Егор осторожно вёл группу вперёд, освещая путь фонарём. Свет падал на стены, выхватывая из темноты причудливые формы — ледяные наросты и прозрачные сталактиты, будто застывшие капли воды, которые тысячелетиями медленно сползали вниз, застывая в причудливых узорах. Местами лёд становился настолько прозрачным, что под ним виднелись трещины, уходящие глубоко в скалистую основу, словно скрывающие в себе чьи-то древние тайны.
— Большая Багульная непростая пещера, — заговорил Егор негромко, его голос звучал глухо, чуть отдаваясь эхом от каменных стен. — Её когда-то и пещерой-то не считали, думали — обычный грот, пока глубже не полезли. Говорят, раньше тут шаманы обряды проводили, особенно в тех залах, куда мы сейчас направляемся. Видели вы рисунки возле входа? Людей, зверей разных… Им по несколько тысяч лет. Ещё древние охотники оставляли их, чтобы удача на охоте была.
Матвей шёл следом за ним, внимательно прислушиваясь и записывая в блокнот каждое слово.
Они прошли через узкий тоннель, где стены почти касались плеч. Профессор оглянулся и невольно замедлил шаг, рассматривая то место, где потолок опускался так низко, что приходилось слегка пригибать голову. Камень здесь был покрыт не просто льдом, а тонким слоем прозрачного инея, сверкавшего в свете фонаря, словно рассыпанные бриллианты.
— Смотри осторожнее, — предупредил Егор, показывая рукой на пол. — Здесь ледяная корка тонкая, под ней провалы бывают, вода ещё не замёрзла полностью.
Они аккуратно перешли опасное место и вышли в широкий зал с куполообразным потолком, уходившим вверх на добрые семь метров. Стены здесь покрывали большие, зубчатые сталактиты, похожие на каменные кинжалы. Издалека казалось, будто они медленно стекают вниз, застыв навсегда в движении.
— Вот здесь когда-то были найдены останки древних животных, — продолжал Егор, остановившись и проводя светом вдоль стен. — Возраст костей от двенадцати до шестнадцати миллионов лет. Представьте, сколько всего пережила эта пещера. Сколько ледников пришло и ушло, сколько поколений людей сменилось. Говорят, что в боковых коридорах до сих пор находят не только животных, но и следы тех самых людей, о которых ты говорил. Только туда никто и не суётся — опасно.
Матвей нетерпеливо шагнул вперёд.
— Проведи! Нам именно туда. В ту самую ветку, куда люди боятся ходить.
Егор взглянул на профессора и задумался, потом коротко кивнул и направился в сторону дальнего, почти незаметного прохода. Тоннель здесь резко сузился, каменные стены были настолько близко друг к другу, что казалось, пещера сейчас сомкнётся, придавив их плечи. Егор остановился, подсвечивая дорогу вниз, где путь шёл круто, подобно каменной воронке, уходящей в глубину земли.
— Видите эту расселину? — спросил он, освещая узкую щель, не больше тридцати сантиметров в ширину. — Если верить старикам, когда-то давно именно здесь был главный вход, которым пользовались древние охотники. Он вёл глубже, и если двигаться осторожно, можно добраться до самой нижней части — говорят, туда уже несколько тысяч лет не ступала нога человека.
— Там может быть захоронение, — взволнованно сказал Матвей, глядя вниз.
— Может быть, — кивнул Егор. — Только там очень глубоко и сыро, своды могут осыпаться, и лёд ломкий. Один неосторожный шаг, и будем лежать там вместе с вашими древними.
Матвей, словно и не слышал этих слов, пристально вглядывался в узкий лаз, предвкушая открытие, а Егор молчаливо выдохнул пар и осторожно двинулся вниз, на этот раз ступая ещё аккуратнее, проверяя каждый шаг ледорубом.
Звуки шагов растворялись во тьме, а стены Большой Багульной пещеры словно замерли, прислушиваясь к незваным гостям, нарушившим её многовековой покой.
*********
Егор осторожно шагнул вниз в узкий провал, медленно проверяя ногой каждый выступ ледяного пола, будто пробуя на прочность старый, гнилой мост. Свет фонаря с трудом пробивался сквозь влажный туман, который собирался здесь из-за резкого перепада температур. Чем глубже они спускались, тем сильнее казалось, что воздух давит на грудь, насыщаясь влагой и холодом, пробирающим до самых костей.
Матвей следовал сразу за ним, аккуратно, но с трудом, протискиваясь между узкими стенами, словно пещера сжималась и пыталась вытолкнуть их обратно. Позади шёл Виктор — коллега Матвея, немолодой уже учёный с седой бородкой и внимательным взглядом, чуть прищуренных глаз. Именно Виктор и начал первым тяжело дышать, пробормотав что-то насчёт возраста и неудобного спуска.
— Сколько нам ещё вниз? — спросил он, вытирая испарину со лба, несмотря на холод.
— Метров десять, может чуть больше, — ответил Егор, останавливаясь и вслушиваясь в глухое, тревожное молчание, царившее вокруг. — Только тут каждый метр стоит десяти наверху.
Дальше путь резко сужался, превращаясь в почти вертикальный лаз, покрытый гладким, словно зеркальным льдом. Пришлось использовать ледорубы и осторожно, на ощупь, ступать вниз, цепляясь руками за выступы стен, покрытые скользкой коркой. Пару раз Матвей едва не сорвался, зацепившись краем ботинка за острый выступ, но его вовремя подхватывал Виктор.
Наконец спуск закончился, и перед ними открылся новый, широкий коридор, уходящий вглубь. Здесь, на глубине, тишина была абсолютной — не слышно было даже дыхания. Стены и потолок, покрытые толстым, почти идеальным слоем прозрачного льда, словно отражали каждое их движение.
Егор впервые почувствовал тревогу, оглянувшись назад:
— Мы уже слишком глубоко. Может, стоит вернуться? Здесь человек никогда не ходил, не к добру это.
Матвей покачал головой, твёрдо ступив вперёд.
— Уже не вернёмся, пока не найдём хоть что-то.
Они пошли дальше. Внезапно луч фонаря осветил стену, и Егор вздрогнул, увидев в прозрачной толще льда огромное, странное существо. Оно напоминало мокрицу, только гигантскую, с панцирем и многочисленными лапами, расправленными в стороны, будто оно застыло на бегу, навсегда пойманное в ледяной плен.
— Матвей Викторович, — неуверенно сказал Виктор, протирая запотевшие очки, — посмотрите-ка сюда…
Матвей сразу же подошёл, осветив существо ярче. Они все замерли, разглядывая находку. Таких существ было множество, десятки, а может быть, сотни, замороженных в ледяных стенах вокруг них. Одно из них, размером не больше двух ладоней взрослого мужчины, оказалось так близко к поверхности, что Матвей и Виктор, обменявшись быстрым взглядом, без особых усилий выковырнули его ледорубом наружу.
Матвей осторожно перевернул существо в руках, внимательно его разглядывая:
— Оно совсем молодое, — удивлённо пробормотал он. — Пара лет от силы… Это не древний вид, господа, это что-то другое… Совсем недавно оно ещё ползало здесь, под Байкалом.
От этой мысли по спине Егора пробежал холодок. Значит, где-то глубже во льдах мог быть целый мир, скрытый от человеческих глаз.
Они двинулись дальше, ступая ещё более осторожно и внимательно. Через несколько минут они вышли в просторный, ледяной зал. Сердце Егора забилось чаще, и он остановился, пытаясь понять, что перед ними.
Посреди зала стояли каменные глыбы, покрытые прозрачным льдом, похожие на древнюю стоянку. Но было что-то необычное в этом месте: камни стояли не хаотично, а по чётко выверенному кругу, будто вокруг чего-то важного и значимого.
В центре круга, под слоем толстого, идеально прозрачного льда, был объект, сразу приковавший их внимание. Вначале всем показалось, что это гроб, изготовленный из какого-то светлого материала. Однако, когда Матвей подошёл ближе и направил фонарь прямо внутрь ледяного слоя, он громко ахнул.
— Это не гроб… Это что-то вроде капсулы…
Под прозрачным покрытием чётко просматривалась странная конструкция, похожая на технологию, которую в наши дни можно было увидеть лишь в кино. Внутри лежало существо, похожее на человека, но с непривычными пропорциями тела: удлинённые конечности, необычный череп, выступающие скулы, глубокие глазницы. Кожа его казалась светлой и почти прозрачной.
Матвей и Виктор застыли, не отрывая глаз от невероятной находки.
— Это не просто поселение, — наконец прошептал Матвей, — это место поклонения. Здесь его почитали, боготворили…
Егор молчал. Он ощущал, как сердце бьётся в груди гулко и тревожно, будто пещера сама наблюдала за ними, запоминая каждого из людей, посмевших заглянуть в её самую сокровенную тайну.
Над ними нависала древняя, абсолютная тишина, лишь лёд иногда тихо потрескивал, словно предупреждая незваных гостей, что им открыли дверь в тот мир, который никогда не должен был видеть человек.
**********
Фонари отбрасывали блики на ледяные стены, мерцающие в кристальной темноте. Егор, Матвей и Виктор медленно осматривали древнюю стоянку, их дыхание было слышно в гулкой тишине. Казалось, что каждый звук — шорох одежды, скрип подошвы по льду — разносится по сводам пещеры, будто пробуждая её ото сна.
Они находились среди каменных глыб, покрытых тысячелетним инеем. Вокруг валялись предметы, явно оставленные людьми, жившими здесь когда-то. На первый взгляд это казалось простым нагромождением камней, но вглядевшись, они начали различать детали.
Егор первым заметил круглое углубление в центре круга камней.
— Очаг, — пробормотал он, присев на корточки.
Матвей шагнул ближе, направляя фонарь. В ледяной толще различались следы старого костра: остатки обгоревших углей, мелкие кости животных, пережжённые, расколотые, будто их раскалывали для извлечения костного мозга.
— Они ели тут мясо, — сказал Виктор, разглядывая останки. — Может быть, оленьи кости, может, мамонта.
Чуть в стороне лежали каменные орудия: грубые, топоры, ножи, скребки, использовавшиеся для обработки шкур. Некоторые валялись так, словно были брошены в спешке. В ледяных нишах, как в природных кладовых, хранились гладкие кости, сложенные в аккуратные кучи.
— Хранилища? — предположил Матвей, указывая на них.
— Возможно, — пробормотал Виктор, склонившись над одной из ниш.
Егор подошёл к стене, где в ледяной глади угадывались очертания тёмных полос. Он прислонился к ней рукой, проведя пальцами по гладкой поверхности.
— Вот это… — он осветил стену получше. — Тут были рисунки. Правильно я понимаю?
Под тончайшим слоем льда угадывались древние изображения. Фигуры людей, сцены охоты, странные, извивающиеся знаки, похожие на ритуальные символы. Матвей с трудом сдерживал восторг.
— Это одно из величайших открытий, — прошептал он.
Но вскоре восторг сменился тревогой. Когда они снова сошлись в центре стоянки, переговариваясь о находках, Егор вдруг нахмурился.
— Где остальные?
Матвей и Виктор переглянулись. Они так увлеклись осмотром, что совершенно не заметили, как часть группы исчезла.
— Анисов и ребята, я не заметил как они пропали! — сказал Виктор.
— Да, я тоже ничего не слышал... будто ушли дальше.
Егор крутанул фонарём по сторонам. Вглубь пещеры уходил узкий проход, через который могли уйти их спутники. Он подсветил дальше — и свет полосами лёг на ледяной пол. Там валялись вещи.
Первое, что бросилось в глаза, — рюкзак, заваленный снегом, будто его просто скинули на ходу. Рядом ледоруб, чуть дальше другой рюкзак, открытый, с рассыпанными внутри припасами. Фонари лежали так, будто их просто выпустили из рук.
— Чёрт… — прошептал Матвей.
Егор подошёл ближе, осторожно осматривая всё вокруг. Следов борьбы не было, но и людей — тоже. Всё выглядело так, будто те, кто ушёл, просто… исчезли.
В воздухе висела тяжёлая, плотная тишина.
— Они должны быть где-то здесь, — Виктор медленно осмотрел проход, уходящий дальше во тьму.
Егор склонился над ледорубом и поднял его. Анисов всю дорогу его не выпускал из рук, а перчатки он забыл в посёлке. Ручка была холодной, как будто он давно лежал здесь, хотя они потеряли людей казалось всего несколько минут назад.
— Нам нужно идти за ними, — твёрдо сказал Матвей.
Егор снова посмотрел в темноту, в его сердце закралась тень сомнения.
***********
Шум появился внезапно, прорываясь сквозь ледяную тишину, похожий на далёкое завывание ветра. Но чем дальше они шли, тем яснее становилось — это не ветер.
Шум становился всё отчётливее, пробираясь сквозь слои льда и наполняя тоннель низким, вибрирующим гулом. Он больше не напоминал завывание ветра или треск замёрзшей воды, теперь это был чёткий, ровный звук механической работы, прерываемый резкими металлическими всплесками.
Матвей шёл первым, фонарь в его руке подрагивал, а свет метался по ледяным стенам, выхватывая всё новые причудливые узоры трещин и воздушных карманов. Виктор, тяжело дыша, то и дело протирал запотевшие очки, стараясь не отставать. Они двигались быстрее, почти переходя на бег, пока тоннель резко не закончился, выведя их на открытое пространство.
Перед ними развернулось огромное ледяное пространство, уходящее вверх на десятки метров. Вся пещера была залита искусственным белым светом, словно они вышли не под землёй, а в ангар какой-то исследовательской станции. По периметру стояли массивные фонари на металлических штангах, освещая каждый угол. В этом месте лёд не был таким ровным и чистым, как в естественных тоннелях — его ломали, разбивали, выпиливали, и воздух был насыщен мелкой ледяной пылью, кружащейся в лучах света.
Слева у стены работали люди. Они были одеты в одинаковые коричневые спецовки, с первого взгляда напоминавшие рабочую форму геологов или шахтёров, но двигались они странно слаженно, выполняя свою работу чётко и без суеты. В руках у них были бензопилы с длинными, широкими полотнами, специально адаптированными для резки льда. Один из рабочих аккуратно поднёс пилу к стене и, нажимая, провёл ровную линию, выпиливая массивную прозрачную глыбу. Через несколько секунд другой мужчина подхватил этот кусок и оттащил его в сторону.
Рядом с ними стоял жёлтый погрузчик с усиленными колёсами, явно предназначенный для работы в экстремальных условиях. Водитель, в такой же спецовке, не спеша управлял машиной, аккуратно загружая выпиленные куски льда в глубину тоннеля, который уходил дальше, в искусственно прорубленный проход.
Всё происходило так методично, так уверенно, что казалось, будто люди в этом месте работают уже давно.
Но не это было самым странным.
Егор вцепился в плечо Матвея и оттащил его за ближайшую ледяную глыбу, за которой они могли спрятаться. Сердце его колотилось быстрее, но не от страха, а от осознания того, что он видит перед собой.
— Ты это видишь?
Матвей глубоко вдохнул, переваривая картину перед собой.
— Вижу.
Егор напряжённо вглядывался в логотипы на спецовках рабочих и на борту погрузчика.
«СЕГЕДА».
Он знал это название.
— Чёрт возьми… — пробормотал он, отводя взгляд и снова прячась за ледяной выступ. — Что они тут делают?
— Кто? — прошептал Виктор, поправляя очки.
— «Сегеда» — это лесозаготовительная компания. Они валят лес по всей Сибири, выжигают гектары тайги. Говорят, работают без разбора, забирают всё подряд. Но что, к чёрту, они забыли здесь, подо льдом?
Он глубже вдохнул, вспоминая.
— Осенью я видел объявления. Они набирали людей для каких-то раскопок. Я тогда подумал, что они что-то ищут — может, ресурсы, уголь, ископаемые. Но лёд ведь не добывают.
Матвей молча кивнул, переводя взгляд на дальний угол пещеры.
Охрана.
У стены, в тени массивных ледяных блоков, стояло несколько вооружённых людей. Они отличались от рабочих — их спецовки были чёрными, более плотными, и на груди висели автоматы. Они не просто стояли — они наблюдали. Их взгляды скользили по рабочим, по технике, по двум тоннелям, уходящим в глубину пещеры.
— В любом случае, если нас обнаружат, хорошего не жди, — медленно сказал Матвей, наклоняясь ближе к Егору.
Егор перевёл взгляд туда, где люди в коричневых спецовках продолжали выпиливать лёд. Он вдруг понял, что они точно знали, что искали. Они не просто вырезали хаотичные куски, а аккуратно, осторожно вырезали определённые участки.
Он прищурился.
В замороженной стене что-то темнело.
Сперва это казалось просто случайной тенью, но теперь, приглядевшись, он понял: там, в глубине льда, угадывались очертания.
Формы, не похожие на естественные образования.
Что-то там было.
И его аккуратно, слой за слоем, вынимали из ледяного плена.
**********
Егор прижал плечо к ледяной глыбе, ощущая, как холод пробирает сквозь одежду, и чуть приподнялся, чтобы лучше видеть. Матвей и Виктор притаились рядом, затаив дыхание.
Перед ними, в свете мощных фонарей, рабочие продолжали методично выпиливать лёд, осторожно извлекая что-то огромное из ледяного массива. Это не было обычной глыбой, не кусок породы — из-под слоя замёрзшей воды медленно проступала гладкая, чёрная поверхность.
Это был монолит, огромный, высотой почти в пять метров, с идеально ровными гранями, настолько гладкими, что даже в мощном свете прожекторов они не давали чёткого отражения, а скорее поглощали лучи. Чернота его поверхности казалась не просто тёмной — она была абсолютной, словно внутри него не было материи, а лишь пустота, бездна, которую невозможно было осмыслить. Егор чувствовал, как его организм инстинктивно отвергает это зрелище, словно разум отказывался признавать существование такой вещи.
Он выделялся на фоне всего остального своей абсолютной, угольной чернотой, геометрически идеальной формой, словно его вырезали не стихии и не случайность, а руки тех, кто знал, что делает. От его полированных граней отражался свет фонарей, но отражение было каким-то искажённым, неправильным, будто поверхность этого объекта поглощала свет, а не отражала его.
Егор сглотнул, кожей ощущая что-то неправильное в этом предмете. Он будто не принадлежал этому миру.
— Господи… — выдохнул Виктор, не отрывая взгляда.
— Что за чёртова хрень… — прошептал Матвей.
Они не успели додумать ответ.
С противоположной стороны пещеры раздался звук шагов.
В сопровождении вооружённых людей вывели тех самых пятерых пропавших, которых Егор, Матвей и Виктор потеряли двадцать минут назад.
Егор почувствовал, как у него похолодели пальцы.
Люди шли спокойно, но слишком покорно, с пустыми взглядами. Охранники вели их без суеты, как будто всё было решено заранее. Впереди шёл мужчина в тёплой куртке, судя по всему, главный здесь. Он резко остановился и посмотрел на рабочих, продолжавших вырезать монолит изо льда.
А потом просто махнул рукой.
Выстрелы прогремели в тишине подземелья одновременно.
Егор вздрогнул, видя, как головы людей дёрнулись от попаданий. Куски черепов, сгустки крови и розовые ошмётки мозга разлетелись по льду, ударяясь о стены и падая на чёрную поверхность монолита. Красные пятна стекали по его идеально гладкой поверхности, но не оставляли на ней следов. Кровь просто исчезала, впитываясь в эту чёрную гладь, как будто её никогда не было.
Один из убитых рухнул лицом вниз, и от удара об лёд его расколотый череп разъехался в стороны, словно гнилой плод.
Матвей прикусил губу, пытаясь сдержать рвотный рефлекс. Виктор судорожно зажал рот рукой.
Но самое страшное произошло через несколько секунд.
Тела зашевелились.
Сначала это выглядело, как остаточные нервные импульсы, когда трупы ещё дёргаются после смерти. Но это было не то.
Они извивались.
Сломанные конечности хрустели, выправляясь в неестественные позы. Один из убитых встал на четвереньки, его голова была раздроблена, но внутри торчали новые костные образования, похожие на острые выступающие когти. Другой выгнулся дугой, его пальцы вытянулись, расползаясь в щупальца из костей и мяса.
Они не воскресли людьми.
Они стали чем-то другим.
Кожа разорвалась, изнутри пробивались костяные лезвия. Их движения стали быстрыми, животными. Они смотрели на начальника в куртке, как собаки смотрят на хозяина.
И он лишь спокойно указал рукой на монолит.
Твари тут же кинулись к ледяной стене и начали работать.
С неестественной силой и точностью, они вырубали лёд быстрее, чем рабочие с бензопилами. Они вгрызались когтями в лёд, вырывая его из стены, их кости пронизывали замёрзшие глыбы, раскалывая их на аккуратные блоки.
Все рабочие, вооружённые охранники и мужчина в куртке наблюдали за этим спокойно, как будто так и должно было быть.
Матвей стиснул зубы.
— Нам надо валить.
Но было уже поздно.
Мужчина в куртке повернул голову и указал прямо на них.
Егор не разглядел его лицо — на мгновение ему показалось, что глаза этого человека были совершенно чёрными, но он не стал разбираться.
Он не сговариваясь сорвался с места, резко развернувшись к тоннелю, откуда они пришли. Виктор и Матвей тут же бросились следом.
За спиной раздался рёв, словно из глубины пещеры вырвался ледяной ураган.
И они побежали.
Лёд под ногами был слишком гладким, но страх гнал их вперёд. Они мчались по тоннелю, чувствуя, как за спиной что-то движется, как что-то неестественное вырвалось из-под контроля.
Они добежали до стоянки древних людей, где в центре всё ещё стояла таинственная ледяная капсула с существом внутри.
— Дальше! — крикнул Егор, хватая Виктора за плечо и толкая его вверх по скользкому проходу.
Матвей не оборачивался.
Но он слышал.
За их спинами тоннель больше не был пустым.
Что-то бежало за ними, что-то громоздкое, что-то, что не должно было двигаться так быстро в таком холоде.
Они карабкались вверх.
Холод стал невыносимым, он давил.
Когда Егор наконец вырвался наружу, его чуть не сбило с ног ледяным ветром.
Матвей схватил его за руку, Виктор едва не поскользнулся, но всё же они успели.
Пещера позади больше не была пустой.
В темноте что-то двигалось.
Что-то, что никогда не должно было видеть света.
**********
Холод ударил в лицо, словно лезвие, но Егор этого почти не почувствовал. Он, спотыкаясь, выскочил наружу, за ним выбрался Матвей, а Виктор буквально вывалился из тоннеля, хватаясь за бок, где, казалось, рёбра горели от боли. Они не стали останавливаться, рефлексы работали быстрее мыслей. Бежать. Бежать, пока всё это не догнало их.
Под ногами скрипел снег, но этот звук заглушался жутким рёвом, вырывающимся из чёрного зева пещеры. Что-то ломалось, рушилось внутри тоннелей, лёд подрагивал, словно озеро чувствовало ужас, вырывающийся из его глубин. Они не думали, куда бегут, но инстинктивно устремились туда, где стояли их снегоходы. Это была единственная возможность унести ноги.
Позади раздался хруст.
Сначала просто хруст, похожий на треск ломающихся веток, но потом этот звук перешёл в отвратительное, месившее плоть чавканье.
Виктор крикнул, но этот крик был коротким, прерванным ужасным, мокрым всплеском.
Егор оглянулся — и увидел, как тело Виктора буквально разорвали.
Его позвоночник выгнулся дугой, рёбра разошлись в стороны, а изнутри пробивались новые конечности, не похожие на человеческие. Его голова рухнула на бок, но даже в этот момент его лицо пыталось двигаться, как будто он осознавал, что с ним происходит.
Из него проросло нечто другое.
Матвей не успел увернуться.
Тварь, только что бывшая Виктором, ударила его когтистой конечностью, и костяной шип пробил его плечо, пригвоздив к ледяной поверхности Байкала. Лёд треснул.
Егор упал рядом, его руку тоже пробило насквозь, пригвоздив его рядом с профессором.
Лёд под ними жёсткий, холодный, жадно впитывал кровь.
Перед ними, над их исковерканным товарищем, стояли эти существа.
Но вдруг твари резко сорвались с места.
Как будто что-то позвало их. Они отбросили Виктора, оставив его останки неподвижно лежать на льду, помчались к ближайшим скалам, будто им вдруг дали команду. Их длинные, уродливые конечности скользили по поверхности, и их движения были неестественно быстрыми, искажённо-человеческими.
К ним подошли люди.
Двое охранников. "Сегеда".
Перед ними стоял тот самый мужчина в тёплой куртке, который только что убил их людей в пещере. Он смотрел на них оценивающе, словно решая, стоят ли они ещё хоть чего-то.
— Ну что, друзья, — начал он, опускаясь на корточки рядом с Матвеем. — Есть два варианта. Либо вы станете кормом, либо поможете нам.
Егор сплюнул кровь на лёд, чувствуя, как пульсирует боль в пробитой руке.
— Пошёл ты…
— Ну зачем так? — мужчина усмехнулся, чуть наклоняя голову. — Мы ищем учёных, и, насколько я помню… Матвей, не так ли?
Матвей тяжело дышал, кровь стекала по его плечу.
— Алексей?
— Узнал. Отлично.
Алексей повернулся к Егору.
— А вот тебя, друг, придётся убить. Не по моей воле, конечно. Контракт обязывает.
Он вытащил пистолет и прицелился Егору в голову.
Но выстрела не последовало.
Лёд вдруг окрасился новыми алыми всплесками.
Алексей рванулся назад, в его лбу образовалась ровная, идеально точная дыра. Он рухнул на спину, его глаза остались широко раскрытыми, но в них больше не было жизни.
Охранники даже не успели среагировать.
Один за другим их головы разлетелись в стороны, мозги и кости разбросало по поверхности, превращая их в мёртвые мешки плоти.
За ледяными скалами раздались глухие хлопки.
Выстрелы.
Долгие, чёткие, убийственно точные.
Твари, что бежали в сторону скал, вдруг сорвались с места, но не на людей. Они понеслись куда-то дальше, на бешеной скорости, так, будто у них был приказ уйти.
Потом всё стихло.
Прошло минут десять, прежде чем в поле их зрения появился человек.
Сначала силуэт, затем детали.
Он был одет тепло, но так что ничего не сковывало его движений.
На поясе кобура с ТТ, за плечом рукоять — то ли мачете, то ли длинного клинка. В руках винтовка СВД, хорошее оружие — оно было использовано, и использовано искусно.
Егор, всё ещё прижатый к льду, встретился с его взглядом.
Незнакомец спокойно подошёл к ним, осмотрел картину бойни и протянул руку Егору.
— Здравствуйте, меня зовут Андрей. Теперь балом буду править я, — спокойно, но твёрдо произнёс он.
Голос был уверенный, слегка насмешливый.
— Не беспокойтесь, данный случай в юрисдикции "Конторы".
Он улыбнулся, в его глазах играл азарт.
Егор понял одно.
Они ещё не выбрались из этого ада.
НАЧАЛО РАССКАЗА <<<< ЖМИ СЮДА