Совершенно возмутительно, когда люди, абсолютно несведущие в искусстве, никакого отношения к творческой стезе не имеющие, начинают высокомерно рассуждать об искусстве, оценивать творения с "поднебесной высоты своего драгоценного мнения". А мнение одно — искусство обязано услаждать слух и взор этих "истинных ценителей прекрасного".
Раньше, натыкаясь на такое, я влезал в треды, пытаясь всерьёз объяснить, что их позиция неправильна. Искусство не обязано никого ублажать — ни чей-то слух, ни взор, ни интеллект (при условии его наличия, конечно). Но в какой-то момент понял, что связываться с этими новоявленными "искусствоведами" ни в коем случае нельзя, если дорога нервная система. Уровень хамства этих "утончённых ценителей" улетал далеко за пределы возможного, и мне этому противопоставить было нечего. Влезать в подобные треды я перестал, но так и не смог привыкнуть к высокомерию невежества, по-прежнему, когда натыкаюсь на подобные рассуждения, охватывает возмущение. Каких только гадостей я ни начитался о произведениях искусства разных эпох, от Джоконды до Чёрного квадрата. И если на Малевича кидаются, в общем-то, понятно почему, то чем Джоконда не угодила — тайна. Наверное тем, что прекрасна.
Джоконда в Советское время приезжала к нам в Москву. В Пушкинский несколько дней стояла просто бесконечная очередь. Но мы с друзьями не могли такое событие пропустить, договорились, приехали и заняли очередь в трёх местах сразу (нас было трое — я, Коля Денисов и Миша Неверов). Когда стоявшие в очереди доходили до Джоконды, то у них было около минуты, может, немного меньше, чтобы, медленно двигаясь, смотреть на картину. Маловато, конечно, но ничего не поделаешь. Но посколько у нас было три места в очереди, мы смогли пройти у главной работы Леонардо трижды.
Первый раз, когда я взглянул на Джоконду, я увидел её глаза. Они меня просто приворожили. Когда на улицу вышел, понял, что ничего, кроме её глаз и не разглядел. Да и не смотрел я никуда, только в эти глаза. Но у меня были ещё две попытки в запасе. Поэтому, дойдя второй раз до картины, я смотрел на всё остальное, только не в глаза Джоконде. Ну, а в третий раз, словно после двух подготовительных просмотров, удалось как-то полноценно всё воспринять. Это была моя первая встреча с шедевром Леонардо. Была и вторая, в Париже, в Лувре. Там никакой очереди, подходи и смотри. Правда, у Джоконды постоянно стоят люди, но всё равно ощущения другие. Вторая встреча была, как со старой, горячо любимой знакомой, которую просто давно не видел.
Искусствовед — это отдельная профессия. Человек, который ведает искусством, изучает его, чтобы знать, а знать — значит, понять. Всякое понимание зиждется на знании, и искусствоведы передают свои знания людям, чтобы те тоже поняли или хотя бы постарались. Но для наших "ценителей" из интернета это слишком сложный путь. Не будут они париться, что-то там изучать. Вот ещё! Они и так всё знают-понимают, лучше всяких искусствоведов. Таких "всезнаек" всё больше, и они становятся всё наглее, а происки их не так безобидны, как может показаться. Есть связь между разгулом доморощенных критиканов и половодьем безвкусицы, залившей интернет. Видимо, именно это услаждает вкус людей, оскорблявших Джоконду, высокомерно издевавшихся над Малевичем и другими художниками.
Один мой знакомый, очень классный музыкант, как-то сказал мне: "Серьёзное искусство постараются уничтожить. Оно не нужно, так как заставляет думать. А те, кто рулит этой жизнью, не хотят, чтобы люди думали." Всё больше похоже, что он был прав. Навязанная уверенность, что искусство должно услаждать, ублажать, обслуживать — провоцирует пренебрежительное отношение не только к современной живописи, но и к искусству вообще, в том числе и к музыке. Вспомним хотя бы интернет-атаку на авторское право. Как там оттягивались все эти "ценители", как поливали авторов, поливали без всякого стеснения, с тошнотворным злорадством. Сомневаюсь, что эти люди слушают Чайковского, Прокофьева или Шостаковича. Их интересы, скорее всего, ограничиваются самой дешёвой попсой. Но, получив карт-бланш, с каким энтузиазмом кинулись они костить всех и вся, в том числе и авторов столь близкой им попсы. Всех! Невежество не действует избирательно, оно сметает всё.
Если вам нравятся мои публикации, то вы можете поддержать меня любым переводом на карту Сбера, на ваше усмотрение. Номер моей карты - 5469 5900 1236 0478