближе к продуктам. Деньги ничего не стоять, а что такое деньги? Тогда как продукты питания это вечное.
Все было для всех, равные возможности, а вот средства достижения этих возможностей были разные. Одни могли получить все что давала им советская жизнь. Другие вроде бы тоже самое, но жизнь другая. Кто виноват, обвинять западные страны Америку, легче всего, но они не так уж и старались. Больше всего для развала страны сделали мы сами.
А как думаете вы?
Мама торговый работник общепита. С продуктами проблем не было и матушка много чего приносила с работы домой. Когда Максим подрос и начал ходить в школу. Классный руководитель Элеонора, как казалось подросшему и много чего понимающему Максу, говорила, укоризненно глядя в его сторону. Все торговцы нахалы, расхитители социалистической собственности, воры. Максим попытался заикнуться что не воруют а покупают. Тогда Элеонора Степановна строго посмотрев на Макса начала объяснять.
Продавец находиться на работе, на своем рабочем месте, а потому не имеет право. Что либо брать или покупать. Все что поступило только в продажу, все должно идти в продажу, а он себе возьмёт, знакомым отложит. Когда я после школы приду в магазин, то узнаю. Днем продавалось мясо или рыба, но когда я пришло все уже продано. Мы с продавцами в неравных условиях.
Максим с одной стороны с ней был согласен, но он не мог понят. Почему нельзя покупать себе. Только из-за того что он на работе. И как бы не видит всех этих товаров. Продавец ведь не украл, не бесплатно взял, а положил в кассу деньги. Пробил, провел товар через кассу. Государство получило деньги за свой товар.
Парой Максим и маме говорил что она ворует, но мама очень обижалась и отвечала. Я не украла, а купила. Действительно купила. В тоже время у них в продаже всегда была колбаса двух, трех сортов, ветчина, рыба двух сортов, икра. Все это всегда было в продаже и всякий пришедший в чебуречную не видел дефицита. И мог купить бутерброд. Потом Максим узнал что черную икру делали из нефти. Наша химическая промышленность все таки чего та добилась. Правда колбасу и рыбу нарезали очень тонкими ломтиками, а икру клали в половину нормы. Но чинахи варили из баранины, никакой говядины, а уж тем более свинины.
Вырезку выкупали работники общепита, а на котлеты, люля-кебаб, бульон шли говяжьи свиные обрезки, мясо второго и третьего сорта. Бульон и котлеты из вырезки не вкусные, и чебуреки лучше мясо третьего сорта. Там сала больше. Настоящий бульон вариться из костей.
Весь товар проходил через кассу. Мама не воровала, а покупала, но покупала будучи на работе, причем будучи администратором, главной и спорит с администратором особенно теперь.
В общем товар должен был поступать в продажу а много чего уходило по своим и знакомым рукам. Нечестно, не равные условия, одним все потому что они имеют доступ, а другим ничего, потому что они работали на других работах. Классный руководитель внушала в наши бестолковые головы, что они торговцы воруют, отсчитывают, обвешивают. Бармены чебуречной мешали пиво с водой. И все об этом знали.
Конечно работников общепита проверяли сотрудники ОБХСС.
Элеонора Степановна продолжала вещать, все и все давно куплены.
А как вы думаете? Может ли продавец покупать товар которым торгует, пока он на роботе. Или все должно идти в продажу, закончил рабочий день и может купить если что осталось. А как быть работникам общепита особенно кто работал сутками. Оставляйте свое мнение в комментариях.