Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Южаков

«Идиот» Фёдор Достоевский

Закончил, наверное, полторы недели назад, всё недоходили руки выдавить из себя что-то по этому поводу. Нахожу, что Достоевский про невероятную тоску под серым питерским небом, каковое было последнее время. Воздух цвета холодной водки, гнетущее настроение, беспросветная тоска кругом. Наверное, только поэтому затянул. Достоевский про людей, чьи судьбы обречены на несчастье, про библейские пороки, глубокие психологические романы, пусть и фельетоны. Вообще, считаю, что для лучшего закрепления материала стоит чуточку прожить то, что описывается в книге, сразу становишься ближе, непосредственно ощущаешь сущность бытия, описанного за много лет до твоего рождения. Подобное ранее я описывал: как и другие, изучающие античную литературу едут в современную Турцию, чтобы проникнуться и в прямом смысле слова прикоснуться к древней Греции. "Идиот" – тот самый бедолага, который не может разобраться в себе, с долей удачи, обворожительной простотой и хроническим заболеванием. Сам он идиот, потому чт

Закончил, наверное, полторы недели назад, всё недоходили руки выдавить из себя что-то по этому поводу. Нахожу, что Достоевский про невероятную тоску под серым питерским небом, каковое было последнее время. Воздух цвета холодной водки, гнетущее настроение, беспросветная тоска кругом. Наверное, только поэтому затянул. Достоевский про людей, чьи судьбы обречены на несчастье, про библейские пороки, глубокие психологические романы, пусть и фельетоны.

Вообще, считаю, что для лучшего закрепления материала стоит чуточку прожить то, что описывается в книге, сразу становишься ближе, непосредственно ощущаешь сущность бытия, описанного за много лет до твоего рождения.

Подобное ранее я описывал: как и другие, изучающие античную литературу едут в современную Турцию, чтобы проникнуться и в прямом смысле слова прикоснуться к древней Греции.

"Идиот" – тот самый бедолага, который не может разобраться в себе, с долей удачи, обворожительной простотой и хроническим заболеванием. Сам он идиот, потому что слишком простой. Робкие фразы сменяются нигилистической претенциозной речью. Мимолётная страсть, выдаваемая за догробную любовь, тиха и мелка, как и он сам.

Помимо прочего, поднимаются идеи капитализма (в самом романе), социализма, потери всего человеческого, пренебрежения моралью и честью.

За "жили-были" вы сами почитайте, сюжетик достаточно интересный.

Хочу отметить, что проблема социального давления на людей простых и открытых поднята ещё тогда. «Свету» стоило предстать в лучшем виде, как в запрещённой соцсети, в той лучшей гиперреальности, где ты лучше всех, но не выделяешься, самый богатый, но аскетичный, либерал консервативных взглядов, в довесок из уважаемых людей (тут обойдусь без антипода).

Такой простой идиот совсем не вписывается в этакие рамки, для культуры толерантности он выглядит нормальным. Принимая всех улыбающихся людей на улице, скажем, что те два парня у кустов под окном не маргинальны или не в себе, просто, они другие, но такие же нормальные, как и мы.

Размытая современная культура принятия даёт нам искажённую картину нормальности, порой, да где-то навешиваются ярлыки, удавшиеся снять только из-за толерантности, что исключение нежели правило. Для света нужны маски, надеваемые каждый день, чтобы быть нормальным, а не прокажённым невежественным идиотом.

Социальная маска нормальности определяется многими факторами: положением, статусом, образованием, возрастом. Большие грузики, прикреплённые на шею, тянущие вниз, чтобы преклониться пред могучим обществом. Обзаведясь тем или иным камнем, мы можем показывать его или нет, исходя из его ценности. Тут, на мой взгляд, играет разум. Некая хитрость пред «нормальностью»: мы же не станем всё ожерелье показывать на нашей шее, мы же не идиоты, могут сорвать, а кому-то к лицу, хех.