Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

"Иван Бунин. Жизнь наоборот" Дмитрий Воденников — Проза поэта о поэтичном прозаике

От конца к началу Молчат гробницы, мумии и кости, —
Лишь слову жизнь дана.
Бунин "Слово" Очень мало зная Воденникова-поэта, я высоко ценю его эссеистику, а новая книга знакомит с королем поэтов в ипостаси биографа. Редакция Елены Шубиной запустила в нынешнем году новую серию ЖИЛ - жизнь интересных людей - такой перифраз и отчасти антитеза знакомому с детства ЖЗЛ. Биографическая проза, актуально, в свете изменений регламента Большой книги. Уже в марте ожидаются Сенчин о "пауке Серебряного века" Александре Тинякове, и Басинский о Леониде Андрееве. Но сейчас не о них, а об Иване Бунине нежном романтике и злобном охальнике; золотом фонде мировой литературы - Нобеля всем подряд не дают - и многие годы полуподпольного автора на родине; богаче-бедняке; русском дворянине-консерваторе, известном, хм крайне нестандартной семейной ситуацией. Возможно противоречивость этой фигуры, невписанность ее в канон, определила форму "Жизни наоборот": повествование начинается ранними похоронами (по французск

От конца к началу

Молчат гробницы, мумии и кости, —
Лишь слову жизнь дана.
Бунин "Слово"

Очень мало зная Воденникова-поэта, я высоко ценю его эссеистику, а новая книга знакомит с королем поэтов в ипостаси биографа. Редакция Елены Шубиной запустила в нынешнем году новую серию ЖИЛ - жизнь интересных людей - такой перифраз и отчасти антитеза знакомому с детства ЖЗЛ. Биографическая проза, актуально, в свете изменений регламента Большой книги. Уже в марте ожидаются Сенчин о "пауке Серебряного века" Александре Тинякове, и Басинский о Леониде Андрееве. Но сейчас не о них, а об Иване Бунине нежном романтике и злобном охальнике; золотом фонде мировой литературы - Нобеля всем подряд не дают - и многие годы полуподпольного автора на родине; богаче-бедняке; русском дворянине-консерваторе, известном, хм крайне нестандартной семейной ситуацией.

Возможно противоречивость этой фигуры, невписанность ее в канон, определила форму "Жизни наоборот": повествование начинается ранними похоронами (по французским законам, тело должно быть захоронено до девяти утра). Литератора с мировым именем пришли проводить в последний путь одиннадцать человек, половина из которых, священник и певчие, оказались здесь "по службе". Прежде было в отпевание в часовне на рю Дарю - на русский слух, так не подходящем смерти - "прежде" в хронологии жизни, но "после" в истории, которая движется вспять. Все этапы этой долгой - 83 года - биографии поочередно развернутся перед нами, от конца к началу, к солнечному детству, к мальчику в дворянской усадьбе, к его одержимости "Аленьким цветочком" и житиями святых.

К мальчику, которому отдали зеркальный туалет с тумбой, но больше возможности владеть единолично этим новым "взрослым" пространством, поместить в нем свои сокровища и найти мальчишечье применение оставленным пузырькам с флакончиками - больше всего притягивает его зеркало и та особая, ярко-смутная жизнь, что разворачивается в зазеркалье. Возможность заглянуть за грань, попытки которой не оставит всю последующую жизнь.

Книга будет интересна поклонникам Бунина и ценителям истории литературы. Языковые красоты прозы поэта соединяются в ней с информативностью и серьезной работой с источниками.