Краеведением увлекаюсь с детства. Родилась и выросла в Кронштадте, переехала в Москву уже во взрослом возрасте. Я шучу «как жена декабриста», когда мужа перевели по работе.
В моем родном городе столько исторических событий и известных личностей на квадратный сантиметр площади острова, что казалось, интереснее места для изучения истории не найти. В определённый момент, дойдя до изучения революций, мятежа, после которого город был буквально зачищен, стало понятно, что личные то истории живущих сейчас людей где-то в других местах. В советское время это город военных, которых направляли служить, как моего папу. Да и до революции и ранее, когда город и торговые функции выполнял - коренных жителей не было. Эти территории отбили у шведов не так давно по меркам истории, вместе с землёй, на которой вырос Петербург. И даже постоянных горожан было не так много, количество жителей зависело от сезона и связано было с навигацией.
Так краеведение моё, перейдя на личные рельсы, с началом генеалогических поисков, переехало в Тверскую область, где выросли и поженились мама с папой. Хотя в Петербург я ещё вернусь. Одна из прабабушек работала в тогдашней столице гувернанткой до революции, её муж - служил на железной дороге, на Балтийском вокзале. Другая прабабушка - из Тверской области ездила в Петербург работать прислугой, после революции вернулась также ближе к земле обратно.
В истории моих предков очень много белых пятен и, как у многих, связаны они с потерей домов, традиционного места проживания, гибелью в первую мировую и ВОВ.
Бабушка моя ещё при жизни ездила в Выборг искать погибших дядей (?) в первую мировую. Не нашла.
Во время блокады в ВОВ в дом, где жил её отец, работавший в Ленинграде на Балтийском вокзале - попала бомба, он погиб. Сведений о нём, где жил - в семье нет.
По родным мужа тоже есть подобные пробелы. Его прадед жил до войны с семьёй в Баку, приехал туда из центральной Украины. Жил один с двумя детьми, его жена умерла рано и похоронена вероятно там, в Азербайджане. Когда его призвали на фронт, опоздал на свой эшелон на несколько минут, прощался с детьми, давал наставления, из-за этого определили в штрафбат. Служил в военной разведке на защите Москвы. Поднимал дирижабли или поднимался на них. Погиб под Москвой. Данных нет. Его сын, дедушка мужа, подростком добирался очень долго из Баку с младшей сестрой во время войны к своей бабушке в село в Украину. В семье всегда рассказывали эту историю его сложного возвращения, но что именно из Баку он добирался, как-то упускалось. Три года назад, в 2022, мы посещали с детьми Баку по приглашению друзей, но, что удивительно, на тот момент не знали, что этот город связан с историей семьи, и там находится могила прапрабабушки.
Моё гуманитарное образование, которое я получала во взрослом возрасте - культуролог. Училась в магистратуре в РГГУ, Москва и в Германии. В РГГУ же в качестве дополнительного образования для учащихся прошла курс по генеалогии у Шокарева Сергея Юрьевича. От него переняла установку, какое исследование можно считать качественным. Что генеалогия не только в цифрах и поколенных росписях, но и в краеведении, изучении повседневности, из которой складывалась жизнь предков. Поэтому сначала я сделала упор на биографические интервью старших родственников, семейные краеведческие путешествия. Зафиксировать недавнюю ускользающую повседневность. С некоторыми просила поговорить папу. Он чаще посещает родину и знает больше родственников. И тут начались первые неожиданные открытия. Оказывается у моего дедушки была не только сестра, но ещё два брата, погибших в ВОВ. Бабушка своему внуку, моему папе, о них не рассказывала. Просто в доме висели «чьи-то» портреты. Папа не знал, что это его родные дядьки. Сейчас можем только догадываться, почему его бабушка молчала. Как проживала утрату. После этого папа: «Ну и что мне теперь делать? Вот так жил спокойно, а теперь думаю, где-то же они похоронены, а я даже мест не знаю». Забегая вперёд, по одному из двоих место гибели и захоронения удалось найти.
Был ещё их отец, мой прадед, папин дед, его тоже из ныне живущих никто никогда не видел, но про него хотя бы говорили. Совсем пару слов, правда: «Был поп, сгинул в тюрьме».
Но у прадеда даже отчества «не было». Никто не знал, откуда он, кто его родители.
Благодаря информации о его погибших в ВОВ детях, найденных данных о месте рождения одного из братьев в карточке из военкомата, чудесным образом удалось раскрутить всю цепочку предков… до 16 века. И отчество нашлось, а значит отец, и не только.
Вот так неожиданно помогают погибшие. Протягивают ниточку своими данными из середины 20 века, когда погибли и пропали, до начала 20 века, времени своего рождения.
По этой ветке, которую я считала совсем безнадежной в плане нахождения информации, произошел самый быстрый и глубокий процесс поисков. За парой фраз «Был поп, сгинул в тюрьме» встали несколько веток православного духовенства. Это сословие вело свои родословия. Современные исследователи по духовенству восстанавливают данные, выпускают книги. Плюс у меня нашлись дальние родственники, которые до меня уже провели поиск и составили деревья. Из-за закрытости сословия и малочисленности, теперь я заочно всё дореволюционное духовенство Тверской Епархии считаю своими родственниками. Для сравнения, дворян было 10 процентов, и то часты браки были между дальними родственниками, а духовенства - 5 процентов, в два раза меньше. Представляете, насколько тесные могли быть связи? Мимо любой церкви в Тверской области проезжаю: а здесь те служили, а здесь те венчались. Мечтаю создать полный перечень таких церквей. И найти таки больше информации по прадеду, который сгинул в тюрьме. Несмотря на глубину проработанности его линии вглубь веков, по нему самому, куда же он сгинул, информации нет.
Ещё по нему есть полушутка-полуприсказка, описывающая его весёлый характер: «Был попом и танцевал в Большом Театре». Естественно, не одновременно. От 1917 до того, как он сгинул в 1930х много времени прошло. Четверых детей успел родить. Вот бы эту маловероятную версию то тоже проверить, про Большой Театр? А вдруг не шутка?
О прошедших ВОВ есть более позитивные истории.
Прабабушка, та, которая до революции была гувернанткой в Петербурге, работала санитаркой в амбулатории, во время войны - в госпитале в Валдае, ухаживала за ранеными. Во время бомбежек выжили, прятались с дочерью, моей бабушкой, под железными кроватями. Орден ей вручал Калинин за эту работу. Хочется найти данные о награждении.
Ещё один прадед мужа прошел всю войну. Его родители, отправляя сына на фронт, дали ему с собой хлеб и сказали, чтобы хлеб из дома берег и принес обратно. Горбушку он держал под сердцем. В неё попала и застряла пуля. Для нас эта чудесная история о родительском благословлении, защите.
На фото руины церкви села Хотошино Тверской области, к приходу которой относилась деревня, в которой родилась бабушка. Её метрические книги планирую изучать. Церковь сначала пострадала в период гонений до войны, а потом в войну здесь проходила линия фронта.
Фото 08.03.2025
Марина Ревва
15.03.25
