Кем дается право на мечты? Кем отнимается? Отказываясь мечтать, потому что незачем и не с кем, ты приучаешь себя к боли, и она становится твоим единственным спутником и опорой.
— О чем ты мечтаешь?
Забавно звучит этот вопрос на высоте в десять километров над землей!
— Не упасть вместе с авиалайнером! — хохочет она.
Он морщится и лукаво смотрит прямо ей в глаза:
— Это твой страх. А мечтаешь о чем?
Вот привязался. Странный тип: примчался в последний момент, сел на чужое место, сразу перешел на «ты» и запросто болтает с незнакомой женщиной. Она так не умеет…
***
Соня всегда считала, что мечты не для нее. Когда ей что-то было нужно, она прикидывала, осуществимо ли это желание. Если ответ был «да», то потребность переходила в разряд целей. Долго ли коротко ли, не мытьем так катаньем… Весь имеющийся в русском языке запас подобных формул прекрасно описывал дальнейший процесс: Соня всегда добивалась того, чего хотела.
Если же казалось, что получить желаемое ни при каких обстоятельствах не получится, эта идея просто стиралась с карты памяти. Так Соня называла пространство в голове, где рождаются и хранятся «хотелки». Она безжалостно удаляла оттуда все несбыточное, словно мусор. Карьера оперной певицы, путешествие в Аргентину, любовь самого лучшего в мире мужчины… Может, это и были мечты? Но зачем думать о том, что портит настроение и причиняет боль? Ни пение, ни дорогостоящая поездка на другой конец земного шара, ни тем более интерес к ней того самого единственного — это все недоступно ей. В топку.
Но Соня плохо понимала устройство человеческого мозга. Ничто не пропадало в нем бесследно. На самом деле отвергнутые желания падали в подсознание, а это бездонная пропасть, присутствующая в нашем измерении лишь номинально и полная всего, что когда-либо возникало в голове ее хозяина. Хозяина ли? Кто над кем властвует? Вот Соня считала, что она контролирует свой ум, но плохо спала и все время тревожилась. Ей не давали покоя странные фантазии и абсурдные страхи. Она выбрала своим гербом ярлык с надписью «реалист» и ревностно оберегала зыбкие границы выстроенного ею мирка. Думать о том, что все стертое могло когда-нибудь сбыться, не хотелось, поэтому Соня исключила из своего словаря понятие «мечта». Мечта — это не цель, не потребность. Это пустое «хочу» без всяких на то оснований.
***
— А какие тебе нужны основания? — незнакомец улыбается во весь рот. — Что такое эти основания?
Соня понимает, что вздремнуть в полете не получится, деться от соседа по ряду некуда, и решает вступить в игру. После некоторых раздумий она отвечает:
— Не знаю... Право?
— Прааааво? Ты хочешь сказать, что существует какое-то право на мечты? А кем же оно дается и кем отнимается?!
Выглядит этот болтун прелюбопытно: субтильный, неопределенного возраста, с волосами и глазами непонятного светлого цвета. Соня назвала бы его каким-то… Нет, никак не подбиралось слово. Вертелось на языке, но в означающее не трансформировалось.
***
Кем дается право на мечты? Наверное, оно есть у человека от рождения. Должно быть. Но не у всех. Вот у нее, у Сони, никаких таких прав никогда не было. Узнала она об этом не сразу, а когда ей объяснили, просто смирилась.
Например, у нее не было права на мечту быть артисткой. Здорово, наверное, стоять на сцене, петь, а потом принимать цветы и поздравления. Но Соня не подходит для сцены, потому что она некрасивая. Это ей папа сказал. Вон та певица отлично выглядит, ей можно выступать а тебе, доченька, не стоит. Ну куда ты с таким носярой и тонкими волосенками? Смешная, учись лучше, а то будешь дворником работать. Артистка, ишь!
***
— А сейчас твой отец так же думает? Прошло много лет, ты выросла, и некрасивой тебя не назовешь.
Сейчас Сонин папа уже ничего не думает, потому что он умер.
— И тем не менее все течет, все меняется, — цитирует Гераклита собеседник. — Родители часто подрезают крылья птенцу из страха, что, взлетев, он упадет и разобьется насмерть.
— И где же искать вдохновение и опору? — Соня пожимает плечами. — Не во всех есть столько внутренней силы, чтобы справиться в одиночку. Я, наверное, слаба.
— Любовь! — оживляется загадочный тип. — Тебе нужна опора? Почему бы не найти ее в плече идущего рядом? Не просто друга, а того, для кого ты — единственная, кто верит в тебя, потому что любит, и эта вера наполнит тебя необходимой силой! Если тебе понятнее техническим языком, она послужит топливом, и ты взлетишь на этой… ммм… обратной тяге!
***
Любовь…
Второе право, которого у нее, как выяснилось, никогда не было, — право на любовь. Потому что она уродина и никому не понравится. Это ей мальчишки говорили. Все, какие попадались — от одноклассников до случайных парней, с которыми Соня сталкивалась где-то на улице. Проходя мимо, они вдруг говорили приятелям:
— Смотри, какая страшная!
Ей было очень обидно, но она не плакала при них. Плакала потом, когда ложилась спать. Соня вообще целых шесть лет своей жизни помнит как бесконечные серые дни и соленые от слез ночи. За время учебы в школе она привыкла держаться ближе к стенам, низко опустив голову и надеясь, что так ее не заметят и не обзовут.
Когда в семнадцать лет она поступила в университет, то долго еще ходила по стеночке, пряча лицо, пока не поняла, что вчерашние пацаны выросли, и никто не собирается кричать на весь коридор:
— Ой, наша красаааааавица идет!
Несколько лет Соня училась двигаться чуть свободнее и смотреть сначала прямо перед собой, а потом и вовсе в глаза людям, с которыми говорит. Но страх остался. Страх перед мужчинами, от которых она не ждала ничего, кроме презрения и отвращения.
И все равно мечтала о любви и надеялась, что однажды встретит ее! Не найдет, а именно встретит. Искать Соня стеснялась. Ей казалось, что люди будут глумиться над ней, узнав, что убогая страшила надеется на чью-то симпатию. Это все равно что смотреться в зеркало, чего Соня никогда не делала при посторонних — засмеют же: ну что такой уродине в зеркале высматривать?
Фантазии о счастье с любимым человеком Соня хранила втайне. Она где-то вычитала, что если на листке бумаги описать во всех деталях, как она это счастье видит, и спрятать в укромном месте в определенном направлении по фэншуй (кажется, в юго-западном углу комнаты), то все исполнится. И Соня загадала, что муж у нее будет врач, жить они будут в собственном доме — вдвоем и с собакой. Внешность будущего избранника она описала так: русые волосы, серые глаза, широкие плечи, высокий… Она представляла его так четко, что видела даже во снах. И себя там тоже видела, только совсем другую — красивую и умную.
У Сони долго не было никаких отношений, и она думала, что останется старой девой. Но в двадцать пять лет она познакомилась с мужчиной намного старше себя. Он проявил смелость и первым поцеловал ее после свидания, а потом намекнул, что хочет секса. И Соня решила, что пусть она к нему ничего и не чувствует, но нужно соглашаться, ведь это, быть может, единственный раз, когда мужчина предлагает ей близость. Да и тяготилась она своей неопытностью.
Они встречались в небольшой квартире, где не было ничего, кроме кровати в спальне и стола с двумя стульями на кухне. Наверное, она была предназначена для таких вот мимолетных встреч и скромного чаепития после.
В самый первый их раз Соня смущенно призналась кавалеру, что девственница, чем изрядно удивила его, но и порадовала. Он, конечно, старался, но ей все равно было очень больно. И следующие полтора года, что они встречались, ей было больно, потому что любовник совершенно не возбуждал ее. Соня его не любила и не хотела быть с ним. К тому же он был женат и вскоре начал жаловаться, что жена узнала об их связи и скандалит. Он твердил, что супруга у него больна психически и может выследить соперницу, чтобы физически расправиться с ней. Соне было страшно, но она не могла придумать, как отделаться от этого человека. А он говорил ей комплименты, называл красавицей и обещал, что еще немного, и Соня раскроется как женщина и начнет получать удовольствие от секса. И как-то раз ей даже почти удалось, почти! Она что-то такое ощутила, и потом весь вечер ходила счастливая.
В один прекрасный день он сказал, что его на работе переводят в другой город, прямо вот завтра утром он улетает и хорошо бы отметить их расставание прощальной встречей. Но Соня не поехала в ту квартиру. Отсиделась дома, не отвечая на звонки и сообщения. Он не знал ее адреса, найти не смог бы, так что нужно было просто переждать.
С тех пор Соня о нем не слышала. И любовников у нее тоже больше не было. К страху, который она испытывала перед мужчинами со школьных лет, добавилось презрение. Слабые, манипулируемые… Достаточно просто быть доступной — и они теряют голову…
***
— Что же вы молчите? — невесело усмехается Соня.
Незнакомец действительно сидит тихо и задумчиво смотрит в иллюминатор. Там так красиво! Соне виден кусочек неба сине-голубого удивительной глубины и насыщенности цвета. Под самолетом куда ни кинь взгляд все устилают мягкие облака. Вернее, они только выглядят мягкими, но в них нет ничего, кроме льдинок и пара. И если бы Соня сквозь них падала…
Сосед Сони резко поворачивается к ней. Снова этот пристальный взгляд необычайно светлых глаз.
— О чем ты думаешь? — спрашивает он.
В его голосе звучит тревога. Что это с ним? Как будто откликнулся на ее мысли…
— Ни о чем, — говорит она и щурится от яркого света — самолет повернул, и солнце теперь светит прямо в иллюминаторы.
Разговор сходит на нет. Наверное, шебутной парень устал болтать и сейчас покемарит. Жаль, самой Соне уже не вздремнуть: самолет приземлится уже через полчаса — для сна слишком мало.
— А куда ты сейчас летишь? — задает он неожиданный вопрос.
— Прямо сейчас? Туда же, куда и все. В Питер!
И почему он никак не угомонится? Разговор их дался Соне тяжело. Хотя… Надо признать, она немного облегчила душу. Эффект попутчика сработал. Скоро она и этот чудак разойдутся в разные стороны и никогда больше друг друга не увидят.
— А куда ты хочешь на самом деле? — не отстает он.
Надоело! Соня вдруг чувствует раздражение, и рявкает:
— В Буэнос-Айрес!
Пожилая женщина с соседнего ряда просыпается от Сониного рыка и испуганно озирается. Ее сосед, такой же немолодой, видимо, муж, успокаивающе гладит женщину по руке и с укором смотрит на Соню.
— Как интересно! Ты наконец-то заговорила о мечтах! — ехидничает приставучий сосед.
— Это не мечта! Это просто… — Соня не может подобрать нужного слова и запинается. — Я уже и думать забыла…
— Но моментально вспомнила сейчас. Почему же летишь не туда, почему в Питер? Командировка?
Соня мрачнеет. Нет, не командировка…
Продолжение 👇
А я просто напомню, что лайки 👍, комментарии 💬 и подписка ✍ничего вам не стоят, но приятны автору и помогают продвижению канала 🤗 🌹