Вот и все. Нежданная встреча, короткий день вместе. Сейчас они разбегутся, и она никогда больше его не увидит…
ЧАСТЬ 1 👇
— Так почему же ты летишь в Питер? Командировка?
Соня мрачнеет. Нет, не командировка. Просто вдруг захотелось хоть куда-то выбраться из ракушки, в которую она залезла много лет назад. В ней тесно, то лбом, то коленкой обо что-то бьешься, да Соня привыкла уже к неудобству, тесноте и синякам.
— Ты привыкла к боли, — медленно произносит попутчик. — Тебе страшно без нее. Непонятно и одиноко. Эту боль ты и сделала своим спутником и источником питания. Внимание, вопрос: чем она тебя подпитывает? Что черпаешь? Еще больше боли, грязи и всего, что там копошится? Оттого и в голове у тебя…
— Что в голове? Что?! — Соня негодует.
Она уже жалеет, что ответила этому гадкому типу, повелась, ввязалась! Он, наверное, энергетический вампир. Сейчас выведет ее на эмоции, насытится негативом и свалит, а ей как дальше с вывернутой душой?!
— Почему. Ты. Не летишь. В Буэнос-Айрес? — с расстановкой спрашивает парень.
Вот так. Не «почему Питер», а «почему НЕ Буэнос-Айрес». Проще всего ответить на вопрос, который правильно задан.
— Незачем мне туда.
— Но ты хотела... Когда-то у тебя было это «зачем».
Хотела да перехотела! Нет, ложь… Обманывает она себя. Хочет туда, очень хочет. И на море хочет. И в Антарктиду. Везде хочет, но не-за-чем.
И опять ложь.
Попутчик ждет, глядя уже без улыбки.
— Всего-то пару слов заменить, Соня, — говорит он. — Даже не слов — букв. Почему не Буэнос-Айрес, не море и не Антарктида?
Она вздрагивает. Откуда он знает ее имя? И про Антарктиду? Он что, мысли читает?!
***
Почему? Потому что.
Потому что это третье право, которое Соня сама у себя отняла.
Ей не «незачем». Ей — не с кем.
Не хочется никуда ехать, потому что там ее ждет великая радость, океан впечатлений и эмоций — и все это не с кем будет разделить. Она никому не нужна, никем не понята и не полюблена, так зачем ей на песчаный берег с закатами и шумом прибоя?
Зачем практиковаться в испанском языке на улицах аргентинской столицы — кому она похвастается, что сегодня все ее поняли и она всех поняла?
А с кем вместе смеяться над увальнями-пингвинами?
***
Ее странный попутчик грустно улыбается.
Оказывается, никуда не делись Сонины мечты! Но она запретила себе воплощать их, потому что когда-то согласилась с абсурдным «правом на мечты».
А зачем тогда вообще все?
Соня смотрит на облака внизу, подается вперед всем телом. Пройти бы сквозь металл и оказаться там, на свободе. Как долго она будет падать вниз, интересно?
Вдруг что-то тянет ее назад и слышится голос:
— Девушка, девушка, просыпайтесь, ремни пристегните, мы снижаемся!
Соня выныривает из сна и растерянно оглядывается. Пассажиры оживленно переговариваются, застегивают на животах пряжки ремней безопасности, глядят в иллюминаторы и громко обсуждают, как красиво выглядит Петербург с такой высоты.
Соня тоже видит город... Но позвольте, ведь она же четко помнит, что в этом самом кресле у иллюминатора сидел тот странный парень со светлым и каким-то… прозрачным лицом! Она поняла вдруг, какое слово вертелось на языке: незнакомец казался ей прозрачным! Да это же был сон, и вся жизнь в нем перед ней промелькнула! Соня трясет головой, сгоняя морок. Бывает же…
Самолет мягко садится на полосу и под аплодисменты пассажиров завершает свой маршрут недалеко от терминала. Люди галдящей толпой перетекают из авиалайнера в салон автобуса. Кто-то радостно вертит головой в предвкушении незабываемого отдыха, кто-то устало сутулится, сидя на вещах. Плачет чей-то младенец, но Соня ничего этого не слышит. Она погружена в новое для нее состояние. Все так ясно и четко. Что это, пресловутая осознанность? Или еще от сна не отошла?
Вещей у нее немного — все уместились в одном среднего размера рюкзаке, и Соня, минуя зону выдачи багажа, движется к выходу из аэропорта. Вдруг в толпе мелькает лицо… Да это же он, тот, из самолета! Светлые волосы, светлые до прозрачности глаза… Она даже имени его не знает, а вот ему теперь известно о ней все. Соня бросается в его сторону и… налетает на чью-то широкую спину. Рука, которой она придерживала лямку рюкзака, выворачивается, и Соня вскрикивает от боли. Она приседает, трет руку и морщится. Кто-то большой нависает над ней, садится рядом.
— Ушиблись? Дайте, посмотрю руку. Дайте, дайте, я врач!
И Соня тянется навстречу этому голосу и этому большому человеку.
Не может быть…
— Станислав Владимирович?! — ее изумлению нет предела.
Перед ней присел на корточки рослый широкоплечий мужчина, чьи серые глаза она узнала бы из тысячи. «Добрый доктор»...
***
Два года назад Соне потребовалась хирургическая операция, и она искала врача. Ей хватило бы просто хорошего, но знакомый посоветовал именно этого, сказав, что у него золотые руки. А Соня на первом же приеме поняла, что и сердце у хирурга золотое. Она в него на самом деле влюбилась, часами разглядывала фотографии в соцсетях, грезила добрыми глазами и улыбкой, но потом одергивала себя: «У тебя нет на это права». И жила дальше, плача по ночам в подушку, как в детстве.
***
— С рукой все в порядке, — констатирует Стас. — И куда мы так неслись?
Он с интересом разглядывает симпатичную молодую женщину, влетевшую в него. Она растерянно молчит. Знакомое лицо…
— Встаем? — уточняет он.
Она кивает. Он помогает ей подняться и решительно протягивает руку:
— Давайте рюкзак. Вас встречают?
— Нет, — бормочет она.
Тут Стас понимает, что минутой раньше девушка назвала его по имени. Полным именем!
— А мы знакомы? Мне показалось…
Она сглатывает и с трудом произносит:
— Я… Вы меня оперировали два года назад.
И тут он вспоминает ее! Чудаковатая пациентка с простеньким случаем, которая очень серьезно ко всему относилась и слезно просила не трогать дренаж, опасаясь, что он ей внутри что-то повредит. Все отделение посмеивалось над ней, правда, по-доброму. А она ведь тогда ему даже понравилась, но куда было девать профессиональную этику и ревнивую жену, работающую в той же клинике?
— Вы простите, — широко улыбается Стас, — пациентов ведь много, все имена не выучишь… Но лицо ваше я помню!
— Соня, — взволнованно представляется девушка, протягивая Стасу руку. — То есть… Софья, — она смущается.
— А я просто Стас, — он жмет ей руку. — Очень рад вас встретить снова. Как здоровье?
— Нормально… Спасибо…
Софья поднимает голову и смотрит на него, явно не зная, что сказать. Но по глазам он видит, что она отчаянно хочет задержать это мгновение, и помогает ей:
— А вы торопитесь, Софья? По делам в Питере?
— Нет, в отпуске. А вы?
— И я в отпуске. Не возражаете, если до города доедем вместе? Заодно где-нибудь перекусим. Вижу, у вас нет проблем с багажом, да и я налегке. Что скажете?
И ее лицо освещает улыбка.
***
За столиком на веранде кафе Соня сидит, подперев рукой щеку. Ее клонит в сон, чай допит, десерты съедены, но она не отрывает взгляда от Стаса, который увлеченно о чем-то рассказывает ей. Она будет сидеть и слушать его хоть целую вечность, ведь их встреча — настоящее чудо, а в жизни чудеса так редки. Наконец, Стас резюмирует:
— Вот так. Теперь я здесь немного поживу.
— А ваша жена? — удивляется Соня.
Она знала, что «добрый доктор» женат, потому что перерыла весь интернет и даже вычислила, на ком. Сейчас он уволился из своей больницы и переехал сюда, а значит, супруга скоро присоединится к нему в Петербурге.
— А жена больше не жена, — отвечает он. — Непростая история… Она не приняла моих планов. Я, знаете, Соня, думаю, что если о чем-то мечтаешь по-настоящему, то нельзя это предавать. Силы есть, мозги есть, опыт имеется… Я лучше попытаюсь сейчас и уползу зализывать раны в случае неудачи, чем потом, став глубоким стариком, пожалею обо всем, на что не решился. Согласны?
Соня во все глаза смотрит на Стаса и понимает, что сама-то она поступает со своей жизнью именно так, делая все, чтобы в старости горько раскаяться в собственном выборе. В своем отказе от права мечтать.
— В общем, я тут на две недели, а потом уезжаю, — продолжает Стас.
Уезжает! У Сони падает сердце. Куда? В другой город?
— На другой континент, — улыбается хирург. — Друг зовет попробовать свои силы в одном медицинском проекте в Кордове. Это в…
— …Аргентине… — завороженно шепчет Соня.
Стас кивает.
— Никогда не летал так далеко. Вообще никогда с евразийского материка не выбирался, представляете?
— Представляю…
Вот и все. Нежданная встреча, короткий день вместе. Сейчас они разбегутся, и она никогда больше…
— А я всегда мечтала об Аргентине! — вдруг выпаливает Соня. — Только думала про Буэнос-Айрес…
— Значит, тоже решили круто жизнь поменять?
Соня закусывает губу и смотрит на Стаса. Вдруг за его спиной прямо из воздуха возникает субтильная фигура с прозрачными глазами. И Соня решается.
— Да! Вы правы насчет старости и сожалений. Так что я лечу в Буэнос-Айрес. Через… — Она поднимает глаза к потолку, прикидывая в уме реалистичные сроки, — … недели через три-четыре.
— Здорово! — Стас так искренне рад ее словам, что Соня смущается. Еще ведь есть возможность отступить…
— Будете в Аргентине — напишите мне.
Стас протягивает Соне визитку.
— Моя электронная почта. Не знаю, какой у меня будет мобильный, так что это надежнее всего, чтобы не потеряться. А там, кто знает, вдруг Кордова понравится вам больше. Обязательно найдите меня! Договорились?
Он снова улыбается своей широкой доброй улыбкой и предлагает:
— И давай перейдем на «ты»? Не против?
У Сони от волнения перехватывает дыхание, а потом она счастливо улыбается и отвечает:
— Не против…
Фигура за спиной Стаса бледнеет и растворяется. Туман над Невой становится чуточку гуще.
КОНЕЦ 😙
А я просто напомню, что лайки 👍, комментарии 💬 и подписка ✍ничего вам не стоят, но приятны автору и помогают продвижению канала 🤗 🌹