— Что значит – это твоя квартира?! Ты здесь распоряжаться не будешь! — произнесла Валентина Сергеевна, бросая ледяной взгляд на невестку.
Наташу трясло от возмущения и обиды. Она стояла посреди собственной гостиной, чувствуя, как последние силы покидают её. Каждая вещь здесь была выбрана и расставлена ею лично, с любовью и мечтами о счастливой семейной жизни.
— Как вы смеете?! Это мой дом! — голос Наташи дрожал.
— Твой? — усмехнулась свекровь. — Забыла, чьими деньгами всё это оплачено? На эту квартиру, как и на ремонт в ней, заработал мой сын. Каков был твой вклад? На твои копейки, которые ты называешь получкой, не купишь даже конуру. Приживалка!
Воспоминания пронеслись перед глазами девушки яркими вспышками. Всего полгода назад они с Антоном переехали в эту квартиру. Он месяцами трудился на вахте, добывая каждую копейку для их общего счастья. Да, всю сумму на покупку жилья заработал он.
Но и Наталья без дела не сидела. Помимо работы, она в одиночку справлялась с ремонтом. Контролировала рабочих, бегала по строительным магазинам, вкладывая в каждый уголок квартиры частичку себя.
Они успели пожить в этой квартире лишь несколько месяцев, как Антон снова уехал. Очередная длинная командировка на севере, и просьба мужа:
— Наташа, маме стало хуже. Она не может жить одна. Мне так неспокойно: боюсь, как бы с ней что не случилось. Может, ей пожить с тобой?
Она согласилась, не раздумывая. Ради спокойствия любимого человека Наталья была готова принять свекровь у себя. Да и как откажешь: это же его мать.
***
Первые 3-4 дня Валентина Сергеевна была тихой и незаметной. Вечерами сидела в отведённой ей комнате. Свои порядки в доме не наводила. С претензиями к невестке не лезла.
Но вскоре всё изменилось. Мать мужа обжилась, расправила плечи и почувствовала себя главной хозяйкой в этом доме.
Каждый день приносил Наталье новые сюрпризы: свекровь могла затеять перестановку, постоянно лезла к ней «ценными» советами, цеплялась к каждой мелочи:
– Наташ, неужели тебя никто не научил, как нужно мыть полы? Налей в ведро стакан уксуса, чтобы полы блестели.
– Вы что! Какой уксус? Это дорогое напольное покрытие. Его можно мыть только со специальным средством, – ответила невестка.
На следующий день, придя с работы, Наталья обнаружила, что полы в доме утратили глянцевость:
– Валентина Сергеевна, что случилось?
– Я всё же решила перемыть пол с уксусной водой. И вот такой эффект получился. Но матовый пол выглядит даже красивее. Не правда ли? – свекровь, как ни в чём не бывало, вскинула голову и удалилась в комнату.
Затем свекровь заменила шторы, которые с такой любовью выбирала невестка. Выкинула дизайнерский букет из сухостоя:
– Мёртвым цветам не место в доме!
Наташа терпела, убеждая себя, что это временно. Что свекровь пожилая и больная женщина. Не стоит с ней ругаться. Мало ли как это скажется на здоровье.
Но вскоре некогда тихая и уютная квартира превратилась в гостевой дом.
Сначала в гости приехала сестра мужа Света с дочкой Ксюшей:
– Мы приехали проведать маму. Поживём у вас пару недель.
Потом появилась другая родственница — Зинаида, которая приехала просто погостить и повидаться с Валентиной.
Свекровь принимала в квартире своих подруг, которых она водила по комнатам, как по музею. В один из дней Наталья застала мать мужа и очередную гостью за тем, как ни рылись в её гардеробной:
– Дамы, что вы забыли в моём шкафу? – громко спросила невестка.
– Ой, ты уже пришла? А я вот хотела дать Ниночке твои носки. Она промочила ноги. Заодно мы с Ниной переложили твое бельё. Ты знаешь, плавочки и бюстики должны лежать по отдельным стопкам.
– Вы рылись в моём белье? – голос невестки дрожал от негодования.
– Ну почему сразу рылись? Просто навели порядок в том бардаке, что ты развела.
***
– Антон, твоя мать переходит все границы, – начала неприятный телефонный разговор жена. – Мои любимые вещи постоянно пропадают. Она раздаёт мою одежду своим гостям и подругам. Роется в шкафах, показывая чужим людям всю изнанку нашей с тобой жизни.
– Не говори ерунду. Это так не похоже на мою мать. Ты преувеличиваешь, – ответил муж. – Не накручивай себя, дорогая. Мама всегда действовала только во благо. Ты, наверное, не так всё поняла.
***
– Валентина Сергеевна, нам надо серьёзно поговорить. Мне не нравится, как вы ведёте себя в моём доме. Поймите, вы тут не хозяйка, чтобы устанавливать порядки, зазывать толпы гостей, раздавать ненужные советы, – Наташа хотела прояснить ситуацию раз и навсегда.
– А что тут выяснять? Ты тут никто! Приживалка! Эту квартиру купил мой сын. Я могу делать здесь всё, что захочу. И вообще, ты, Наташа, мне никогда не нравилась. Я могу сделать так, что Антон с тобой быстро разведётся и выкинет из этой квартиры.
В этот момент входная дверь внезапно открылась. На пороге стоял Антон и с тревогой глядел на растерянную жену и мать, замершую с ледяным выражением лица.
— Что здесь происходит? — резко спросил он.
— Ты уже приехал?! Да ничего особенного, — начала Валентина Сергеевна. — Просто Наташа решила, что она хозяйка...
— Мама, замолчи, — спокойно, но твёрдо сказал Антон, мгновенно поняв всю ситуацию. Он шагнул к Наташе, обнимая её трясущиеся плечи.
— Антон, она превратила наш дом... она говорит, что разведёт нас, — голос девушки сорвался на плач.
Он обернулся к матери, в глазах его горел холодный гнев:
— Мать, ты, видимо, что-то перепутала. Наталья тут хозяйка, а ты гостья. И если тебя что-то не устраивает, то можешь собирать вещи. Я вижу, что ты вполне здорова, чтобы вернуться к себе домой.
— Но мы же семья! Я твоя мать! — возмутилась Валентина.
— Именно, — голос Антона стал ещё жёстче. — Любящая мать не ведёт себя так, как ты. Собирайся. Я отвезу тебя домой.
В комнате воцарилась тишина. Валентина Сергеевна не двигалась с места, испытующе глядя на сына:
— Ты выбираешь её?
— Я выбираю свой дом и свою жену, — твёрдо ответил сын.
Спустя час квартира опустела. Наташа стояла у окна, глядя, как свекровь, бурча под нос, уходит с чемоданами. Сердце девушки всё ещё бешено стучало.
***
Антон подошёл сзади, бережно обнял её за плечи, целуя в волосы:
— Прости меня. Я не должен был оставлять тебя одну с мамой. Ты знаешь, я никогда не замечал, какая она на самом деле.
Жена повернулась к нему, прижалась всем телом и, наконец, почувствовала себя защищённой:
— Я боялась, что потеряю и тебя, и дом...
— Этого никогда не произойдёт, — прошептал он, крепко держа её в объятиях. — Потому что это твой дом, Наташа. Ты и есть мой дом.
Ночь опустилась на город мягко и тихо. И впервые за последние недели Наташа уснула спокойно, чувствуя, что вновь обрела не только дом, но и себя.