Вскоре смолкло всё, и изба погрузилась в сонную негу. Тихо-тихо ступая мягкими лапами, ходил по половицам сон, закутавшись в тёплую мягкую шаль. В покрытое морозными узорами оконце, лился лунный свет, и длинная лунная дорожка пролегла до самой печи. Маленький шустрый лучик, самый бойкий из всех, добрался до дедовой бороды и щекотал её, хихикая, отчего дед ворочался во сне и кряхтел. Тётка Кима пристроилась на сундуке в самом тёмном углу, где не видать было ни зги, и тоже посапывала. Одной лишь Софье не спалось, тревога и волнение одолели её. Она думала о завтрашнем дне, что ждёт её, как всё пройдёт, как сложится… Брови девушки были нахмурены, а пальцы то сжимались в кулачки, то беспокойно начинали перебирать лоскутное пёстрое одеяло, ощупывая, изучая каждую ниточку. Она вспоминала о том страшном для неё вечере, когда Пахом надругался над нею, предварительно избив до полусмерти, как брела она по лесу, не ведая куда, как в ночном кошмаре, из которого нет выхода, как силы вконец оставили
Публикация доступна с подпиской
Премиум-подпискаПремиум-подписка