Георгиевский крест (до 1913 г. — Знак отличия Военного ордена) – это наградной знак к ордену Святого Георгия для нижних чинов с 1807 по 1917 годы за выдающуюся храбрость, проявленную в бою против неприятеля. Он являлся высшей наградой для солдат и унтер-офицеров. В 1913 году был утвержден новый статут знака отличия Военного ордена. Он стал официально называться Георгиевским крестом, и нумерация знаков с этого времени началась заново. Были введены также пожизненные денежные поощрения кавалерам Георгиевского креста: за 4-ю степень — 36 рублей в год, за 3-ю степень — 60 рублей, за 2-ю степень — 96 рублей и за 1-ю степень— 120 рублей. Но не только денежные пенсии служили знаками поощрения для георгиевских кавалеров. Правительство оказывало им особое внимание, предоставляя многочисленные преференции. 17 января 1916 г. был учрежден Георгиевский комитет, председателем которого стал брат Николая II, великий князь Михаил Александрович. 19 августа того же года было принято решение об учреждении во всех учебных заведениях специальных вакансий для детей и сирот неимущих георгиевских кавалеров. Вакансии были введены и в учебных заведениях Шуйского уезда.
К сожалению, мы имеем очень мало сведений о наших земляках кавалерах ордена св. Георгия. В архивном фонде Шуйского уездного воинского начальника сохранились сведения о назначении пенсий георгиевским кавалерам. Однако лишь в нескольких случаях имеются сведения о подвигах, за которые воины получали эти награды.
А.П. Шавандин, крестьянин д. Пшениснова Васильевской волости, был рядовым 184-м Варшавского полка. В бою 7 ноября 1914 г. он «спас жизнь своего офицера, отразив удар ему угрожавший», за что был награжден Георгиевским крестом 4-й степени. Однако уже через три дня он пропал без вести, поэтому его жена Т.Н. Шавандина ходатайствовала о выдаче ей пенсии. Она действительно имела на нее право (в течение одного года по смерти мужа), и пенсия была назначена.
А.М. Шалаев, гражданин г. Иваново-Вознесенска, работавший на фабрике Полушина, служил ефрейтором в том же полку. В бою 5 мая 1916 г. он «под сильным и действительным огнем противника, пронес и доставил важное извещение, долженствующее восстановить связь, утраченную совместно действующими ротами и, несмотря на ранение в спину осколком снаряда, после перевязки возвратился в роту, принимая участие в дальнейшем бою». За это он был награжден Георгиевским крестом 4-й степени.
М.П. Осокин, крестьянин д. Веригина Якиманской волости, был младшим унтер-офицером в том же Варшавском полку. Призвался он еще в 1905 г. В первые же месяцы войны он получил два Георгиевских креста. Крестом 3-й степени он был награжден за то, что 16 октября 1914 г., будучи разведчиком, «с явной личной опасностью добыл и доставил важное о противнике сведение», а крестом 4-й степени – «за храбрость и мужество», проявленные в ночном бою 13 октября 1914 г. После тяжелого ранения он вернулся домой, но проживал не в деревне, а в Шуе.
Еще более интересна судьба иваново-вознесенского мещанина М.Н. Язвицкого. Он не был старым солдатом, как Осокин, и призван был лишь в июле 1914 г. В ночь с 12 на 13 июня 1915 г. он «под сильным и действительным огнем противника, проявляя необыкновенное хладнокровие и распорядительность, командуя взводом, отбил противника в превосходных силах», за что получил Георгиевский крест 4-й степени. А находясь в лазарете, 5 августа 1915 г., он получил еще один крест 4-й степени лично от царя за тяжелое ранение. Однако «одинаковые» кресты его не устроили, и 24 июня 1916 г. он просил о замене одного на крест 3-й степени. Ранение, очевидно, действительно оказалось тяжелым. 1 июля 1916 г. после переосвидетельствования, он был уволен в отпуск по болезни еще на 2 месяца, а 31 августа отпуск ему был продлен до 28 октября.
Награждения не за конкретные подвиги, а за ранения или плен были вообще довольно распространенным явлением. В частности, иваново-вознесенский мещанин И.Л. Засорин служил младшим унтер-офицером 324-го Клязьминского полка. 19 марта 1915 г. он был ранен в Карпатах, а Георгиевскую медаль 4-й степени получил лично от царя во время излечения в лазарете г. Львова 11 октября.
Крестьянин д. Чичерина Борисоглебской волости Нерехтского уезда И.Т. Поленов, проживавший в Иваново-Вознесенске, старший унтер-офицер того же полка, 18 августа 1914 г. был ранен в руку и ногу. На излечении он находился в петроградском лазарете, где 25 ноября после «высочайшего посещения» он и получил Георгиевскую медаль 4-й степени.
То же самое касалось вернувшихся из плена. Крестьянин д. Поталиц Авдотьинской волости, И.Г. Наумик был рядовым 92-й пешей Калужской дружины. 19 августа 1915 г. он как инвалид, прибыл из плена и 7 сентября был награжден Георгиевским крестом 4-й степени. Подобные награды также получили крестьяне д. Фоминской Якиманской волости В.А. Аблимантов, д. Новой Сергеевской волости А.Ф. Щеглов и д. Марьина Чечкино-Богородицкой волости В.А. Соков.
Случаи награждения несколькими крестами частыми не назовешь, но сведения о них также имеются. С.И. Мялов, крестьянин с. Гориц Шуйского уезда, был старшим унтер-офицером 10-й роты 67-го Тарутинского полка. За бои с неприятелем 10-15 октября 1914 г. он был награжден Георгиевским крестом 4-й степени, за бой 9 июля 1915 г. – Георгиевским крестом 3-й степени по полковому приказу, и крестом 2-й степени – лично великим князем Константином Михайловичем. В этом бою он был тяжело ранен и направлен в московский госпиталь. При этом ни знаков отличия за награды, ни аттестатов на них он не получил, и 28 мая 1916 г. просил об их высылке.
Крестьянин д. Клочкова Сергеевской волости И.П. Павлов был старшим унтер-офицером 5-й роты 40-го Колыванского полка. С самого начала войны он «находился на позиции» и был пленен. В плену он оказался в Австрии, однако бежал оттуда и возвратился в строй. Но 24 ноября 1914 г. он был убит в бою. Павлов был награжден Георгиевским крестом 4-й степени и представлен к кресту 3-й степени. Его отец, 56-летний П.Н. Павлов остался без кормильцев: один сын был убит, второй получил увечье, а самый старший, уже женатый, оказался в австрийском плену. Вследствие этого он просил о назначении ему пенсии за погибшего сына.
Документы свидетельствуют, что многие награжденные получали и знаки отличия, и пенсии за них далеко не сразу. Самый вопиющий случай произошел с рядовым 21-го Муромского полка Н.П. Челышевым. Награжден Георгиевским крестом 4-й степени он был еще в 1904 г. за отличия в бою против японцев, однако пенсии никакой не получал. 15 апреля 1915 г. он просил воинского начальника назначить ее, поскольку: «теперь к труду неспособен, и питаться мне нечем». Так что бюрократия нередко препятствовала получению героями причитающихся им наград и пенсий…