6 глава
Автор Эльмира Ибрагимова
Амиру было тяжело справиться с тем грузом переживаний, который свалился на него в последнее время. Днем он старался держаться, много работал, но ночами не мог уснуть от угнетающих его мыслей. Несколько раз пытался залить боль спиртным, но вовремя останавливал себя: это не выход, да и утром после пьяной ночи невозможно сесть за руль. И все же время алкоголь немного притуплял его боль.
В один из дней, получив премию, Амир решил передать деньги детям. Увидеться с ними у него не хватало смелости, хотя он очень скучал по детям, видел во сне, часто спрашивал о них у Фатимы. Та подробно рассказывала брату обо всех новостях. О том что у детей все нормально. Амина как всегда работает много и на износ, и дети ни в чем не нуждаются, хорошо одеты и накормлены. Наби учится в вузе подрабатывает в ателье по ремонту компьютеров. Старшую дочь Салимат Амина устроила в колледж, в котором сама работала уборщицей, двое средних близняшки Мадина и Патина пока школьницы.
Амир и раньше старался отправлять детям хоть какие-то деньги, но пока жил с Аидой это были крохи. Теперь он решил распределять свои заработки справедливо, оставляя определенную сумму и для Муслима. Самому ему мало что было нужно, а в свободное от работы время, не зная куда себя девать, он подрабатывал еще и извозом на своей старой изношенной Ладе.
- Может ты на этот раз деньги детям сам передашь, а не через меня, - сказала ему сестра, - зря ты к ним не ходишь. Амина на тебя зла не держит, она бедная, еще и о твоем здоровье беспокоится, травы какие-то мне для твоего больного желудка принесла, просила передать, не говоря, что от нее. И рецепт дала, как эти травы заваривать и пить. Хорошая она женщина, жаль, что ты ее не оценил.
-Амина не просто хорошая, - думал про себя Амир, слушая сестру, - она святая, необыкновенная женщина, таких просто не бывает. Я же ногтя ее не стою, грешный и потерявший себя человек.
На следующий день Амир поехал к сестре и, войдя к ней в дом, вдруг увидел бывшую жену с детьми. Они сидели за столом и пили чай. Амина растерялась и вопросительно посмотрела на Фатиму, она явно никак не ожидала увидеть Амира здесь. И не подозревала, что Фатима не зря позвала их сегодня к себе, решив устроить нечаянную встречу брата с семьей.
Амир не знал, куда девать глаза, а ком в горле мешал Амиру говорить, не меньше растерялись дети. Младшие сразу, хотя и несмело, подошли к отцу, обняли его. Старшие сын и дочь приветствовали отца стоя, но не подошли. Амир услышал, как Амина тут же отреагировала, тихо, но строго сказала Наби и Салимат:
- Поздоровайтесь с отцом.
Дети подошли к нему, Наби подал руку, но так и не поднял на отца глаза. Салимат не выдержала, обняла отца, и он увидел полные глаза слез дочери.
Амина не знала, как ей вести себя с бывшим мужем, хотя давно простила его. Амир тоже растерянно молчал, не зная, как теперь общаться, о чем спросить Амину, что сказать детям.
Через несколько минут Амина засобиралась домой:
-Я пойду, Фатима, сейчас мастер придет, у нас машинка испортилась. А дети могут остаться, пообщаться с отцом.
Наби и Салимат, несмотря на возражения Амины, ушли с ней домой, сославшись на дела. Младшие остались в доме тети, несмотря на некоторую растерянность, они очень радовались встрече с отцом.
Когда Амир, вдоволь пообщавшись с младшими детьми, собрался уходить, Хадижка спросила:
- Папа, ты к нам еще придешь? Мы спрашивали у мамы, почему ты к нам не приходишь. Она сказала, что теперь ты далеко от дома работаешь, а когда вернешься, будешь к нам часто приходить. Ты уже приехал?
- Да, родная, я уже приехал, и мы теперь будем часто встречаться. Скоро приеду и заберу вас погулять. Поедем на море, в парк, на качели, куда захотите, если мама разрешит, - ответил Амир дочери и еще раз подумал о благородстве Амины.
- А она с нами поедет?- спросил отца семилетний Ахмад.
- Если захочет... - ответил Амир и подумал: конечно же не захочет, не простит...
Он оставил сестре деньги для своей семьи и ушел. Перед глазами все время стояли дети и Амина. Дети выросли и изменились, ухоженные, обласканные, хорошо одеты. Амина сделала все возможное и невозможное, чтобы по сути чужие для нее дети ни в чем не нуждались. А он, их родной отец в это время жил своей жизнью и греховными страстями. Хотя разве это была жизнь? Он не жил, существовал, поздно осознав свою ошибку и то, что исправить ее уже не сможет.
В гости к Амиру в этот вечер заглянул и Муса. Друзья поговорили обо всем, и Муса был очень рад встрече друга с детьми. Они поиграли в нарды, выпили бутылку водки на двоих и совсем уже поздно Муса уехал к себе.
Амир спал крепко, но сквозь сон слышал, как телефон разрывается от звонков. Он пытался проснуться, но сон крепко держал его в своих объятиях. И все-таки непрекращающиеся звонки разбудили его. Амир посмотрел на экран телефона, звонили с номера Аиды. Что это значит? С тех пор, как они расстались, она не звонила ни разу.. Зачем же он понадобился ей в два часа ночи? Может что-то- то случилось с Муслимом?
От этой мысли Амир резко проснулся и принял вызов. Но услышал в трубке мужской голос:
- Здравствуйте... Скажите, кто вам Джабраилова Аида Муслимовна?
Амир не сразу нашел что ответить, а на том конце провода, не дождавшись ответа, представились:
-С вами говорит капитан полиции Рашидов. В телефоне потерпевшей вы записаны как муж...
- Потерпевшей? Что с ней случилось? Да, я муж Джабраиловой, бывший муж... - Амир чувствовал что задыхается, где она и с ней ли ребенок? Что с ними произошло?
- На базе отдыха в Манасе, в домике, в котором находилась этой ночью ваша жена, случился пожар, предполагаем, что от незатушенной сигареты. Нам очень жаль, но ваша жена получила ожоги, от которых скончалась...
- Она приехала туда одна? - спросил Амир...
- Понимаю, вам неприятно это слышать, но с ней был мужчина. Пострадали оба. Хотя какое это сейчас имеет значение, тем более, если речь идет о бывшей жене.
- Я спрашиваю о ребенке. Думаю, она взяла его с собой.
-Говорят, она приезжала с сыном, но то ли мальчика увезли, то ли он с кем-то из отдыхающих в другом номере. Пока мы выяснили одно: к счастью в сгоревшем домике его не было.
Амир на ходу одевался, продолжая говорить по телефону.
- Не знаем, кому еще из родных Аиды сообщить о трагедии. Телефон ее матери выключен, хотя как ей такое сообщить без подготовки. Вы сюда приедете? - спросил Амира полицейский..
- Уже еду, - ответил Амир, сожалея, что накануне выпил.. Теперь не хватает чтобы кто- то из ментов остановил его на трассе из-за алкоголя..
Амир чувствовал, как от нервного напряжения трясутся его руки, но изо всех сил попытался успокоиться. Иначе как он в таком состоянии будет управлять машиной?, Хотя неужели он , первоклассный водитель со стажем не справиться с вождением даже в таком состоянии?
Амир не до конца поверил словам полицейского: пожар... Аида скончалась. Он надеялся , может, все-таки это ошибка. Иначе почему Аида приехала туда с ребенком, а оказалась в домике с каким-то мужчиной ? Прошло совсем немного времени после их разрыва, они еще и развод не оформили, не стала бы она на глазах у всех открыто заселяться в комнату с чужим мужчиной. Может все-таки несчастье случилось не с ней, а ее телефон случайно оказавшийся в том домике, сбил полицейских с толку. В любом случае надо ехать и узнавать обо всем на месте.
Амиру казалось, что он едет слишком медленно, хотя в какой-то момент взгляд упал на спидометр и показал скорость 180. Но он не замечал ни этой запредельной скорости, ни сигналов полицейских, которые преследовали машину, не остановившуюся по их требованию.
В какой-то момент Амир увидел прямо перед собой машину, которая почему- то выехала на встречку и теперь мчалась ему навстречу с такой же скоростью. Столкновения не избежать, - была его последняя мысль, перед тем как он резко свернул на обочину и на огромной скорости врезался в дерево...
Полицейские с трудом доставшие тело водителя из груды метала удивились тому, что мужчина, несмотря на тяжелые множественные травмы, все-таки жив... Хотя жизнь в нем едва теплилась. . Скорая увезла потерпевшего...
....Прошла неделя со дня аварии, Амир по-прежнему находился в глубокой коме. Через три дня после аварии ему была сделана срочная операция по удалению гематомы, но улучшений не наблюдалось. Амир лежал в реанимации и к нему никого не пускали, но Амина, перебросив дом, дела и детей на старших Наби и Салимат, все дни сидела в коридоре отделения, а когда ночью дежурные просили уйти и оттуда, оставалась в коридоре приемного покоя или во дворе.
Врачи и весь персонал отделения жалели убитую горем женщину, а некоторые медсестры, дежурившие по ночам иногда позволяли ей посидеть у кровати Амира.
- Скажите, милая, какой смысл в том, что вы охраняете коридор реанимации? Ваш муж не видит и не слышит вас, он в глубокой коме, не дышит самостоятельно, подключен а аппарату ИВЛ. В палате дежурят квалифицированные медики, и на этом этапе вы можете быть спокойны, он под присмотром, - уговаривал Амину пожилой профессор. - Поверьте, мы делаем все возможное, но результатов пока нет.
-Но он будет жить? - с надеждой заглядывая в глаза врачу, спросила Амина, хотя и знала: даже он не знает сейчас ответа на ее вопрос.
- Мы не Боги, хорошая моя. У вашего мужа тяжелейшая черепно-мозговая травма, ушиб легких, перелом грудной клетки, много еще чего. Гематому мы удалили, но ему показана еще одна, сложнейшая операция, к сожалению, у нас такие не делают.
- Понимаю, это, наверное, дорого и врачи нужны столичные. Я найду деньги, только скажите сколько нужно и куда надо его отвезти? - спросила Амина, радуясь хоть какой то робкой надежде.
- К сожалению, ваш муж не транспортабелен. Мы думали о проведении у нас еще одной операции, которая возможно поможет ему, но и она тоже сложная, наши врачи не уверены в успехе, не рискуют. Хотел показать вашего мужа известному нейрохирургу, он наш земляк, работает в Москве, а сейчас в отпуске, на родине. Но не могу с ним связаться, его телефоны выключены, а родственники, охраняя его покой, каждый раз выдумывают новую сказку о том, что он уехал в горы, отдыхает на морской базе, еще где-то.
- Скажите мне фамилию и имя врача, откуда он или его родственники, все, что о нем знаете. Обещаю, я найду его, уговорю, он согласится, пожалуйста...
- Камиль Магомедович Алиев - профессор, более двадцати пяти дет работает в НИИ нейрохирургии им. Бурденко. Его родственники живут в Махачкале и Буйнакске, родной брат преподает в университете.
В тот же вечер Амина умоляла брата помочь ей найти этого врача и уговорить его.
- Саид, ты и Написат всегда и во всем помогали мне. Умоляю тебя, помоги мне еще раз - с этим хирургом и дай мне денег взаймы. Я верну, как только Амир поправится, продам половину домовладения, только не откажи мне сейчас, брат..
Саид не понимал Амину в ее особом рвении помочь мужу, который так подло предал ее, взвалив на плечи бывшей жены своих детей и их проблемы.
- Это переходит все допустимые границы. Над твоей собачьей верностью смеются уже все. Я не желаю твоему бывшему мужу смерти, пусть живет, но и помогать ему не имею никакого желания после того, как он поступил с тобой, - сказал Саид и вышел из комнаты.
Амина горько заплакала от отчаяния, а Написат, жалея свою глупую, добрую золовку обняла ее и пообещала все уладить...
-Понимаю, Саид не может простить Амира, а я так хочу, чтобы он жил... Видела бы ты, Написат, глаза его детей. Как я буду в них смотреть, если он умрет? Как сама буду жить? Мне все равно, с кем он будет потом и где, лишь бы был жив..
- Не переживай, и деньги тебе Саид даст, и с хирургом договорится. Сама же знаешь, он добрый, просто очень обижен на Амира, и основания для этого есть. Если Саид не поможет, я сама дам тебе нужную сумму и врача того из-под земли достану. Одно меня останавливает - твой брат не любит такую активность с моей стороны, потому давай подождем его окончательного решения...
Через день Саид рассказывал Амине о результатах встречи с московским хирургом.
- Хороший человек этот Камиль, простой, вполне доступный... Не заставил себя умолять, мы сразу же поехали с ним в больницу. Он поговорил с врачами, изучил все исследования и осмотрев Амира, сказал: та самая оригинальная операция по его методике здесь у нас проводится не может. И упрощенный вариант ее, который также может дать результат, в наших условиях имеет большие риски, потому даже он браться за нее не хочет. Амина, я сделал все, что мог, но заставить хирурга оперировать безнадежного больного я не могу..
Амина побледнела:
- Он сказал, что Амир безнадежен.?
- Не прямо, но косвенно сказал, что его не будут вечно держать на аппарате, если мозг умрет, то и аппарат отключат. И даже разрешение родственников в этом случае не требуется. А при его ситуации, когда нерв сдавлен гематомой, а операцию по ее удалению сделать не могут, подступиться к ней не могут, шансов выжить у Амира просто нет.
- Тогда почему они боятся его оперировать? - плакала Амина, - почему не используют этот единственный шанс...
-Потому что чудес на свете не бывает. И по всем показателям прогнозы для Амира неутешительные. Не раскисай, сестра, в этой ситуации надо быть готовой ко всему.
- Я не хочу я быть готовой к его смерти. И не буду к этому готовиться. Скажи, где я могу увидеть этого хирурга?
- Не надо надоедать человеку, который и так выполнил просьбу и проконсультировал Амира. Что нового он тебе скажет?
Амина все-таки нашла нужные ей контакты. Узнав у родственников профессора, что он уехал в горы, взяла такси и поехала за ним.
Найти московского профессора в небольшом селе оказалось несложно, хотя и в райцентре о нем знали все, с кем Амина успела пообщаться. Они доехали до села и первая же встреченная Аминой женщина, объяснив ей, где находится дом Камиля Алиева, добавила:
- Только вряд ли вы его там найдете, он всегда у матери останавливается, а она на другом конце села живет. Хотите, провожу, я иду в ту сторону.
Словоохотливая попутчица рассказала Амине о том, что они с профессором учились в параллельных классах, и он тогда был влюблен в ее подругу. Та не обратила внимания на парня из бедной семьи, выросшего без отца, и вышла замуж за сына директора школы, о чем потом пожалела. Камиль стал известным профессором, женился в Москве на коллеге, красавице и умнице, а жизнь его бывшей любимой так и не удалась.
Амина очень волновалась перед предстоящей встречей с профессором и потому была благодарна попутчице , которая своими разговорами отвлекала ее от переживаний.
- Если бы вы дом Камиля видели- трехэтажный дворец со всеми условиями, а как обустроен двор! Но он так и не смог уговорить мать переехать к нему, та заявила: хочу умереть в своем доме, я у себя привыкла, здесь и доживу свой век. Теперь Камиль, приезжая в горы, все время проводит с матерью в ее доме. Вот и сейчас он у матери - уверенно сказала Амине женщина и полюбопытствовала: А Вы к нему по какому вопросу?
- У меня муж серьезно болен, вся надежда только на него. Если не откажет.
-Не откажет, Камиль очень добрый. Наши как в Москву попадут, с какой бы болячкой в какую бы больницу не направлялись, а порой и по другим своим делам, - тут же ему звонят. И Камиль помогает даже тем, кого знать не знает и не помнит, он же уехал из села после школы. И тебе поможет. Бог твоему мужу в помощь.
Прежде чем свернуть на соседнюю улочку, попутчица показала Амине нужный дом.
Амина подошла к невысокому забору и остановилась, не решаясь войти во двор. Спустя некоторое время она увидела мужчину лет сорока пяти, тот ремонтировал дворовую скамейку.
- Ну этот точно не московский хирург, слишком уж простой на вид, - подумала она и вдруг услышала, как подошедшая к воротам женщина обратилась к ней по-аварски...
-Простите, я не понимаю... - ответила ей Амина, окончательно смутившись. - Мне нужен Камиль Магомедович. А вы его мама?
Женщина кивнула и жестом руки пригласила Амину войти во двор. А уже там, посадив за стол под деревом, подозвала сына и дала им возможность поговорить.
Амина всю дорогу обдумывала все, что скажет хирургу, старалась, чтобы ее речь была короткой и ясной. Но при встрече с Камилем, забыла все слова, стояла и плакала, ком в горле не давал ей говорить..
Профессор принес ей воды и попросил успокоиться. От него исходила такая спокойная уверенность, сочувствие и теплота, что Амина справилась с нахлынувшими на нее чувствами и объяснила ситуацию.
Камиль вспомнил Амира, которого смотрел позавчера и повторил ей все то, что она уже слышала от Саида. Сказал, что подобные операции делаются только в крупных центрах высоких технологий, нужна аппаратура, подготовленные ассистенты, совершенная реанимация и т.д. А та операция, о которой говорил заведующий отделением, имеет большие риски и минимальные шансы на улучшение состояния больного. И он, почти уверенный в том что операция вряд ли поможет, хотя и имеет один шанс из тысячи, за нее не возьмется.
- Спасите его, Камиль Магомедович, у него семеро детей от двух жен и обе матери умерли. Нельзя, чтобы дети остались круглыми сиротами, Скажите, что можно сделать, где как и за какие деньги. Пожалуйста, подскажите что я должна сделать, чтобы Амира перевезти в Москву. Сколько это будет стоить? Скажите мне все, ради Бога.. Амина плакала, а Камиль с недоумением глядя на нее, спросил:
- Но ведь вы сказали что он ваш муж или я неправильно вас понял...Значит дети не ваши, если их матери умерли?
- Все правильно, он мой муж, то есть бывший муж, сейчас мы в разводе.. А дети мои, то есть, это его дети, но они остались со мной после развода с ним и мне не чужие... Маленького, который от второго брака, мне тоже жаль, ему всего год с небольшим... Амир совсем еще молодой, умоляю помогите ему.. Я найду любые деньги, сделаю все, что вы скажите..
Камиль долго молчал и внимательно смотрел на женщину, которая сейчас так горько плакала перед ним, умоляя спасти бывшего мужа. Это что же получается: он бросил ее ради другой женщины, но после развода оставил своих детей ей, мачехе. Женился еще раз и от второго брака тоже имеет ребенка. А эта несчастная любит его так самоотверженно, что умоляет спасти любой ценой. Бывают же такие святые женщины...
-Все это сложно и дорого, но я сейчас не об этом, - сказал Камиль Амине, - ваш муж в коме, он не транспарабельный. Перевозить его в таком состоянии рискованно, к тому же нужна будет санитарно- авиационная эвакуация. Для того, чтобы Министерство предоставило эту услугу, требуются особые показания. То есть, есть обязательный перечень конкретных болезней и виды помощи, при которых больных перевозят в центр. Высокотехнологичные нейрохирургические операции по новейшим методике даже в нашем Центре проводятся недавно и еще не вошли в реестр услуг оказываемых по программе ОМС Любой эксперт, который посмотрит историю болезни вашего мужа, засомневается в целесообразности его транспортировки, гарантий нет и шансы не так велики, даже если будет сделана операция.
- Но с операцией шансы все-таки есть, а здесь Амиру никто уже не поможет. Врачи просто ждут, когда умрет мозг, чтобы отключить его от аппарата. Но ведь так нельзя...А сколько будет стоить отвезти его в Москву за свой счет?
-Сами вы это не потянете, нужен не просто авиаперелет, а медицинское сопровождение и санитарный авиатранспорт, оборудованный всей необходимой аппаратурой, - ответил Камиль. - Завтра я буду в городе, еще раз посмотрю вашего мужа и поговорю с его врачами, созвонюсь с московскими коллегами и буду думать о том, как вам помочь.
Камиль сделал больше, чем обещал. Уже на следующее утро он побывал в больнице у Амира, внимательно посмотрев больного и поговорив с врачами, назначил дополнительные исследования. Переслав московским коллегам по интернету все необходимые результаты, Камиль позвонил своему московскому шефу и объяснил ситуацию.
- И чего тебе не отдыхается, коллега, меня бы на твое место - я бы обо всем на свете забыл - у вас там горы, море, форель, шашлык, красивые южанки.. А ты везде себе работу найдешь, подобно известному животному, которое везде грязь находит - ворчал его друг и заведующий отделением- И случай там сверхсложный, большой риск, шансов не так много. Зачем это тебе, Камиль? Или пациент очень богатый и сумма гонорара привлекательная?
- Пациент бедный, многодетный мужчина, потому надо сделать все, чтобы спасти семерым детям отца, тем более, матери у них тоже нет.
- Не факт, что удастся спасти, но давай попробуем, если, конечно, сможешь уладить все вопросы в Министерстве и с реестром услуг тоже. Сроки предельно сжатые, эту операцию твоему пациенту надо было делать еще вчера.
- Я сейчас еду в Министерство и узнаю у друзей- чиновников, как ускорить транспортировку и как оформить документы больного в рамках разрешенных услуг. Надеюсь, что все получится..
Через два дня Амине сказали, что Камиль Магомедович сделал невозможное для того, чтобы перевезти Амира на операцию в Москву. В минимально сжатые сроки он договорился и с московскими коллегами, и с местными врачами, ведущими больного, решил все вопросы с чиновниками из министерства. Сказал и о том, что прервет свой отпуск и поедет с ними.
- Самые сложные вопросы решены, Амина, но вам надо подготовиться к поездке и физически, и морально, и материально. За операцию платить не придется, есть квота, но неизвестно сколько вам придется побыть в Москве после операции, как она завершится и что по ходу понадобится, - объяснил Амине Камиль Магомедович..
Камиль проникся большим уважением к Амине, узнав у ее брата подробности ее развода. Муж и в самом деле оставил ее ради другой женщины, причем дети остались не с ним, а с мачехой. После развода Амина несколько лет воспитывала и обеспечивала их сама почти без помощи со стороны мужа. А коллеги из нейрохирургии рассказали ему о том, что с первого же дня, как Амир впал в кому, она все время сидела в коридоре реанимации, а потом придумала " хитрость"- попросила оформить ее санитаркой без зарплаты, чтобы иметь возможность быть ближе к мужу и почаще заходить к нему.
Операция в Москве шла несколько часов, но хирурги остались довольны ее исходом, хотя и не знали пока, какими будут последствия.
Камиль сделал все, чтобы после перевода Амира в палату Амине разрешили находиться рядом с ним. Она часами сидела у постели бывшего мужа и молилась о его выздоровлении. Изо всех сил старалась держать себя в руках, но видя, что изменений в состоянии Амира пока нет, отчаивалась и плакала. Потом пугалась своих слез, которые в таких случаях не к добру, опять и опять заставляла себя верить и ждать.
- Зря ты, доченька, убиваешься так. Неделя после операции прошла, а он в себя не пришел, - пыталась утешить ее пожилая санитарка, - жалко, конечно, молодой еще мужчина, ему бы жить да жить. Но что тут поделаешь, у каждого своя судьба, свой срок. Ты себя пожалей, говорят у вас там детей куча. Вот и подумай - кому они нужны будут. если и ты руки опустишь. Без отца дети полусироты, а без матери, даже если с отцом - сиротами становятся. Бери себя в руки, и готовься к худшему. Я уже и у врачей спрашивала, руками разводят, не надеются они на чудо.
- Не будут наши дети сиротами, у них и мама есть, и папа скоро на поправку пойдет. - сказала Амина, глотая слезы и убеждая этими словами надежды больше себя, чем собеседницу.
Оставшись одна в палате, Амина почувствовала: она задыхается от боли в душе и больше не может сдерживать в себе слезы, они рвут ей сердце. Впервые за последние три недели она горько и долго, не сдерживая себя плакала, глядя на безучастного Амира.
- Не умирай, Амир, - просила она вслух, целуя руку мужа. - нельзя тебе умирать. Как же наши дети- что я скажу Хадижке, Ахмадику, другим.. - не бросай их.. Господи, прошу тебя, сохрани Амира для детей, пусть он придет в себя. Пусть никогда в мою сторону не посмотрит, я согласна, только пусть живет.
Амина не сводила глаза с Амира, с любовью смотрела на его осунувшееся бледное лицо, на его бескровные губы. До него она была дважды замужем, но Амир был первым мужчиной, с кем у нее случились первый поцелуй, первая нежность, первая ласка... Как тепло и приятно было засыпать на его родном плече. И как много хороших воспоминаний осталось за четыре года жизни с ним.
Амина не винила бывшего мужа, понимала: в том, что они расстались, есть и ее вина. В заботе о детях и муже, в желании сделать для них как можно больше она упустила главное - их с Амиром отношения. Торопилась дать старшим образование, одеть получше подрастающих девочек, побаловать малышей, достроить дом. Все это было сложно, и она впряглась в эти сложные дела настолько, что даже не заметила, как они с Амиром отходят друг от друга. А потом появилась эта Аида...
Много боли испытала Амина в годы разлуки, но все давно уже простила Амиру, хотя не раз слышала от близких и даже родственников мужа: Бог его наказал за предательство и неблагодарность к ней. Что наказал он и Аиду, сломавшую им жизнь, погубив ее такой молодой. Амина не злорадствовала и не хотела слышать этих разговоров, она денно и нощно просила небо не отнимать у Амира жизнь.
Амина гладила руку мужа, и впервые за последнее время говорила с ним так, словно он ее слышит. Она рассказала Амиру все последние новости, дети связывались с ней по телефону каждый день. Рассказала о том, как радует успехами старший сын Наби, он учился отлично, получал повышенную стипендию, занимался наукой и преподаватели пророчили ему большое будущее. А еще при этом находил время., чтобы подработать и помочь семье. Поделилась она и тем, о чем хотела, но не успела сказать до аварии: их семнадцатилетнюю Салимат сватает парень из хорошей семьи, кажется этот Юсуп ей и самой нравится..
- Приходили сваты, а я им сказала, что такой важный вопрос будет решать отец. Хотела назначить день и позвать тебя для разговора, но не успела. Что ты наделал, Амир? - горько заплакала Амина.
Она и в самом деле растерялась. когда в один из вечеров к ним пришла мама Юсупа со своей сестрой. Они хотели познакомиться и предварительно поговорить о детях.
- Может нам дождаться отца Салимат? - спросила мать Юсупа. - Конечно, муж сам поговорит с ним, мы придем свататься как положено. А пока хотели бы знать, что ваш муж в принципе не возражает.
- К сожалению, он в отъезде. Салимат даст вам знать, когда наш папа приедет, и вы сможете обсудить с ним все вопросы.
Амина старалась не показать, какой болью в ее душе откликнулись слова:"ваш муж", когда упомянули об Амире. Но она не стала говорить сватам о разводе, о том, что у Амира была и другая семья. Это может испортить впечатление будущих родственников о семье невесты. Позже они, конечно, узнают и об Аиде, и о ребенке, пусть тогда думают, что Амир, как и многие мужчины, двоеженец и живет на две семьи. Это лучше, чем признаться сватам, что семья осталась без отца и мужа.
Амина плакала, устав от напряжения и тяжелого монолога, который был обращен в пустоту- Амир ее не слышал. Сколько же в ней накопилось боли, страха и слез за эти два месяца, которые Амир провел в коме. Хотя нет, это слезы, накопленные за всю ее безрадостную жизнь, в которой счастье было таким мимолетным.
- Я так любила тебя, Амир... Нет, я и сейчас тебя очень люблю... Не умирай, пожалуйста, Я все смогу, если ты будешь рядом. Не знаю, что будет со мной, если тебя не станет. Даже думать о таком не хочу. Умоляю, живи. Мы должны поднять детей, женить сыновей, отдать девочек замуж, дать им образование. Неважно, что мы не живем вместе, ты все равно нужен и мне, и детям своим. Амина прижалась к ладони мужа щекой, и ее горькие слезы струйкой стекали на руку Амира, она так любила его большие сильные руки..
Странное это состояние кома.. Он здесь, с ней, такой теплый, родной, живой... Но не слышит, не видит, ничего не чувствует, словно и нет его здесь..
- Амир, Амир, любимый...Хоть на минуту открой глаза, пожалуйста, - забывшись Амина умоляла мужа так, словно это зависело от него... Сквозь пелену слез ей вдруг показалось, что его ресницы дрогнули, а рука, которую она продолжала держать в своей слабо дернулась..
- Нет, мне показалось, этого не может быть, - сказала Амина себе, хотя даже не представляла себе, каким должно быть пробуждение и возвращение после долгого небытия со страшным названием кома.
Амина вытерла слезы, поднялась, чтобы поправить одеяло. Она молча смотрела на лицо Амира и думала о том, что не должна больше плакать, не должна терять тонкую нить надежды, ведь все вокруг говорят: если очень -очень верить все может сбыться. Она читала, что иногда люди приходят в себя и после нескольких лет комы.
- Только у нас не Санта Барбара, никто на аппаратах долго держать не будет, - тут же убила затеплившуюся в ней надежду санитарка, рассказавшая ей о коматозниках и чудесах связанных с ними. О том, что прийти в себя для них это еще не все. Не каждый после комы возвращается к нормальной полноценной жизни, многие становятся инвалидами, превращаются в овоща, теряют память, не могут восстановить речь, движения и т.д. Рассказала ей санитарка и о том, что часто разрешения отключить аппарат спрашивают у родных, а что еще делать, если мозг умирает?.
- Я никогда не смогла бы дать такого разрешения, - подумала тогда Амина, -и если бы он, не дай Бог стал инвалидом, овощем, если бы даже умер мозг, а аппарат мог бы поддерживать его жизнь, даже тогда не смогла бы. Это же как приговор подписать своей рукой... Какие жестокие правила..
Амина подумала: если уж все безысходно, пусть все будет как будет, лишь бы она никогда не стояла перед таким выбором, а Амир не мучился от болей и физических страданий..Но и эта мысль тут же вызвала в ней протест.
-Боже помоги Амиру, если надо возьми вместо его жизни мою, пусть у детей хотя бы отец останется, - заплакала Амина и боясь дышать, поцеловала мужа в щеку. И вдруг замерла от неожиданности - ресницы Амира дрогнули и на этот раз это ей точно не показалось, в следующую минуту он вдруг открыл глаза..
Амина боялась кричать, не знала, что делать... Она выскочила в коридор и уже там стала громко звать врача. Но через несколько минут Амир опять уснул. Амина плакала, а врач утешал ее:
- Все хорошо, милая. Процесс пошел, и есть надежда, что теперь все будет хорошо. А вы думали он откроет глаза и сразу кинется к вам на шею? Начнет говорить с вами или вообще поднимется и пойдет? Нет, это процесс нелегкий и долгий, к тому же не знаем насколько он сможет восстановиться... И дай Вам Бог терпения, Амина, многое в его восстановлении и результатах будет зависеть от вашего ухода за больным.
- Я сделаю все, лишь бы он жил...
Амир вышел из комы. Он не сразу узнал Амину, не сразу и не внятно заговорил. И это испугало ее.. Но врачи объяснили - память и речь к нему со временем вернутся, для восстановления нужно время и хорошая реабилитация. Неплохо было бы провести курс в реабилитационном центре, но это очень дорого, потянет ли их семья? А потом, и дома еще долгое время нужен будет круглосуточный уход за ним, специальная кровать, подъемники и т.д.
- Мы очень рады, что ваш муж пришел в себя. Со временем он возможно восстановится и полностью, а может и не совсем - трудно сейчас сказать. Все будет зависеть от восстановительного периода и реабилитации. Так что все ваши проблемы и трудности только начинаются, - сказала Амине заведующая отделением.
- Ничего, мы справимся, - уверенно ответила Амина. Вы говорили о реабилитационном центре, хотела бы узнать об условиях и цене.
-В Москве и в Подмосковье таких центров несколько. Надо подумать, какой вам рекомендовать, чтобы и помощь в вашем сложном случае была реальная, и цены приемлемые.
- Подскажите нам самый лучший, вы ведь и сами говорите, что случай у нас сложный.
- Да, случай у вас сложный. У вашего мужа травмирован мозг и позвоночник, все проблемы перечислять не стоит, их много. Мы чаще рекомендуем больным центр "Три сестры". Цены в нем высокие, но центр работает по принципу " все включено" и по уровню близок к европейскому. Там с пациентами по шесть часов в день работают все необходимые специалисты. Они реально помогают восстановить и работу всех жизненно важных органов, и движения, и речь, и память. В центре есть все современные аппараты, необходимые конструкции. Но я не уверена, что вы потянете эти цены, они даже для Москвы высокие. Хотя в этом центре вам не придется платить больше ни за что- ни за лекарства, ни за плановые или дополнительные обследования, ни за питание, и проживание. Я принесу вам буклет, и вы все посмотрите сами..
Вечером врач принесла Амине буклет реабилитационного центра "Три сестры". Цены за сутки были от десяти тысяч рублей и выше. Первый этап восстановления требовал примерно месяца полтора. Амина готова была расплакаться- эта цена была выше, чем она могла предположить. С собой у нее была лишь четвертая часть нужной суммы- деньги, которые она взяла у Написат перед отъездом. Но это мизерно мало, если учесть, что ей и самой надо снять квартиру поблизости к центру, чтобы посещать Амира, поддерживать его. Обнадеживало только то, что Раиса Ивановна сказала - лечение можно оплатить в кредит, но для этого нужны необходимые справки с работы. Сказала и примерную сумму, которая будет нужна для оплаты первого курса реабилитации.
Амина позвонила Мусе, рассказала о ситуации, спросила, может ли он достать для кредита справки с автопредприятия Амира. Муса спросил - о какой сумме идет речь и пообещал позвонить после того, как все узнает.
Он позвонил уже на следующий день, сказал, что половину нужной суммы собрали и внесли шеф и водители, хорошо знавшие Амира, а недостающую половину денег он добавил сам.
- Передай всем огромное спасибо, Муса, нет таких слов, чтобы выразить благодарность, - прослезилась от неожиданного решения проблемы Амина. -Только боюсь тебя подвести. Не уверена, что по приезде сразу смогу вернуть всем и тебе деньги. Мне нужно будет время, чтобы заработать их, продать часть плана или участок, который у нас за переездом. Мы тебя не подведем, только задержать можем, об этом я беспокоюсь.
- Ничего продавать не нужно, Амина, ни сейчас, ни потом. Водители собрали четверть суммы в помощь вам, а не в долг. Нас на автобазе много, мы сложились, кто сколько мог, так что никому эта помощь не была в тягость. Вторую четверть суммы выделил от себя лично шеф и тоже сказал, что безвозмездно. А половина всей суммы - это деньги, которые я откладывал для стройки своего дома. Строю я его уже много лет, не тороплюсь, моя семья не на улице живет. Так что стройка подождет , ты о деньгах даже не думай... Будут нужны еще - звони, решим проблему. Мы тут думали, как передать тебе деньги, банковской карточки у тебя нет, ходить на почту или еще куда не сможешь. Решили, послезавтра один из наших водителей летит в Москву за машиной, передадим деньги через него.
Амина сидела у кровати спящего Амира и плакала от радости, она даже не ожидала, что проблема решится так легко. Мысленно благодарила коллег Амира, его шефа, Мусу. Уже завтра она скажет Раисе Ивановне, что они готовы после завершения лечения пройти курс реабилитации.
- Все будет хорошо, родной. Ты обязательно выздоровеешь, нам все помогают - из дому и здесь в больнице - и Раиса Ивановна, и Камиль Магомедович, и все твои друзья, - разговаривала она с ним так, словно он слышит. В последнее время она привыкла к такому общению с Амиром, когда говорила только она и почему-то очень верила, что он ее слышит и понимает.
Продолжение следует...