Глава 6
Утро меня застало смотрящей на себя в зеркало. Это было не просто отражение, там была словно чужая, незнакомая мне женщина. Глаза потеряли блеск, веки были красные, опухшие, под ними залегли тени, а кожа приобрела болезненную бледность. Казалось, что кто-то выжал из меня все соки, оставив лишь пустую оболочку.
Я умылась, стараясь не смотреть на свое отражение. Холодная вода немного привела меня в чувство, но внутри все еще царила пустота. На кухне поставила чайник греться, но мысли были далеки от еды. Я с трудом заставила себя сделать сэндвич, сунув между пластинками хлеба листик салата. Жевала медленно, пытаясь ощутить вкус, но он ускользал, словно я жевала кусок пенопласта. Чай помог проглотить этот безвкусный кусок, но не принес облегчения.
Потом переоделась в спортивный костюм. Села за стол, взяла в руки записную книжку и начала обзванивать тех, кто, по моему мнению, мог бы мне был помочь. Это были бывшие компаньоны мужа, с которыми он когда-то работал, но потом они продали ему часть своих акций. Они разошлись мирно, и я знала, что они могут быть полезны.
Позвонила одному банкиру, с которым муж вел дела. Затем набрала номера нескольких финансовых консультантов из конкурирующих фирм. Они могли бы предложить мне новые возможности или дать советы, как справиться с ситуацией.
Последними в списке были несколько жен чиновников, с которыми я познакомилась на вечеринках, куда меня водил муж. Они знали меня, и я надеялась, что они смогут предложить мне поддержку или просто выслушать.
Но когда я начала звонить, то поняла, что все они были заняты. Банкир был на совещании, консультанты были загружены работой, а жены проводили время с детьми или на встречах. Все они были заняты своими жизнями и проблемами, и я почувствовала себя еще более одинокой. В их отказах говорить со мной, я почувствовала какую-то недосказанность…
Я положила трубку, чувствуя, как внутри снова поднимается волна отчаяния. Что же мне делать?
Что происходит?
Ведь все они когда-то говорили о том, что готовы меня взять на работу, помочь с рекомендацией. А теперь все упорно сделали вид, что меня нет?
Что-то здесь не так…
Подумав, решила позвонить главной сплетнице нашего офиса. Наташа работала в бухгалтерии и точно знала все. Вот она, являясь любовницей помощника Максима, была в курсе всех событий.
— Наташа, привет! — постаралась сделать голос спокойным и уверенным. — Не хочешь в обед кофе выпить, поболтать?
— Привет… Не думала, что позвонишь. Ты за документами, да? — ответила она, явно ожидая услышать эту новость.
— Уже все знают? — спросила я, понимая, что скрывать что-либо бесполезно.
— Все. Максим Олегович вчера пришел без кольца, — радостно заявила она мне. — И конечно же твое резкое увольнение.
— Так попьем кофе? — выдавила я из себя, стараясь не выдать волнения.
— Давай. В час, кафе напротив нашего здания, минут на двадцать, я точно смогу выскочить! — согласилась Наташа.
— Спасибо. Трудовую книжку принесешь? — уточнила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.
— Да, без проблем. Все готово, за тебя Максим Олегович везде расписывался, — подтвердила она, и я почувствовала облегчение.
— Ясно, — ответила я, пытаясь скрыть свои эмоции. Наташа отключилась сама, обрывая наш разговор. Мне очень не хотелось с ней встречаться, но выбора не было. Она знала все...
Отвлекли меня от тяжелых мыслей мастера, о которых я уже успела забыть. Мужчины работали быстро и профессионально, уложившись всего в пару часов. Они вручили мне лист с пояснениями по работе кнопки и сигнализации, контракт на охранные услуги и прейскурант на дополнительные услуги. Контракт оказался не таким уж и дорогим: кнопка и сигнализация обошлись в пару тысяч рублей в месяц, а вот выезд охраны следовало оплачивать отдельно.
Вместе с контрактом мне передали связку новых ключей от двери. Я поспешила закрыть ее, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Но вместе с этим пришло и осознание того, что я не могу позволить себе расслабиться.
С новыми ключами в руках я чувствовала себя увереннее. Словно я смогла отгородиться от всех проблем...
Переоделась в любимый деловой костюм, нашла косметичку и духи, привела немного себя в порядок, пряча синяки под слоем пудры. Собрав сумку, не забыв положить в нее дарственную от сестры и документы, я вышла из квартиры.
На такси не стала тратиться, спустилась в метро и доехала вовремя, попадая на привычную улицу, где я столько лет проработала в офисе. Здание выглядело таким же, как всегда, но что-то в атмосфере было неуловимо изменилось.
Заказала себе кружку капучино, а Наталье — черного американо, и присела за столик у окна. Ожидание было недолгим, но через полчаса я поняла, что она не придет. Я достала телефон, чтобы снова позвонить ей, но вдруг увидела сообщение от неизвестного номера.
«Анна, это я. Приходится шифроваться. Мне запретили что-либо говорить тебе! Ну и, в общем, я не смогла вытерпеть такого произвола... Тебя уволили по статье растрата, это первая плохая новость. Вторая, ты внесена в черный негласный список для всех финансовых структур! Это прямо жестко, даже по-моему... И это, мне не звони, а то грозят уволить! И жест «доброй воли» от Максима Олеговича — тебе «простили» растрату!»
Слезы сами потекли по щекам. Я не могла поверить в прочитанное. Это было слишком жестоко и несправедливо. Моя карьера, репутация, все, что я строила годами, рухнуло в одно мгновение.
«И тебя объявили подстилкой, которая спала со всеми, под кого подкладывал тебя муж... Этим поделилась твоя сестра, типа по секрету! Ой, мне пора!» — сказала она и замолчала, оставив меня в полном отчаянии.
Я сидела за столиком, не зная, что делать дальше. В голове была полная каша, а сердце разрывалось от боли и обиды. Я не могла понять, как такое могло произойти. Я всегда старалась быть честной и добросовестной, никогда не нарушала правил и всегда выполняла свою работу на высшем уровне.
Нет, это происходило точно не со мной…
Почувствовала дурноту, голова закружилась…
