Летом старый и тесный аэропорт Симферополя был заполнен до отказа. Семья Гюллер прошли пограничный и таможенный контроль, и опытный супруг попросил жену подождать с детьми в зале ожидания, где хотя бы работали кондиционеры…
(часть 1 - https://dzen.ru/a/Z4ZQYcAzDg_E7VNy)
Мехмет вышел на площадь, одной фразой, произнесенной сквозь зубы на турецком, отвязался от навязчивых услуг татар-таксистов, предлагавших проезд в любую точку Крыма за сто долларов, и прошёл к концу вытянутого в длину здания из стекла и бетона, где стояли припаркованные автомобили советского производства. Рядом кучковались водители, конкуренты крымских татар.
Взгляд серых глаз выделил чистый автомобиль ВАЗ-2106 фиолетового цвета вместе с водителем в салоне. Интурист подошёл сквозь заинтересованные взгляды таксистов к выскочившему навстречу мужчине славянской внешности и спросил на русском языке с лёгким акцентом:
– Доедем за пятьдесят долларов в Феодосию?
– Легко и быстро доедем за шестьдесят!
– У меня ещё жена с двумя детьми и багаж.
– Выходите из зала, я подъеду ближе.
Когда все расселись, главный пассажир поинтересовался с переднего сиденья о способах конвертации немецких марок на рубли. Довольный таксист поделился секретом о надёжном пункте обмена валюты с наиболее выгодным курсом.
Водитель представился Иваном, сообщил, что его брат с семьей живёт в Феодосии, и предложил гостям полуострова заехать по пути к его маме. Мол, захватим ведро ягод для брата, а заодно гости попробуют настоящей крымской черешни.
Дорога оставляла желать лучшего и по мере приближения к морю становилась всё интересней и интересней. Конечно, по дороге все познакомились и разговорились. Беседовали в основном передний пассажир с водителем.
Мехмету шла на пользу практика русского языка, а жена с детьми были заняты угощением в виде полного пакета вымытых ягод и видами за окном. Первым делом Иван, уточнив место жительства гостей, с гордостью сообщил, что его старший брат Николай женился на немке. Марине Майер из Казахстана! Сейчас молодые живут в Севастополе и думают о переезде к родственникам в Мюнхен.
Когда подъехали к монументальному, в стиле сталинского ампира, зданию гостиницы «Астория», расположенной на проспекте Айвазовского, благодарный пассажир, протягивая десять марок вдобавок к оговоренной сумме, поинтересовался с улыбкой:
– Ваня, а ты что-нибудь слышал об Ильдаре Ахметове из Феодосии?
Контрразведчик сразу заметил напряжение, возникшее в фигуре таксиста, вынимающего сумки из багажника, и решил не торопить с ответом. Водитель дождался отхода женщины с детьми от машины, принял деньги с благодарным кивком и сказал:
– Мехмет, я вижу, ты хороший человек и у тебя семья. Мой тебе совет: не спрашивай больше у незнакомцев об Ильдаре и не гуляйте поздно вечером по городу. Это всё!
Иван, не протягивая руки, уселся в машину, развернулся и поехал в сторону вокзала. Несколько озадаченный глава семьи схватил сумки и поднялся по бетонной лестнице вслед за женой и сыновьями…
Гюллер ещё во время делового завтрака в Эссене договорился с боссом о том, что до встречи с имамом Феодосии, назначенной в понедельник, он не будет выходить на связь. Поэтому будет лучше, если их никто не будет встречать, они сами доберутся до города и поселятся в гостинице.
Эльза нашла и забронировала двухкомнатный номер в отеле у набережной. Правда, очень дорогой, и поэтому свободный. А сам Мехмет постарается за выходные дни поговорить с людьми, заранее прояснив ситуацию с Ильдаром Ахметовым, а потом сравним всё вместе с информацией, полученной от Мустафы Умерова. Бекир согласился и приказал позвонить вечером в понедельник.
Гостиничный сервис в Феодосии, как и крымские дороги, желал лучшего. Хотя номер оказался довольно просторным и с видом на гладь Черного моря, сильно удивила железная дорога, проходящая под окнами отеля и с идущими по ней пассажирскими и грузовыми составами, машинисты которых приветствовали отдыхающих веселыми гудками.
Первые впечатления сгладили прозрачная вода Феодосийского залива и горячий песок пляжа. Конечно, не итальянский отель, и даже не берег Турции, но вполне себе нормальный отдых. Особенно для сыновей, которым больше всего понравилась местная вольница без всяких там немецких «порядка и дисциплины»…
Бывший контрразведчик не внял словам русского таксиста и предпринял вторую попытку получения информации об интересующем человеке во время обеда в ресторане Арагви. Молодой официант, приняв с благодарностью чаевые, как только услышал просьбу щедрого посетителя, тут же нахмурился и отошёл от стола.
Мехмет всё понял, велел сыновьям быстрее заканчивать с десертом и на выходе зафиксировал тяжелый взгляд мужчины лет сорока в белой рубашке с широко расстегнутым воротником, в прорези которой виднелась картина синих куполов с крестами.
«Russische mafia»?! «Wor w sakone»! Этого только не хватало. Значит, прав был таксист, советуя от всей загадочной души не задавать лишних вопросов об Ильдаре. Да кто он такой, этот крымский татарин?
Несмотря на жаркие дни, портовый город жил привычной курортной жизнью. Сновали машины, суетились пешеходы, прячась от солнца в тени домов и деревьев. В понедельник Мехмет, отправив семью на пляж, пошёл по проспекту Айвазовского в сторону Морсада к возвышающейся вдали острой башне минарета мечети Муфтий-Джами, где была назначена встреча с главным имамом города.
Древняя турецкая мечеть, огороженная глиняным забором, превратилась в строительную площадку: вокруг сложен материал, работала бетономешалка, сновали крепкие работники, которыми командовал высокий бригадир в спецовке и в странной шапочке, сложенной из газеты.
По двору рассредоточились несколько охранников в одинаковых рубашках. Гостя ждали, один из охраны махнул рукой в сторону раскрытой высокой двери, приглашая внутрь. Большой молельный зал встретил прохладой и запахами законченного ремонта.
Гюллер разулся, успел на ходу осмотреть выровненные и окрашенные стены, поднял голову и взглянул на высокий белый купол, символизирующий небесный свод. Открытые настежь окна проветривали помещение. Из небольшой двери, скрывающейся за возвышением с кафедрой, вышел навстречу высокий мужчина в белой рубашке и светлых брюках.
Точно также, как самого Мехмета никогда не принимали за турка, вышедшего человека было сложно принять за крымского татарина и тем более, за главного имама Феодосии. Высокий рост, светлая окраска волос, серые глаза указывали, что в крови Мустафы Умерова течёт не только мусульманская кровь. Да кого только не было на крымском полуострове…
Имам протянул ладонь и с уважительным обращением «Ас-саляму ‘алейкум» поздоровался с гостем. Затем махнул рукой, приглашая в глубь вытянутого кабинета. После того, как оба присели напротив друг друга, Мустафа взглянул в спокойное лицо гостя и начал разговор первым на турецком языке:
– Меня предупредили о вашем прибытии, и я знаю, что вы с семьей уже два дня отдыхаете в Феодосии. – Имам скрепил пальцы рук, лежащие на столе, в замок. – И я знаю, что вы дважды интересовались моим племянником.
– Не понял?
– Ильдар Ахметов мой племянник, которого я знаю с рождения. Сын моего двоюродного брата. – Мустафа разжал пальцы, откинулся к спинке стула и спросил: – Мехмет, вы когда в последний раз звонили в Эссен?
– Жена позвонила родным из аэропорта по прилёту. Что случилось?
– В Стамбул вы тоже не звонили?
– Нет! Что случилось?
– Тогда я вынужден сообщить вам, что в пятницу у дверей своего дома был убит Бекир Чакынджи.
Как бы ни учили контрразведчика владеть собой и скрывать свои чувства, в этот раз Гюллер не смог скрыть выражение отчаяния на лице. Мехмет успел привыкнуть к боссу и по-своему уважал сильного человека.
Мужчина выдохнул и медленно произнёс:
– Мы виделись утром в пятницу перед отлётом.
– Бекира застрелили под конец дня одним выстрелом в голову. Мгновенная смерть! – Хозяин кабинета взял со стола стеклянный кувшин, налил стакан воды и протянул гостю. – Меня самого не было в городе, приехал сегодня ночью. О смерти Чакынджи сообщили с утра. Сейчас в Эссене и в Стамбуле ждут вашего звонка. Звоните прямо отсюда. Не буду вам мешать, подожду на улице.
Начальник службы охраны, оставшийся без главного клиента, вышел через полчаса с сосредоточенным лицом. Имам что-то обсуждал с бригадиром строителей, и как-то только заметил Мехмета, отдал последние указания и вернулся к гостю.
– Здесь рядом по улице Ленина есть превосходная чайхана, где готовят отличный кофе.
– Да я бы сейчас и от водки не отказался.
– Тогда, может быть, лучше коньяк? Армянский? Настоящий!
– Подойдёт. – Гюллер оглянулся в сторону мечети и спросил, как бы, между прочим: – Мустафа, вы наняли работников из военных?
Имам улыбнулся и кивнул:
– У меня бригадир целый полковник!
– Не понял?
– Полковник строительных войск, сейчас на пенсии. Были такие в СССР, назывался стройбат. А бригадой я доволен. Главное, не пьют и работают целыми днями, несмотря на жару. Кстати, строителей рекомендовал тот же племянник. Вот о нём и поговорим в чайхане. Пойдёмте!
В серых глазах военного контрразведчика что-то мелькнуло, и двое похожих друг на друга мужчин отправились по улице Ленина, стараясь держаться в тени огромных деревьев…
Мужчины прошлись по тенистой стороне улицы Ленина, пересекли улицу Желябова, где Мустафа с улыбкой сообщил, что в каждом приличном городе должна быть своя улица, посвященная революционеру-народнику и одному из организаторов убийства императора Александра Второго.
Гюллер только кивнул в ответ, продолжая прокручивать в голове два состоявшихся разговора: один со своим заместителем в Эссене по имени Айдын Байрактар (знаменосец), которого сам Мехмет год назад выделил из солдат мафии за сообразительность, многому научил и поднял до среднего звена группировки.
Гюллер вздохнул, реорганизация охраны не помогла! Второй разговор произошёл с одним из главарей организации с восточного побережья провинции Трабзон. Начальника охраны и безопасности Бекира Чакынджи ждут в Стамбуле!
И как бы сейчас ни улыбался священнослужитель в стильных брюках и лёгкой рубашке, его напряжение чувствовалось во всём: в фигуре, в походке, в речи и в выражении глаз. Дядя волнуется за племянника?
Вот сейчас и попробуем выяснить, кто такой Ильдар Ахметов? Будем надеяться, что имам не откажется от рюмки коньяка и помянет его босса? Да и сам Мустафа казался больше европейским чиновником, чем главным имамом древнего города.
Заведение под обычным названием «Чайхана» оказалось уютным, прохладным местом, с намёком на восточную роскошь и чем-то похожим на маленький ресторан Старого города турецкой столицы.
С утра понедельника зал был почти пустой, за исключением семьи туристов с двумя детьми: мальчик и девочка. Слышалась русская речь, мама учила детей правильному обращению с янтыками, аромат которых распространился по всему залу. Папа ел молча и сосредоточенно…»
Роман Тагиров (продолжение - https://dzen.ru/a/Z9f6i3lb3gwaMzVf)
P.S. Некоторые читатели начали путать старую версию с новой. Напомню, что здесь пока идёт старая версия событий! Всё новое только на портале Бусти: https://boosty.to/gsvg
