Меня мутило и тошнило, когда я оказалась в небольшой комнатке. Вот это да! Лёва всех нас перетащил?! Силён!
Парни угрюмо молчали. Лёва только глазом повёл, и мое белье изменилось, предательски выставив грудь напоказ, кроме того, на моем носу оказались очки. Он осмотрел Брана и Фарра, чуть провел руками над ними, и я ахнула. Бран стал надменно чужим, а его костюм просто голосил, какой он дорогой.
Из Фарра попёрло что-то дикое и неукротимое. Рубашка обнажила серебряную цепь с тремя когтями ягуара, а на пальце объявился перстень из серебра с замысловатой пирамидой вместо камня.
Лёва подвел нас к какой-то двери.
– Выходите! Там машина. Подъедете с шиком. Миша будь внимательным! Думаю, Кира привезёт того, кто нам нужен.
Я сидела в машине и тряслась, потому что боялась подвести ребят, а Бран бросил:
– Фарр, поцелуй её, а то она похожа на Жанну Д’Арк перед битвой.
Фаррел немедленно впился мне в рот. Боже! Так вот что значит целовать. Мамочки! У меня внутри все съежилось и прострелило…
Оказывается, поцелуй отключает мозги. В результате все волнения перед встречей отлетели, и я хотела только одного – ещё такого поцелуя.
Фаррел оторвался от меня и взглянул в глаза, в это время мое подсознание отдернуло шторки, которые как-то наползли на глаза, и я увидела заботливый взгляд врача. Внутри пискнуло желание продолжить, но я живо свернула башку пискуну, и совершило такое, что все подвиги Геракла были, по сравнению с этим, игрой в песочнице.
Я спокойно проговорила:
– Спасибо! Я пришла в себя.
Он почему-то побледнел, потом покраснел, а зрачки превратились в черные точки.
– Не за что! – процедил он. – Работа есть работа.
Все последующие мгновения я давила в себе желание попросить ещё раз меня поцеловать, а мои губы пересохли, и я непрерывно облизывала их. Мне показалось, что Фар по-кошачьи урчал, из-за этого меня ломало и хотелось потереться об него. Я была просто счастлива, когда мы подъехали к салону Лёвы, потому что застукала себя за попыткой обнажить плечо.
Вместе с нами на стоянке парковался чёрный внедорожник. Из него вышли чёрный кудрявый парень в чёрных же очках, и поджарый, похожий на гончую светло-русый парень. Бран вышел из машины и подал мне руку, после чего задумчиво протянул:
– Erklären Sie mir, warum Sie eine Maniküre machen?
– Бран, мы же договорились говорить по-русски. И чего тут непонятного? Мы неделю будем мотаться по деревням, где я там сделаю маникюр? И что, я должна буду всех пугать своими руками? И даже не спорь! Это надо сделать!
Фарр, выскользнувший из машины, ехидно усмехнулся и с акцентом рыкнул:
– Конечно, это очень важно! Все в деревнях сбегутся смотреть на твой маникюр.
Я через плечо бросила:
– Я ещё маску сделаю и педикюр, чтобы ты не ворчал.
Бран возопил:
– Фаррел, не возражай, а то она ещё что-нибудь придумает!
Парни из внедорожника весело переглянулись, но промолчали. В салон мы вошли вместе. Лёва, встретивший нас, не взглянув на мужчин, промурлыкал мне:
– Душечка! Вам непременно надо попробовать наши спа-процедуры с шоколадом. Лилечка, займись девушкой!
– Дайте нам хотя бы журналы, – грустно попросил Бран. – Это же надолго!
Лёва покачал головой.
– Зачем? Я предлагаю и вам массаж. Вы не пожалеете.
Парней немедленно повлекли за собой крепкие девицы, а меня отвели в комнату, где раздели, обмазали какими-то жидкостями, потом намазали шоколадом и напустили в комнату аромат лаванды. Девушка, обмазав мне лицо какими-то маслами, проворковала:
– Полежите чуточку и расслабьтесь. Музыку?
– Нет-нет! – торопливо возразила я.
Она вышла, оставив меня одну. Я сразу поняла, что эта дверь хорошо пропускала звук, вот я и превратилась в слух, тревожась, что уши от такого напряжения станут большими, как у слона.
Лёва весело журил кого-то из парней, вошедших в салон с нами:
– Кирилл. Какой ты лохматый! Как можно? Ты что действительно по тайге рыскал? Ужас какой-то! Вот что, я тобой сам займусь. Как зовут твоего друга?
– Это мой сослуживец. Его зовут Олег, – промурлыкал Кирилл, и я узнала этот голос, это он говорил по телефону в день приезда.
– Девочки, усадите наших гостей и займитесь их лицами, а я подумаю, как постричь Кирилла, чтобы он не был таким диким.
– А почему Вы мне не предлагаете стричься? – раздался незнакомый жёсткий баритон, я решила, что это тот сивый с рожей афганской гончей. Он опять старался говорить низко. – Вроде я тоже лохматый!
Лева сердито возразил:
– Нельзя! Если стричь Вас, то очень коротко, но это испортит абрис лица. Надо того, кто Вас до этого стриг, расстрелять. Где Вас так изувечили?
– Да ездил по делам в Уфу, буквально на один день, и напоролся на горе стилиста.
– Это точно. Напоролись! Стрижка дело тонкое. Надо было дождаться хорошего мастера.
– Не мог, дела в Самаре.
– Тогда надо было ко мне, приехать. Вот что! Через недельку жду Вас, и я все исправлю, но не сегодня! Сегодня девочки поработают с лицом и руками. Можно массаж. Хотите? У нас замечательные мастера. Можно с ароматными маслами массаж всего тела.
– Хочу!
– Ренат, в сиреневый кабинет! Захватите масла на выбор.
Итак, мы узнали, кто убил Ростика. Но почему? Неужели только из-за карьеры? Интересно, а почему Лёва голосом выделил слова «Ароматные масла на выбор»? О! Он хочет узнать, то, что этот тип скрывает. Надо бы позвать экспертов, чтобы те обнюхали того белобрысого.
Я на секунду задумалась. Так это просто! Мне надо сообщить, что мне очень душно. От лежания в парах лаванды и шоколада я немного обалдела, но, тем не менее, решительно завернулась в ткань, которой меня накрыли, и ввалилась, как я была уверена в коридор, но оказалась в самом салоне. Увидев вытаращенные глаза Фаррела, я возмутилась:
– Что?! Там душно, я не знаю, как включить вытяжку!
– Ты себя видела?! – взревел он.
На шум выскочил Лёва, ухмыльнулся, но невозмутимо проговорил:
– Что Вы хотите, душечка?
– Там, слишком много запахов. Можно открыть окна? – я хлюпнула носом. – Просто задыхаюсь!
– Можно! Окна массажных кабинетов выходят в сад. Девушки! Откройте окна. Пусть сегодня в массажных салонах будет запах цветущих цинний и роз. Мужчины, вы согласитесь с капризом нашей красавицы? Открыть окна в сад? – зычно проговорил Лёва.
– Да ладно уж, – проворчал Бран. – Пусть, раз она красавица.
Я сопровождаемая взглядами Фаррела и других посетителей прошлепала в свой кабинет, увидела зеркало и шёпотом завизжала от ужаса. Сиреневая накидка была почти прозрачной. Несколько минут я переживала то, что сама сотворила, потом позвала пару ос. Я была уверена, что если этот, с рожей, как у гончей, враг, то у него хватит ума молчать на процедурах, но думать он будет. Осы смогут передать мне запахи. Конечно, будут проблемы с расшифровкой, но я попытаюсь!
Спустя полчаса прилетели осы и стали что-то танцевать, потом прилетел здоровенный шершень и без всяких-яких тяпнул меня в руку. Удивительно, но он укусил туда, где была татуировка, вслед за ним тоже самое проделали осы и даже залетевшая муха.
Удар по сознанию был чудовищным! Я тряслась от озноба, потому что информация поступала необычным способом. Ко мне в кабинет зашёл Лёва, взглянул на опухшую руку и покачал головой:
– Всё нормально?
– Да-да! Пусть пока сюда не заходят.
В голове всё разложилось, и я озадаченно села. Этот тип был буквально переполнен надменностью и самодовольством. Ростика он ненавидел и завидовал ему. Себя он считал… О, Господи! Он считал себя чуть ли ни князем. Какой могучий комплекс!
Я лежала в зелёном кабинете обмазанная шоколадом и соображала. Если парни не взяли сразу этого негодяя, то это означало только одно, он мог вывести на тех, кто похищал женщин. Однако, как это связать с гормонами, о которых узнал Ростика, закрытием базы в Самаре, и с комплексом Наполеона у этого типа?
Не заметив, что меня уже отмыли и массировали, я перекладывала в голове все, что мы узнали. Увы, пасьянс не складывался. Я мысленно позвала Лёву.
Когда он заглянул в кабинет, то провёл рукой по моей голове, считывая информацию, и прикусил губу.
– Занятно! Вам пора, красавица, на маникюр. Кстати, надо бы охлаждающую салфетку на укусы. Пройдёт мгновенно.
В соседнем зале две девушки, обрабатывали мои ногти на руках и ногах, а я мучилась от того, что кто-то сверлил взглядом мне спину. Я терпела сколько могла, но потом повернулась. Оказывается, это был Фаррел.
Надо с ним поговорить. Что он меня терроризирует?
Вскоре освободился и Бран, мы, весело обсуждая массаж, направились к выходу.
В подъехавшей машине мы обнаружили Мишу, он был мрачен. Теперь он знал, кто участвовал в убийстве его друга, но тоже не понимал почему? Я же не понимала, как с этим всем связана моя бывшая свекровь. Дома я погрузилась в размышления, очнулась от неожиданной тишины. В кухне сидел один Фаррел и пил кофе.
– А где все?
– Уехали обдумывать то, что вы узнали с Мишей.
– А почему меня и тебя не позвали?
– Ты всё, что могла, сделала, а я охрана. Да и поговорить пора, – я налила себе кофе и уставилась на него. Фарр скривился. – Мы взрослые люди и партнёры.
Я согласно кивнула, а он неожиданно замолчал и отвернулся.
– Это ты расстраиваешься из-за того, что я выскочила полуголой? Прости, я не хотела вас подводить! Просто не знала, что ткань прозрачная. Я раньше не бывала на СПА-процедурах. Больше этого не повторится.
Он хмыкнул и неожиданно ляпнул:
– Ужасно хочу тебя!
Я онемела, но потом с трудом выдавила:
– У меня же зaднuцa пухлая.
– Мне нравится! – отрезал он. – Пойдём к тебе!
Как-то обыденно просто это прозвучало, но у меня всё вспыхнуло внутри. Вредное подсознание, заставило меня ляпнуть:
– Видишь ли, вряд ли тебе понравится со мной!
Он вскочил и буквально влетел со мной на руках в мою комнату. И опять после его поцелуя у меня отключило сознание, а подсознание завопило: «Это же он король!».
Я пережила нечто невообразимое, потом он поцеловал меня в затылок и ушел. Какое-то время я приходила в себя и вдруг поняла, что он больше не вернётся. Действительно, я услышала, как зашумел душ.
С перебоями заперхал пропеллер, я подняла глаза, на люстре сидел Карлсон.
– Что-то мне как-то… – пискнула я, как придавленная давилкой, мышь.
Карлсон, как водится, в последнее время, промолчал и улетел в раскрытую форточку. Почти час я приходила в себя, потому что испытала восхищение и горечь. Ведь всё время Фаррел молчал. Я что-то лепетала о переживаемом, а он молчал. Думала, что он после всего хоть что-то скажет, а он опять промолчал. Все его эмоции – это поцелуй в затылок. М-да... Хорошо хоть денег не предложил!
Я сосчитала небольшое стадо слонов и поняла, что все это было ошибкой. Это я сделала ошибку! Фарр же не сказал, что любит, а… Однако, он ни в чем не виноват! Это всё мои дypaцкuе сны, и тот поцелуй в машине подтолкнули меня к этому шагу. Вот я и сделала шаг, но дальше оказался не сад любви, заполненный цветами, а пропасть, в которой только… М-да… Но как это было восхитительно!
Я прокралась на цыпочках в душ. Из кухни столовой слышалась музыка. Никогда я так долго не возилась с собой. Когда я вышла в кухню, то застала там всех. Они что-то обсуждали, но увидев меня замолчали.
– Простите, я задремала, но сон мне помог, – Бран тревожно переглянулся с Лёвой, но я улыбнулась им. – У меня несколько вопросов, на которые можно ответить сразу, построив рабочие гипотезы. Мне жаль, что вы не позвали меня! Женская логика дополняет мужскую.
Фаррел нахмурился, но глаз не опустил, а Миша поднял брови.
– Жесть! Ну говори свои гипотезы. Следователь, ты наш.
– Следователь? Это правильно, потому что я иду по следу некоторых меток судьбы. Первая метка – Олег. Да-да! Ты, так же, как и я, не понимаешь цели, которые преследует твой Олег. Пока оставим это. Вторая метка – бывшая свекровь. Меня изумили и появление здесь свекрови, и её планы о продолжении рода. С чего бы её так распирает? Думаю, надо ехать в Сызрань, но как запланировано, заезжая во все местные деревни. Это надо сделать очень показательно, – Фаррел прокашлялся, а я покачала головой. – Подождите критиковать, а дослушайте! Миша, надо поручить Олегу достать для нас транспорт и предложить ему поехать с нами. Думаю, он откажется, потому что это помешает ему, что-то делать здесь. Миша, ты попроси его, заменить тебя, хотя бы дня на три. Пожалуйся, что мы тебя достали, что у тебя срочное дело, причём всё это с недомолвками, намёками. Надо, чтобы Олег видел и микроавтобус, в который мы будем загружать холодильники, прочее, якобы лабораторное оборудование. Надо, чтобы он никак не мог кое-что сопоставить. Я говорю о том, почему именно тебе поручили следить за нами, и почему ты отказываешься.
– Опасно! – покачал головой мой Куратор.
– Нет, Лёва! У этого типа комплекс Наполеона, и он считает себя орлом, а мы крылышки-то ему подрежем. Ну, перейдем теперь к гипотезам! – Я встала, походила вдоль стола и по давнишней учительской привычке постучала ложкой по столу (карандаша же не было), они все сосредоточенно засопели и уставились на меня, потом приступила к изложению. – Предположим, что в Самаре, или где-то в области существует нелегальный Центр по искусственному оплодотворению женщин. Для этого и нужны гормоны и прочие фармакологические препараты. Он выполняет заказы для довольно богатых людей. Ведь если бывшие свекровь и муж ждут страховку за жизнь Павлы, а это не скорое дело, то у них сейчас не хватает денег. Она же попросила сбросить хотя бы полпроцента. Но! Там, возможно, происходит ещё что-то, если они пошли на убийство и привлекли для этого сотрудника ФСБ. Зачем им нужны женщины определённых генотипов не знаю?
Высказавшись, я принялась за кофе и бутерброды, усевшись в гостиной на диване, подальше от всех, чтобы не мешать им обсуждать мои предложения и предположения. Интересно наблюдать за ними. Миша из-за волнения ел, ничего не чувствуя, Фарр, вредничая, намазал ему ветчину вареньем, а тот слопал не заметив. Бран заварил себе очень крепкого кофе и теперь пил его мелкими глотками, заедая взбитыми сливками, а Фарр пил молоко с кофе, где от кофе был только цвет, и ел буженину, без хлеба и приправ.
Вскоре приехал Саша и принял участие в обсуждении. Саша неторопливо пил кофе с мороженным, которое он принес с собой и вывалил в вазочку на столе.
Во время этого Лёва подошёл ко мне и тихо спросил:
– Могу помочь? Я понял, что произошло у тебя с Фарром. Не волнуйся! Ребята ни о чём не догадываются, да и я не дам.
Я покачала головой.
– Спасибо, Лёва! К сожалению, здесь нельзя помочь. Я ошиблась! Думала, что вместе с переживаемым наслаждением придёт чувство. М-да… Чувство пришло, но только ко мне... Как обвал, неожиданно... Я не виню ни его, ни себя.
Лёва выгнул бровь и едва слышно прошептал:
– Коля, мне кажется, что он не понял, что ощущает.
– Неужели? Флаг ему в руки, пусть разбирается! – хотела сказать это равнодушно, но не получилось, и я почти прогавкала это, правда шепотом. – Гaдctвo! Не ко времени эмоции попёрли. Прости, Лёва!
– Дай ему время! – Лёва улыбнулся мне.
– Сколько угодно! Я впервые в жизни узнала, что такое страсть и наслаждение. Оказалось, что мне этого мало! Если он не любит, то я не собираюсь навязываться. Видимо, каждому отмерена своя любовь. Мне досталась горькая, как рябина, но я не жалею. Знаешь, Лёва, мир стал ярче!
Лёва потрепал меня по волосам и отошёл. На меня навалилась усталость. Как я совершила такое? Подсознание беззвучно подсказало: «Так он же твой король!». Правильно! Теперь главное не забыть, что и я королева. Перед тем как закрыть за собой дверь я крикнула:
– До утра! Мне спать, а вам, наконец, работать... Нечего филонить!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: