Все части повести здесь
Ловушка для зайцев. Приключенческая повесть. Книга 2. Флажки для волков. Часть 37.
Перед сном мне внезапно звонит Агния.
– Ась, слушай... Я тут вспомнила кое-что... Не знаю, важно это или нет...
– А что именно?
– Когда я смотрела на этот кулон, ну, который с половинкой сердечка, мне все время казалось, что я видела такое или что-то похожее, где-то еще... Ну, в смысле, не только на Даниле.
– И? Что именно ты вспомнила?
– Так вот, как-то раз, когда мы еще жили с ним, я шаталась без дела по дому, а домработница протирала в его кабинете пыль. Я тоже пошла туда, чтобы немного с ней поболтать. Было жутко скучно... Так вот, она пыль вытирала, а я стояла с ней разговаривала. И когда она убирала со стеллажей какие-то папки, они у нее из рук выпали и рассыпались. Знаешь, такие раньше старые папки были с надписью «Дело». Из них все вывалилось, а домработница тогда чуть в обморок не упала от страха, что Данила ее уволит за это. Но я ее успокоила, показала, что на них, на этих папках, пыли слой. Сказала ей, мол, давайте вместе соберем, просто по папкам сложим и все, навряд ли он прямо в ближайшее время туда полезет.
Часть 37
– Ася – она смотрит на меня недоверчиво – ты уверена, что у тебя все в порядке с головой? Время – пятый час вечера. Пока мы дойдем до скита, пока сделаем то, что ты хочешь... Уже стемнеет! И что – мы потом пойдем назад по темному лесу?
– Знаешь, Агния, дорогая моя подружка... Я просто уверена, что мы обратно поедем на машине Эда, потому что я больше, чем уверена, что мои опасения вполне оправданы.
Она пожимает плечом:
– Тогда почему бы сразу не поехать на машине Эда?
– Агния, имей совесть! У него работы непочатый край! Я сначала должна убедиться в том, что мои опасения не беспочвенны, а уже потом звонить Эду. Ты идешь, или мы вдвоем с Ханом пойдем, а ты с Бегемотиком останешься?
Агния смотрит на Бегемота, который стоит рядом с ней, подняв кверху хвост и голову, и глядит прямо на нее.
– Остаться с тобой, малыш? – спрашивает она и берет его на руки – прости, не могу... Надо помогать твоей беспутной хозяйке.
Мы поднимаемся к задней калитке и выходим в лес. Через него к скиту можно пройти быстрее, я уже изучила этот путь. Конечно, придется прибавить скорость, но ничего – мы с Агнией обе физически развиты, а про Хана уж и говорить нечего. Я смотрю, как подруга весело бегает с ним наперегонки, и улыбаюсь – ну, правда, она совсем еще ребенок. Вон цветочки рвет, лесом дышит и радуется тому, как в лесу красиво, словно в первый раз тут гуляет.
– Самое главное, чтобы этот Вельзевел нас тут не застукал – говорит она тихо – это ведь его лес... А мы тут хозяйничаем.
– Это наш лес, Агния. И тем, кто в этом лесу творит непотребства, места тут нет.
Рюкзаки у нас легкие – с собой мы в основном только воду взяли. Хан то и дело пьет из мелких ручейков, которые попадаются довольно часто. Иногда мы бежим, чтобы сократить немного расстояние до скита.
– Ась – говорит Агния – надеюсь, нам не придется идти внутрь? Жутко там как-то.
– Нет, мы будем за забором, там, где люк в бункер находится.
– Но что такого? Может, скажешь?
– Пока нет. Сначала на месте проверим, что и как.
– Ох, Аська, ну и неугомонная же ты! Скажи, ты еще думаешь о своем этом... незнакомце?
– Конечно. И кажется, даже больше, чем раньше.
– Это точно любовь! Надо тебе поехать в Надым и отыскать его.
– Вот еще новости! Никуда я не поеду! Он-то особо не горит желанием, так что и я тоже!
– Откуда ты знаешь, что не горит? Может, он сомневается в твоих чувствах просто? Вот поедешь – и узнаешь!
– Нет, и не уговаривай. Да и чувствую я себя что-то не очень хорошо в последнее время – гормоны, видимо, пошаливают.
Мы добираемся до скита через три часа – торчащие вверх пики забора видно издалека, и я вижу, как Агния передергивает плечами.
– Ты хоть знаешь, с какой стороны этот люк? – спрашивает она полушепотом.
– Нет ничего проще это узнать – стоит только обойти забор вокруг.
– Аська, время восемь вечера...
– Вот что ты боишься? Сейчас лето, темнеет в одиннадцать. Не будем терять время – пойдем скорее.
Мы обходим забор скита, я только сейчас почему-то начинаю понимать, что он достаточно высокий и действительно выглядит угрожающе. Честно говоря, я считаю, что оставить этот скит – Димина ошибка. Уже давно можно было все это растащить на дрова и стереть память о нем, но он приказал тогда только запереть его и все.
Наконец, мы находим то место недалеко от забора, где располагается тот самый люк для входа в бункер. Эд действительно приказал запереть его крепко-накрепко – заколотить, чтобы ни одна живая душа не пробралась.
Я усаживаюсь прямо на землю напротив этого люка и говорю Агнии:
– Садись. Надо передохнуть.
– Ну, ты теперь-то скажешь, что мы будем тут делать?
Честно говоря, я думала, что она уже давно поняла, что не так во всей это картине. И то, что она не поняла, жутко меня бесит.
– Агния, посмотри внимательно на то, что прямо напротив тебя. Что не так на этой картинке?
Она внимательно смотрит перед собой, и я чуть поворачиваю ее голову. Взгляд ее упирается как раз в то, что мне нужно.
– Да ладно! – говорит она – Ась, ты что, всерьез думаешь?
Я киваю.
– Именно так я и думаю, Агния. И даже не сомневаюсь в том, что там – я указываю на небольшой холмик – кто-то есть.
– Но как ты...
– Как я поняла? Посмотри – у него структура земли отличается от всего остального покрытия. Это рыли совсем недавно, ну, в смысле, не совсем, но где-то год – два назад.
Я пью воду из бутылки и подзываю Хана. Начинаю рыть холмик, зову Агнию себе в помощники.
– Блин, Ась, как-то... жутковато. Ты прямо до трупа дорыть хочешь?
– Ну нет конечно! Почему Хана-то взяла с собой!
Прорыв немного, я подзываю собаку, и легонько тыкаю его мордой в разрытое место. Он сначала угрожающе рычит, потом начинает скулить и наконец тихо воет.
– Ну все Хан, все! И не надо рыть лапами!
– Ась, слушай, может, тут вообще собака зарыта?! Волкособы же умирали тоже, наверное.
– Вряд ли – говорю я и показываю ей на еле заметный, торчащий из земли конец кости – по цвету явно человеческая.
Когда Эд берет трубку, я спешу «обрадовать» его новостью.
– Ася, когда ты уже успокоишься и перестанешь самовольничать? – спрашивает меня мягко. Я начинаю понимать, что он сердится.
– Эд, у тебя же и так работы хватает. Я хотела сначала все проверить. Чтобы не создавать лишних проблем.
– Сейчас приеду сам и отправлю ребят – экспертов. Господи, ни минуты покоя нет в этом Заячьем!
Когда я кладу трубку, Агния говорит:
– Наверное, Эд уже сто раз пожалел, что напросился на это дело.
– Зато когда он все раскроет – ему наверняка светит повышение – говорю я.
– Это тебя надо повышать. Слушай, Ась, если этому захоронению год-два, то получается, Данила тут не при чем.
– Тебя только это заботит?
– Да нет, просто у нас все убийства так или иначе с ним связаны. Блин, Ась! А если это Мария или Захар?!
– Или оба – спокойно говорю я.
Скоро приезжает Эд со своей командой.
– Ась, я тебя дома буду запирать – говорит он – потому что там, где ты, там обязательно парочка – тройка трупов.
– Не поможет – говорю я – единственное, что может нам помочь во всем этом – это поимка Гурта.
– Ладно, пойдемте я отвезу вас домой. Сейчас тут будут работать эксперты.
Мы с Агнией видим, как из земли начинают извлекать останки человека. Да, зрелище то еще... Агния вон, смотреть не может. Я, честно говоря, думала, что она куда крепче морально.
– Эд – спрашиваю я – как думаешь, кто это? Если я не ошибаюсь – могиле год или два.
Он пожимает плечами.
– Мы же не спецы, Асенька. Может быть и относительно свежей, тогда можно предположить, что там Мария или Захар, а то и вовсе Дима, например.
– Ты ужасен!
– А что я-то? Это ты постоянно могилы находишь, а я при этом – ужасен?!
Мы подъезжаем к дому.
– Будут новости, позвоню.
Когда оказываемся внутри, первым делом идем в душ, а во дворе моем и Хана – он, пока бегал по лесам, стал настолько пыльным, что хоть хлопай его, как ковер. Потом падаем на диван и включаем телик. Очень хочется отвлечься.
– Вот интересно – начинает Агния – если Маслов убил Карину, куда он дел тело? И потом – может быть, это мы сегодня именно ее захоронение обнаружили?
– Да ну, нет... прошло двадцать шесть лет целых, если бы это было ее захоронение, оно не выглядело бы таким свежим.Но ты права – меня тоже интересует этот вопрос.
Хана на ночь я оставляю в доме – мне совсем не улыбается, чтобы он бегал где-то с непонятным животным. С Агнией мы говорим об этом.
– Слушай, где он отыскал этого Вельзевела?
– Он же в лес убегает – в тот, за задней калиткой. Но честно говоря, я удивлена, что они... подружились. Я думала, Вельзевел его растерзает.
У Агнии звонит телефон, и она счастливо сверкает глазами:
– Лелик – потом выходит на веранду, и через несколько минут я слышу ее мурлыкающий голос.
Когда она возвращается, вижу ее смущение и усмехаюсь:
– Ты краснеешь, как красна девица! Что у тебя с ним?
– Мы дружим. Гуляем вместе, общаемся, разговариваем, в общем, у нас чисто платонические отношения. К более серьезным я пока не готова.
– Ну и зря! Лелик классный!
– А чего ты сама с ним не замутила? Он же твой однокурсник!
– Мы очень хорошие друзья, Агния. А такая дружба стоит намного дороже любви.
– Кстати – вспоминает она – он говорил, что скоро вернет тебе книгу. И слушай, опять корпит над теми образцами, которые ты ему привозила. Причем дома. У него там типа минилаборатории. Пока я сидела и читала, он чего-то там изучал и всякий раз вскрикивал от удивления. У него даже лоб вспотел!
– И по какому поводу он удивлялся?
– Ну, кто его знает?! Он со мной не делится – считает, что мне это неинтересно. Но вероятнее всего, расскажет тебе. Мне он покупает журналы о мотоциклах.
Перед сном мне звонит Эд.
– Слушай, у меня тут образовалась абсолютно сумасшедшая мысль. Если мы поймаем Вельзевела, Гурт придет за ним, и тогда мы сможем...
– Эд, ты с ума сошел? Да надо иметь просто стадо спецназа, чтобы поймать и Вельзевела, и Гурта потом. Это животное не потерпит неволи.
– Ась, он хотел загнать вас за флажки, как волков... Но согласно песне Высоцкого, что-то должно пойти не так, понимаешь?! Только в этом случае мы сможем взять невиданное животное и его хозяина.
– Сначала, Эд, нужны хоть какие-то доказательства того, что Гурт учинял расправы над людьми и коровами, похищал и проводил свои адские обряды.
Я зачем-то стучу себя кулаком по лбу.
– Тут думать надо, а не действовать с наскока.
При виде моего жеста Агния крутит пальцем у виска.
Полночи я снова просматриваю сайты с описанием разного рода обрядов, некоторые из которых достаточно кровожадны, но применяются и в наше время. Боже, неужели есть глупцы, которые во все это верят? Слов нет, а ведь на дворе двадцать первый век!
Один из обрядов чем-то меня смущает, в нем одновременно идет речь о умерщвлении и оживлении, я пытаюсь понять, по какому принципу пытаются действовать те, кто это применяет на практике. Конечно, еще ни один такой обряд не закончился успехом, и многие вследствие результата оказались за решеткой. Сатанисты, да и только...
Начитавшись, вижу просто ужасные сны. Впрочем, мне не впервой. Лучше бы незнакомец приснился, а то что-то я стала думать о нем чаще, чем положено.
На следующий день я в нетерпении жду звонка от Эда. Прекрасно знаю, что позвонит – мы в этом деле теперь не разлей вода. Так и есть – он звонит ближе к концу рабочего дня.
– Ну! – говорю я в нетерпении – кто это? Дима? Мария? Захар? Карина?
– Ась, не части – просит он – ты ни разу не угадала – это совершенно другой человек и это мужчина. И скажу тебе даже больше – это родственник нашего Разина, вернее, Гурта. Мои эксперты выделили ДНК из останков и выяснили, что они совпадают с ДНК того человека, что оставил следы на шкурке животного, на договоре с Алисой Матвеевной и на приходниках. Совпадение по линии родства брат – брат, то есть они родные братья. Теперь мы сможем ближе подобраться к личности нашего любителя конопли, и наконец выяснить, кто это такой.
– Подожди, ты хочешь сказать, что это настоящий Разин?
– Нет конечно, в том-то и дело! Настоящий лежит в могиле, на кладбище, а это – брат нашего Разина, поддельного.
– Это убийство?
– Пока не знаю. Эксперты с этим разберутся. Непонятно, почему его брат был захоронен вот так, в земле, а не в могиле.
– Эд, ну ты же не так наивен, и конечно, знаешь, что это бывает только в тех случаях, когда такая смерть – убийство, и ее надо скрыть.
– Думаю, ты права, только вот – причем тут его брат? Неужели он смог поднять руку на родного человека?
– Не забывай, что он безумен, так что все возможно.
– Ладно, позвоню, как только будут новости.
Я возвращаюсь домой, и за забором слышу голос тетки Дуньки:
– Я вот сейчас возьму шнур от чайника, да отхожу тебя им, чтобы мозги в твоей голове на место встали!
– Ба, да не трогай ты меня! – это уже гневный голос Анютки – я по делам ездила!
Улыбаюсь и иду в дом. Может быть, у них еще есть шанс все наладить... Если Анютка перестанет дурью маяться.
Перед сном мне внезапно звонит Агния.
– Ась, слушай... Я тут вспомнила кое-что... Не знаю, важно это или нет...
– А что именно?
– Когда я смотрела на этот кулон, ну, который с половинкой сердечка, мне все время казалось, что я видела такое или что-то похожее, где-то еще... Ну, в смысле, не только на Даниле.
– И? Что именно ты вспомнила?
– Так вот, как-то раз, когда мы еще жили с ним, я шаталась без дела по дому, а домработница протирала в его кабинете пыль. Я тоже пошла туда, чтобы немного с ней поболтать. Было жутко скучно... Так вот, она пыль вытирала, а я стояла с ней разговаривала. И когда она убирала со стеллажей какие-то папки, они у нее из рук выпали и рассыпались. Знаешь, такие раньше старые папки были с надписью «Дело». Из них все вывалилось, а домработница тогда чуть в обморок не упала от страха, что Данила ее уволит за это. Но я ее успокоила, показала, что на них, на этих папках, пыли слой. Сказала ей, мол, давайте вместе соберем, просто по папкам сложим и все, навряд ли он прямо в ближайшее время туда полезет. Так вот, когда я стала помогать собирать, то увидела, что из одной папки выпали какие-то чертежи. Один из них представлял себе вот такое вот сердце, словно расколотое молнией посредине, а потом снова собранное неумелыми руками. Ну, то есть, понимаешь, если бы у Данилы были две половинки этого кулона...
– Агния, ты уверена, что это был чертеж?
– Да, я тебе точно говорю – это был макет с размерами! Как будто собирались сделать постройку в виде этого сердца. Ась, чтобы это могло значить?
– Только одно, Агния, только одно...
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.