Итак, в прошлый раз мы остановились на вопросе: в чьих интересах осуществляется надгосударственное управление? Проще всего было бы сказать "в интересах тех, кто его осуществляет". Но это было бы одним из тех упрощений, от которых мы предостерегали.
В чьих интересах учитель ставит двойку не выучившему урок ребёнку? В своих? Нет, ведь двойка "снижает показатели", учителя за эту двойку тоже "будут ругать". В интересах ребёнка? Но это явная демагогия (хоть и привычная нам). В интересах системы образования? А вот тут, пожалуй, "горячо"...
Точно так же и "мировое правительство" действует "в интересах системы". А что это за система?
Ещё недавно мы могли бы её назвать "система капитализма" или "система расширенного промышленного производства", а значит, и "система рыночных отношений". Но уже сегодня возникло и настойчиво внедряется понятие "устойчивого развития", а "устойчивое развитие" несовместимо с рынком и расширенным (то есть всё время увеличивающимся) производством. По сути, "устойчивое развитие" – это то же плановое хозяйство и распределительная система, только вместо бумажных карточек на товары и продукты – электронные деньги, посредством которых можно планировать и регулировать расходы домохозяйств. (Подробнее об электронных деньгах поговорим, если надо, в другой раз.)
Так что же это за система? Пожалуй, мы не промахнёмся пальцем мимо неба, если скажем, что это "система сохранения и превращения собственности".
Чем больше собственность, тем она важнее для системы. (Что важнее для планеты Земля – взрыв вулкана или лопнувший мыльный пузырь?) Ну, и чем меньше собственность – тем, соответственно, меньше система о ней печётся. Не обижайтесь, уважаемые "мелкие собственники", ничего личного – что поделаешь, системный подход! На любой кризис система реагирует по принципу: "Папа, ты теперь будешь меньше пить?" – "Нет, дети, вы теперь будете меньше кушать".
В одном из бумажных "Лучиков" мы обсуждали с нашими юными читателями и их родителями такой вопрос: "Какая жизненная ценность является главной для человека – власть, богатство, знания, честь или сама жизнь?" Попробуйте мысленно на него ответить, прежде чем читать дальше.
"Правильных ответов" на этот вопрос может быть несколько. Всё зависит от того, кто что "оставляет после себя" – например, передаёт по наследству. Скажем, дворянин, служащий государю, передаёт своим детям "имя", репутацию, и для него главное – честь. Купец, промышленник или банкир передаёт богатство – и для него главное богатство, ради которого можно (и нужно) поступиться честью. Для учёного или философа главное – знание. Он именно знание передаёт своим ученикам и через них – человечеству. Но для большинства из нас сегодня главная ценность жизни – сама жизнь. "Если меня не будет – зачем всё?"А знаете, почему это так?
Потому что у современного человека ничего нет.
У нас очень мало мало знаний, исчезающе мало власти, наши представления о чести поистёрлись и выветрились, а наше "богатство" нам только кажется. Да, у многих есть квартира, машина, дача или даже свой бизнес, но это всё это у нас в любой момент могут забрать. Средств защиты своих интересов у нас нет. И в результате мы назначаем здоровье и жизнь своей главной жизненной ценностью – "дороже жизни ничего нет".
Именно на это делали ставку проектировщики "устойчивого развития" в 2019–2022 годы: "Надо продемонстрировать людям угрозу их здоровью и жизни. Ради жизни они откажутся от свободы, от гражданских прав, от культурных традиций и от следования закону – а в перспективе и от того уровня благосостояния, к которому привыкли за тучные годы "экономики стимулирования спроса".
Но есть одно "но". Нам, пауперам общества потребления (кто сказал "пролесам"?!), есть ещё что наследовать, кроме "квартиры, дачи, автомобиля". Мы наследуем жизнь. Потому что у нас есть дети, и нам небезразлично их будущее. С точки зрения системы, это препятствие. Именно поэтому настырно ведётся пропаганда "гендерного разнообразия", и даже в нашей стране под видом "ювенальной юстиции" и "борьбы с семейным насилием" пытаются разрушать институт семьи. (Да-да, "всё сложно", помните, в прошлый раз мы говорили, что государства не полностью субъектны? Как и люди...)
"Устойчивое развитие" – это стремление системы к "лучшей управляемости" к обеспечению безусловного контроля над населением (именно так: "над населением", а не "над обществом") в условиях снижения уровня свободы и благосостояния. Ключевым фактором этого контроля является ускоренное внедрение тотального контроля через цифровые деньги, биометрию и систему социального рейтинга.
Вот пример (вероятно, вы поделитесь своими подобными примерами): ребёнок одного из нас учится в московском колледже, где учащихся принуждали "сдать биометрию" под угрозой недопущения в столовую. Как? Проход в столовую организуется через турникет по считыванию лица. Пока ещё существует закон, этому препятствующий. И то, что руководство колледжа предприняло такую попытку (получив соответствующее распоряжение "свыше"), предварительно не поинтересовавшись правовой базой, говорит об "уровне управленческой компетентности". Смысл мероприятия? Обеспечить показатели по сбору биометрических данных.
Это совершенно противоправно, но так нас постепенно приучают к тому, что громоздкая система законности будет постепенно заменена простой и чёткой системой разрешений-запретов. Камера срисовала лицо, передала информацию в базу, с электронного кошелька списан штраф (или понижен рейтинг), – например, так.
Что мы собираемся делать? Бороться. Почему? Мы считаем, что так победим систему? Видите ли... Каждый из нас смертен, каждый умрёт. Значит ли это, что жить, надеяться, радоваться и сокрушаться не стоит?
Когда мы боремся с "системой сохранения и превращения собственности" (перед которой "суд и правда – всё молчи", мы боремся и с собой тоже. Ведь значительная часть нашего естества тоже служит этой системе. ("На "Лучик" подписались? А вот ссылочка на вайлдберриз, где можно купить...") Но забывать о том, что, кроме законов собственности, существуют законы совести, нельзя.
Часто говорят: "Да сдай ты эту биометрию, тебе трудно что ли? Всё равно тебя давно срисовали!" Нет, не трудно. Трудно – именно не сдавать, не соглашаться. А подставить лицо – не трудно. Но...