На этот раз в кабинет вошли вдвоём: Марина Николаевна и её муж Виктор Петрович. Он сел прямо, спина выпрямлена, руки сцеплены перед собой — бывший военный, привычка держать себя в руках никуда не делась. В отличие от жены, он не выглядел расстроенным — скорее усталым.
— Я пришёл, потому что Марина настояла, — сказал Виктор Петрович, кивнув в сторону жены. — Она считает, что это поможет. Я сомневаюсь, но решил выслушать.
Марина Николаевна вспыхнула:
— То есть ты не веришь, что у нас проблема? Не веришь, что наш сын ведёт себя как…
— Как кто? — перебил её Виктор Петрович. — Как избалованный парень, которому всю жизнь всё подавали на блюдечке? Да, он ведёт себя именно так. Ты его приучила, ты его защищала, когда я говорил, что пора ему самому разбираться со своей жизнью. Теперь вот имеем то, что имеем.
Женщина сжалась. Было видно, что этот разговор у них не первый.
— Давайте попробуем посмотреть на ситуацию иначе, — сказал я. — Скажите, как проходило воспитание Жени, когда он был ребёнком?
— Мы с женой были в заграничных командировках, — ответил Виктор Петрович. — Сына воспитывала моя мать. Хорошая женщина, но мягкая. Жалела его, пылинки сдувала.
— А когда вы вернулись?
— Когда ему было четырнадцать. Уже поздно что-то менять.
Марина Николаевна пожала плечами:
— Мне казалось, что раз мы столько времени были в разлуке, нужно дать ему любовь, заботу…
— И ответственность за свою жизнь брать он не научился, — заключил я. — Он привык, что кто-то решает за него, кто-то покрывает и оправдывает.
— Так что теперь? Поздно уже? — буркнул Виктор Петрович.
— Нет, не поздно, — я выдержал паузу. — Но придётся изменить модель общения. Вам обоим.
Я вытащил лист бумаги и положил перед ними.
— Напишите список: что ваш сын может делать сам, а что, по вашему мнению, он делать не в состоянии?
Марина Николаевна потянулась к ручке, но Виктор Петрович положил свою ладонь поверх её руки:
— Да он всё может, просто не хочет.
— Тогда запишите это, — кивнул я.
Пока они писали, я продолжил:
— Вторая практика, которую я хочу предложить, называется "Разделение зон ответственности". Вы не можете заставить взрослого человека измениться, но можете изменить свои действия. На листе перед вами то, за что ваш сын должен нести ответственность. И начиная с сегодняшнего дня, вы не делаете за него того, что он может сделать сам.
Марина Николаевна вздохнула:
— Но ведь он снова начнёт скандалить…
— Возможно. Потому что пока ему удобно, он получает всё, что хочет. Но если вы твёрдо обозначите границы, он поймёт, что условия изменились.
— И как долго это продлится?
— Первое время он будет протестовать. Возможно, будет давить на жалость, манипулировать. Но если вы не дадите слабину, рано или поздно ему придётся приспособиться. Главное — выдержать этот период.
Виктор Петрович кивнул:
— Ну, с этим я справлюсь. А вот ты? — он посмотрел на жену.
Марина Николаевна закусила губу, но в конце концов тоже кивнула:
— Я попробую.
Разделение зон ответственности — один из ключевых шагов в работе с инфантильными взрослыми. Родители часто берут на себя слишком много, создавая у ребёнка иллюзию, что забота о нём — это их долг. Когда границы меняются, инфантильный взрослый сталкивается с необходимостью самостоятельно решать свои проблемы.
Это нелегко, но именно так начинается путь к зрелости.