— Ты снова врёшь мне.
Кристина сжала пальцы на ремешке сумки, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. Она смотрела на Сергея, пытаясь увидеть хоть какую-то искренность в его лице, но ничего не находила. Только усталость. Только желание закончить этот разговор, который, как ему казалось, не имел смысла.
— Кристина, я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, — он тяжело выдохнул и облокотился о капот машины. — Я работал. Поздно закончил, поехал домой. Всё.
— Работал? — она кивнула, переводя взгляд на его руки. Чистые, без следов усталости, без того напряжения, которое было всегда после долгих смен.
Она закрыла глаза, пытаясь не вспоминать, как всего два часа назад стояла на этой же парковке и видела, как он выходит из чужого подъезда. Как поправляет куртку, что-то быстро пишет в телефоне и садится в машину, даже не оглядываясь.
— Если ты мне не веришь, то зачем вообще спрашиваешь? — он пожал плечами и потянулся к дверце.
— Потому что ты должен хотя бы попытаться соврать получше, — Кристина сделала шаг назад. — Ты говоришь, что работал, но сегодня у тебя был выходной. Ты говоришь, что приехал домой поздно, но твоя машина стояла здесь, на этой парковке, весь день.
Он замер, но только на секунду.
— Тебе показалось.
— Значит, я придумала, что видела тебя возле того дома?
Она сказала это не сразу. Дала ему время, чтобы выкрутиться. Чтобы выдумать новую ложь. Он всегда умел.
Сергей молчал.
Кристина разжала пальцы, чувствуя, как руки начинают дрожать.
— Кто она?
— О чём ты?
— О той, ради которой ты лжёшь мне уже полгода.
Её голос прозвучал тише, чем хотелось. Внутри всё сжималось от осознания того, что он не собирался признаваться. Ни сейчас, ни потом. Если бы она не увидела его сегодня, он бы продолжал.
Сергей выпрямился, посмотрел на неё так, будто не понимал, что происходит.
— Это смешно, — он усмехнулся. — Ты устраиваешь допрос, как будто нашла доказательства, а на самом деле у тебя просто пара догадок.
— Если бы это были догадки, я бы не стояла здесь.
— Тогда почему ты всё ещё стоишь?
Она не сразу поняла смысл его слов.
— Что?
— Ты могла уйти. Собрать вещи, хлопнуть дверью, но ты здесь, передо мной. Значит, ты ждёшь, что я скажу что-то, что тебя успокоит.
Он говорил так спокойно, что ей стало страшно.
— Я жду, когда ты перестанешь врать.
— Тогда будешь ждать вечно.
Он сел в машину и захлопнул дверь.
Кристина не двигалась, пока он не уехал.
Только потом она поняла, что впервые за пять лет их отношений он даже не попытался её остановить.
Кристина не вернулась домой. Она долго шла по ночному городу, слушая, как мокрый асфальт хлюпает под ногами, а мысли складываются в один бесконечный вопрос: и что теперь?
Она думала, что будет рыдать, что руки начнут дрожать, но в груди было только онемение. В какой-то момент ноги сами привели её к знакомому дому, и она даже не удивилась, когда оказалась перед дверью Насти.
Настя открыла сразу, будто ждала её.
— Так, ты выглядишь так, будто только что осознала, что твоя жизнь — это обман, — сказала она, скрестив руки на груди. — Это так?
— Именно.
— Заходи, — Настя посторонилась, впуская её внутрь.
Кристина села на диван, уставившись на фотографии на стене. Настя была её единственным человеком, который всегда знал, когда она падает и когда ей нужно помочь встать.
— Я видела его сегодня.
— Где?
— Возле какого-то подъезда. Он врал мне в лицо, глядя прямо в глаза.
Настя вздохнула и присела напротив.
— Скажи, ты правда не знала?
Кристина моргнула.
— О чём ты?
— Крис… ты всегда знала. Ты просто выбирала не видеть.
Кристина опустила голову, крепко сцепив пальцы.
— Я не хотела это знать.
— И поэтому поверила, когда он приходил поздно и говорил, что задержался на работе? Когда его телефон всегда лежал экраном вниз? Когда он стал говорить тебе меньше комплиментов, стал реже касаться тебя, стал тише смеяться?
— Хватит, — прошептала Кристина, но Настя не остановилась.
— Ты выбрала не видеть, потому что тогда тебе не пришлось бы делать выбор.
Она отвернулась, но знала, что подруга права.
— Он сказал, что я могу уйти, но не ушла.
Настя покачала головой.
— А теперь ты думаешь, что в этом есть какой-то смысл?
Кристина закрыла глаза.
— Наверное, я всё ещё надеюсь, что он скажет, что это неправда.
Настя встала, подошла к окну и посмотрела вниз.
— Он стоит у подъезда.
Кристина резко подняла голову.
— Что?
— Хочешь увидеть его?
Кристина не ответила, но уже знала ответ.
Она встала, подошла к окну и увидела Сергея. Он стоял под фонарём, засунув руки в карманы, и смотрел прямо на их окно.
— У него даже нет ключей от моей квартиры, — заметила Настя.
— Значит, он знал, что я буду здесь.
Настя повернулась к ней.
— Ты пойдёшь?
Кристина посмотрела на Сергея, который, кажется, заметил её взгляд. Он не улыбнулся, не сделал шаг вперёд, просто ждал.
— Да.
— А ты уверена?
Кристина не была уверена ни в чём.
Но всё же вышла на улицу.
Сергей ждал, не двигаясь. Фонарь освещал его лицо так, что Кристина могла разглядеть каждую знакомую черту. Она заметила, как он напрягся, когда она подошла ближе, но он ничего не сказал первым. Как всегда. Он ждал, когда она начнёт.
— Зачем ты здесь?
— Ты ведь знала, что я приду.
Она устало выдохнула.
— И что, теперь я должна благодарить тебя за предсказуемость?
Он чуть склонил голову, будто рассматривая её, и нахмурился.
— Ты плакала?
Кристина усмехнулась.
— Нет. Разве я должна была?
Сергей медленно кивнул, но от его взгляда ей стало неуютно. Он не выглядел виноватым. Он выглядел уверенным.
— Что тебе нужно? — её голос был спокойным, но внутри всё горело.
— Я хочу поговорить.
— О чём?
— О том, что ты себя накрутила.
Она замерла, но не потому, что удивилась. Она ждала этого. Ждала, что он попробует вывернуть всё так, чтобы виновата оказалась она.
— Ты серьёзно сейчас? — она засмеялась, и этот смех был даже ей самой чужим. — Я видела тебя возле её дома. Я видела твои сообщения. Я слышала, как ты врал мне в лицо. А теперь ты хочешь сказать, что это я всё придумала?
— Ты неправильно поняла, — его голос был ровным, будто он действительно верил в то, что говорит.
— Правда? Тогда объясни.
— Ты думаешь, что знаешь всё, но ты не знаешь ни черта, Крис, это моя коллега.
— Тогда расскажи мне.
Она сложила руки на груди, но Сергей не спешил. Он смотрел на неё так, будто пытался решить, стоит ли тратить на неё правду.
— Я не хотел, чтобы так вышло.
— Что именно? То, что я узнала? Или то, что тебе теперь приходится придумывать оправдания?
Он сжал губы, не ответил сразу.
— Я не собирался делать тебе больно.
— Но сделал.
— Потому что ты меня к этому подтолкнула.
Кристина замерла.
— Что ты сказал?
— Ты всё время была недовольна. Всё время требовала больше. А я просто хотел жить спокойно.
Её сердце забилось быстрее, но не от боли — от злости.
— Ты изменял мне два года, а теперь говоришь, что это я тебя к этому подтолкнула?
Сергей выдохнул, словно устал от этого разговора.
— Я не изменял тебе два года.
— Только год? Полгода? Что мне должно быть легче слышать?
Он потёр шею и огляделся, будто искал выход из разговора.
— Мне жаль.
— Жаль? — она сделала шаг ближе. — Нет, Сергей. Тебе не жаль. Если бы тебе было жаль, ты бы не врал мне, когда я спрашивала. Ты бы не смотрел мне в глаза и не делал вид, что всё в порядке.
Он провёл рукой по лицу и покачал головой.
— Кристина, что ты хочешь? Чтобы я на коленях умолял тебя простить меня?
Она посмотрела на него и поняла, что он не испытывает ничего. Ни вины, ни сожаления. Только раздражение.
— Я хочу, чтобы тебя больше не было в моей жизни.
Его глаза вспыхнули на секунду, но он быстро взял себя в руки.
— Серьёзно?
— Серьёзно, — она шагнула назад. — Я думала, что мне будет больно, когда услышу тебя. Но знаешь что? Больше не больно.
Она развернулась и пошла прочь.
— Кристина!
Она не остановилась.
Кристина шла быстро, будто боялась, что Сергей бросится за ней и схватит за руку. Но он не двинулся с места. Она знала это, потому что не слышала шагов позади. Он не пытался её остановить. И это было самым громким подтверждением, что всё кончено.
Она не знала, куда идёт. Ноги сами вели её вперёд, подальше от этого разговора, от того двора, где она впервые поняла, что больше не любит его. Город был наполнен светом и шумом, машины проносились мимо, прохожие смеялись, спешили, обсуждали свои дела. А у неё всё было просто: нужно было исчезнуть.
Её телефон завибрировал. Она знала, кто это, и знала, что не хочет видеть его имя.
Она всё-таки вытащила телефон. Сообщение от Сергея:
«Ты правда вот так просто уйдёшь?»
Она остановилась, подняла голову и увидела, что стоит у автобусной остановки. Табло показывало, что через три минуты будет рейс до вокзала.
Почему нет?
Она купила билет и уже через двадцать минут сидела в автобусе, глядя в окно.
Телефон снова завибрировал.
«Ты ведёшь себя как ребёнок. Мы можем поговорить нормально?»
Она провела пальцем по экрану и удалила сообщение.
Пока автобус плыл по ночному городу, она думала о том, как часто люди привязываются не к человеку, а к воспоминаниям о нём. Она не любила Сергея таким, каким он был сейчас. Она любила того Сергея, с которым они смеялись ночами, обсуждали глупые фильмы, строили планы. Но того Сергея больше не существовало.
Когда автобус прибыл на вокзал, Кристина сразу направилась к кассам.
— Куда-нибудь на ближайший поезд, — сказала она кассиру.
Женщина посмотрела на табло.
— Через сорок минут отправление в Казань.
Кристина не задумывалась.
— Беру.
Она заплатила, забрала билет и почувствовала, как на сердце стало легче. Она не знала, что будет дальше, но знала одно — ей больше не нужно ждать, когда он снова её обманет.
В вагоне было тихо, соседка напротив читала книгу и не задавала вопросов.
Кристина посмотрела на телефон.
Последнее сообщение от Сергея.
«Ты правда думаешь, что сможешь жить без меня?»
Она долго смотрела на экран, а потом стёрла и его.
Поезд тронулся. И Кристина поняла: она не думает. Она знает.