Когда говорят о составе Красной Армии, то часто любят подчёркивать её многонациональный характер. Гораздо реже отмечают географию мест рождения красноармейцев. А она весьма интересна. Несколько лет назад я рассказывал об американце младшем лейтенанте Джоне Перри, командире взвода 37-го стрелкового полка 56-й стрелковой дивизии, погибшем в бою под посёлком Спиргус. Оказывается, он не единственный уроженец Америки, который в рядах Красной Армии погиб в боях против нацистов на территории Латвии.
Александр Степанович Квитницкий родился в 1914 году в городе Чикаго в США. Как там оказались его родители, к сожалению, пока не выяснил. Но вообще ничего удивительного в этом нет. Из России до Революции кто-то уезжал за океан из-за своей политической деятельности, кто-то в жажде религиозных свобод и экономического благополучия, а кто-то просто в поисках новизны и приключений. Некоторые из них вернулись на родину. Одни после революционных преобразований, другие во время Великой депрессии.
В годы Великой Отечественной войны Александр Квитницкий в звании младшего лейтенанта служил заместителем командира взвода 39-го отдельного запасного сапёрного батальона (с 15 августа 1941 года), а потом (с 22 ноября 1943 года) командиром сапёрного взвода 4-й запасной стрелковой бригады (впоследствии дивизии) в городе Владимир. Пополнение во фронтовые части приходило из тыла маршевыми батальонами, а потом маршевыми ротами. Те, кто до мобилизации имели опыт военной службы, находились в запасе, в маршевые подразделения попадали почти сразу. Равно как и выздоравливающие после ранения из госпиталей. А вот те, кто ранее службу не проходили, перед этим должны были обучиться военному ремеслу. И в задачи запасных частей (полков, бригад, дивизий) как раз входила подготовка неопытных новобранцев. Так что младший лейтенант Квитницкий, хоть и не был на передовой, но занимался важным делом, крайне необходимым для победы над врагом.
А вот летом 1944 года что-то случилось, и Александр Квитницкий оказался в звании красноармейца в 202-й отдельной армейской штрафной роте. Вообще, обычно осуждённых трибуналами (или по распоряжению командиров или особистов) офицеров направляли в штрафные батальоны, тогда как штрафные роты предназначались для провинившихся лиц рядового и сержантского состава. Надеюсь, специалисты по штрафным частям смогут всё объяснить. Ну, или найдутся документы, которые прольют свет на этот загадочный случай.
Как бы то ни было, 202-я оашр в сентябре 1944 года была придана 21-й гвардейской стрелковой дивизии. Утром 14 сентября после мощной артподготовки солдаты 59-го и 69-го гвардейских стрелковых полков, а также штрафной роты перешли в наступление, двигаясь за разрывами снарядов своей артиллерии. Штрафниками командовал опытный и неоднократно раненый капитан Василий Иванович Артамонов. Сломив сопротивление противника в районе посёлка Драмшти (Dramšķi, сохранился частично, например – хутор Кална Драмшти, Kalna Dramšķi), красноармейцы к 10 часам заняли передовые траншеи противника, а к 13 часам вышли на большак Аугустс-Венены, овладели хутором Баркайжи (Bārkaiži, не сохранился) и продолжили наступать в западном направлении к хуторам Пежгены (Pežgēni, ныне хутора Виестуры и Бутрниеки – Vieturi и Burtnieki) и Слокас (Slokas, ныне хутор Яунвецслокас, Jaunvecslokas). Атака была хорошо подготовлена, красноармейцы забрасывали гранатами блиндажи и пулемётные гнёзда, расстреливали из автоматов занимаемые окопы. После обеда немцы предприняли четыре контратаки при поддержке самоходок и танков, но выбить гвардейцев и штрафников с занятых позиций не смогли.
За бой награды получили три бойца: кавалерами ордена Славы III степени стали гвардии красноармейцы Николай Сергеевич Буров и Владимир Михайлович Грузинский (очевидно, из постоянного состава роты) и красноармеец Александр Моисеевич Тимошенко. А также три офицера: их командир капитан Артамонов и командиры взводов Александр Степанович Никонов и Евгений Васильевич Мороз стали кавалерами ордена Александра Невского.
Погибших в бою 14 сентября 1944 года похоронили в 200 метрах восточнее Драмшти. Это десять красноармейцев:
- Василий Викторович Будников, родился в 1908 году в Коврове,
- Василий Павлович Белобородов, родился в 1923 году в Новосибирске,
- Иван Иванович Журавский, родился в 1913 году в Виннице,
- Павел Васильевич Котляров, родился в 1916 году в Воронежской области,
- Михаил Фёдорович Огурцов, родился в 1909 году в Коврове,
- Иосиф Николаевич Одвешь, родился в 1924 году в Москве,
- Николай Семёнович Парашнев, родился в 1923 году в Омской области,
- Яков Андреевич Петрушкин, родился в 1918 году в Новосибирске,
- Адрей Петрович Смольянинов, родился в 1902 году в Москве,
- Павел Матвеевич Шатохин, родился в 1914 году в Ворошиловградской области.
Что бы они ни совершили ранее, они полностью искупили свою вину гибелью. А семьям погибших назначили пенсии на общих основаниях.
Кроме того, освобождению из роты с восстановлением в званиях и во всех правах подлежали раненые штрафники, так как считались отбывшими наказание. По выздоровлении они направлялись для дальнейшего прохождения службы, а инвалидам назначалась пенсия. К сожалению, не все раненые в бою 14 сентября излечились. 17 сентября в 28-м отдельном гвардейском медико-санитарном батальоне 21-й гв. сд умер от ран Александр Степанович Квитницкий. В донесении о потерях он указан ещё как красноармеец. Хотя, по Положению о штрафных ротах Действующей армии, он уже должен был быть восстановлен в звании. Не успели всё оформить, понятное дело. Похоронили Александра Степановича у хутора Верниэки (Верниеки, Vērnieki) первым справа в нижнем ряду в братской могиле №14. В других документах датой смерти указано 18 сентября, но я думаю, что это дата погребения.
После войны похороненных под хуторами Драмшти и Верниеки перезахоронили на братском кладбище в посёлке Эргли. Теперь это один из крупнейших советских воинских мемориалов в Латвии, где похоронены свыше восьми тысяч красноармейцев. К сожалению, ни одного имени из вышеуказанных десяти на памятных плитах нет. Зато имя Квитницкого есть. Более того, с правильным званием – младший лейтенант!
Что ж, теперь, думаю, надо сделать два дела. Во-первых, написать письмо в посольство РФ, чтобы на мемориале в Эрглях увековечили забытых штрафников. Что обидно: не так давно на мемориале был сделан ремонт. И если бы перед ремонтом российские дипломаты провели сверку имён, то многие забытые защитники Отечества уже давно были бы увековечены на мемориале. Но, увы, увы...
Во-вторых, напишу письмо в посольство США в Латвии и расскажу, что в Латвии погребён ещё один уроженец Америки, который погиб в бою против нацистов в рядах Красной Армии. И предложу совместно возложить цветы на могилу погибшего героя.
Вечная память красноармейцам, сложившим головы в боях против нацистов!