Во Второй мировой войне, как и в Первой мировой, подводные лодки широко использовались обеими сторонами в качестве основного оружия морской блокады. Они топили большое количество как торговых, так и военных кораблей, что приводило либо к параличу военной промышленности и военных действий противника из-за острой нехватки военных материалов и продукции и невозможности переброски войск по морю, либо к тому, что противник был вынужден выделять огромные ресурсы на противолодочную оборону, чтобы предотвратить это. В противном случае эти ресурсы можно было бы использовать для основных военных действий.
В любом случае, подводная лодка — это классическое оружие в войне на истощение, где победа достаётся той стороне, которая наносит противнику значительно большие потери в живой силе и технике, чем тот несёт, а ежемесячные подсчёты потерь тоннажа отражают успех или неудачу лучше, чем карты сражений. Способность подводной лодки атаковать практически в любом месте и в любое время, неожиданно и с разрушительными последствиями, делает её высокоэффективным оружием, в котором небольшая команда из 40–80 моряков может нанести больше ущерба, чем 1000 моряков на линкоре, и за малую часть стоимости, а для эффективной борьбы с подводной лодкой требуются гораздо более крупные противолодочные силы.
Те же особенности подводной лодки делают её идеальным средством для прорыва блокады. Она может незаметно переправлять секретных агентов и коммандос, а также небольшие партии важных грузов практически на любой вражеский берег или в блокированную гавань и обратно, что делает подводную лодку одним из основных средств разведки и специальных операций.
В отличие от послевоенных атомных подводных лодок, подводные лодки времён Второй мировой войны имели довольно ограниченную подводную скорость, дальность хода и автономность. Обычно они шли в надводном положении, особенно ночью, и погружались только в случае необходимости, чтобы избежать обнаружения и атаки. В первые годы войны немецкие подводные лодки даже совершали групповые ночные атаки в надводном положении, как если бы они были надводными торпедными катерами. По мере того как для обнаружения и атаки подводных лодок всё чаще использовались радары и самолёты, они были вынуждены большую часть времени оставаться под водой. Были изобретены новые технические и электронные усовершенствования, в основном немцами, которые значительно улучшили подводные характеристики субмарин.
Немецкие подводные лодки назывались U-ботами (U — от Underwater — «подводный»), и их успех в Первой мировой войне против британского судоходства был настолько велик, что после поражения Германии ей было запрещено иметь подводные лодки. В 1935 году Германия проигнорировала это ограничение и начала создавать новые подводные силы под командованием бывшего капитана U-ботного флота Первой мировой войны Карла Дёница. Блестящий, новаторский и опытный тактик и командир подводной лодки, Дёниц вывел подводную войну на новый уровень, обучил высококвалифицированные экипажи и капитанов и разработал новую разрушительную тактику, в основном тактику «Волчьей стаи», которая позволяла группе подводных лодок эффективно координировать и концентрировать свои усилия вместо того, чтобы сражаться в одиночку.
Согласно тактике «Волчья стая», подводные лодки сначала рассредоточиваются на большом участке океана, чтобы повысить вероятность обнаружения проходящих мимо вражеских кораблей. Когда одна из подводных лодок обнаруживает конвой вражеских кораблей, она не сразу атакует его в одиночку, а сообщает о своём местоположении и курсе и следует за ним. Другие подводные лодки сначала медленно перегруппировываются, занимая позицию впереди вражеского конвоя, и только потом атакуют его вместе, предпочтительно ночью, подавляя или даже превосходя по численности противолодочные корабли сопровождения конвоя и топя гораздо больше кораблей.
Разрушительное применение такой тактики немецкими подводными лодками, а также систематический анализ результатов и адаптация к изменениям сделали Деница и его подводные лодки самым грозным противником, с которым столкнулась Британия, более опасным, чем Люфтваффе. Уинстон Черчилль сказал, что единственной угрозой, которая действительно беспокоила его во время Второй мировой войны, была «опасность подводных лодок».
Единственное, что спасло Британию от удушения немецкими подводными лодками в начале войны, — это вышестоящее начальство Деница.
Немецкое верховное командование, и главным образом Гитлер, были сосредоточены до и во время войны на ведении наземных боевых действий на континенте. Гитлер также был твердо уверен перед войной, что Германии не придется воевать с Великобританией в ближайшем будущем. Он сам сказал об этом в письме капитанам подводных лодок всего за 5 недель до начала войны.
В самом военно-морском флоте Германии, как и в военно-морском флоте Великобритании, доминировали адмиралы, служившие на крупных надводных кораблях, и, несмотря на успешный опыт немецких подводных лодок во время Первой мировой войны и развитие авиации как мощного оружия против надводных кораблей, подводные лодки оставались второстепенным подразделением военно-морского флота с точки зрения распределения бюджета.
В результате Гитлер и Редер (глава военно-морского флота Германии) уверенно отвергли довоенные предупреждения Дёница о том, что у Германии слишком мало подводных лодок для выполнения задачи по перерезанию морских путей снабжения Великобритании. Вместо 300 подводных лодок в начале войны, как он хотел, у него было всего 55, и только 12 из них могли участвовать в операциях в Атлантике.
Объяснение: опытный Дениц подсчитал, что с учётом подводных лодок, курсирующих в район боевых действий и обратно, подводных лодок, используемых для обучения новых экипажей, а также подводных лодок, пополняемых запасами и ремонтируемых в немецких портах, ему требовалось 300 подводных лодок, чтобы 100 из них могли действовать в районе боевых действий вблизи Британии.
Даже после начала войны прошло много времени, прежде чем подводным лодкам позволили в полной мере использовать свой разрушительный потенциал и прежде чем их производство значительно увеличили, чтобы компенсировать потери и увеличить их количество. В 1943 году Дёниц также был назначен главой военно-морского флота Германии, и производство подводных лодок резко возросло, но было уже слишком поздно. Затем немецкие подводные лодки столкнулись с гораздо более мощными противолодочными силами, которые были оснащены новыми технологиями, новой тактикой, новым командиром, адмиралом Максом Хортоном, бывшим капитаном подводной лодки и командующим британскими подводными силами, который лучше всех знал, как бороться с подводными лодками. К тому времени торговые суда производились в Америке быстрее, чем подводные лодки могли их топить. В мае 1943 года Дёниц потерял 41 подводную лодку за 3 недели. Охотники стали дичью. Подводная деятельность распространилась на Южную Атлантику, Восточное побережье США, Карибское море и Средиземноморье, но главным полем боя оставались морские пути через Северную Атлантику в Британию, и там они проиграли битву.
До конца 1942 года немцы топили в среднем 14 кораблей на каждую потерянную подводную лодку. С 1943 года этот показатель резко снизился, и потери подводных лодок были очень высокими. За время войны они потопили в общей сложности 3000 кораблей союзников, в основном торговых, 14,5 млн тонн грузов и потеряли почти 800 подводных лодок, что составляет около 80% от общего числа участвовавших в операциях и 2/3 от общего числа выпущенных 1170 подводных лодок.
Когда началась война, военно-морские силы Италии и Японии располагали большими подводными флотами. Итальянская подводная война была не очень эффективной, за исключением действий подводных водолазов, - высокоэффективного метода подводной войны, который они изобрели и в котором преуспели. Японцы построили замечательные подводные лодки, но использовали их не по назначению. Они использовали подводные лодки в основном в сотрудничестве с группами надводных боевых кораблей и в основном против военных кораблей противника, которые являются гораздо более опасными целями, чем торговые суда. В результате их подводные достижения были низкими.
Британские подводные лодки были вспомогательным подразделением в составе большого Королевского военно-морского флота. В основном они атаковали военные корабли стран Оси, в том числе потопили 39 немецких подводных лодок, и участвовали во многих разведывательных операциях, но их основной стратегический вклад был внесён небольшим количеством более мелких прибрежных подводных лодок, которые действовали с крошечного острова Мальта в центре Средиземного моря, подвергавшегося сильным атакам. Эти небольшие силы продолжали топить итальянские корабли снабжения, которые доставляли топливо и другое оборудование немецко-итальянским войскам, сражавшимся в Северной Африке, и растущий дефицит, вызванный этим, ограничивал возможности войск Оси и в конечном итоге привёл к их поражению.
После нападения на Пёрл-Харбор у ВМС США изначально было два основных подразделения: несколько авианосцев и подводные лодки. В то время как авианосцам была поставлена задача уничтожить японский флот, особенно японские авианосцы, основной задачей американских подводных лодок, как и немецких субмарин, было удушить военную промышленность Японии, перекрыть поставки нефти, морить её голодом и препятствовать массовым передвижениям войск по морю, топя японский торговый флот, от которого Япония так сильно зависела как островное государство.
Поначалу американские подводные лодки сильно страдали от неисправных торпед и других проблем, но когда в середине 1943 года эти проблемы были наконец устранены, Тихоокеанский флот подводных лодок США добился огромных успехов, эффективно выполняя свою работу, а также второстепенные задачи, такие как спасение сбитых лётчиков. Они потопили почти 1300 японских торговых судов и множество военных кораблей, потеряв при этом 52 подводные лодки из 288. Это выдающееся достижение стало возможным благодаря тому, что, в отличие от британцев, японцы пренебрегали надлежащим сопровождением и защитой своих торговых судов вплоть до конца войны.
Продолжение следует….