Непобедимая элита: защитное снаряжение аварских воинов VII-VIII веков
Военное могущество Аварского каганата, расцвет которого пришелся на VII-VIII века, во многом основывалось на высочайшем уровне вооружения и экипировки его воинов. Археологические находки с территорий, некогда входивших в состав этого могущественного кочевого государства – от Южной Германии до Нижней Волги – позволяют современным исследователям реконструировать впечатляющие комплексы защитного снаряжения, которыми пользовались аварские воины.
Особое место в экипировке знатных аваров занимали панцири. Наиболее распространенным типом был ламеллярный панцирь, конструкция которого представляла собой настоящий шедевр оружейного мастерства того времени. Уникальная находка такого доспеха в Нидерштётцунгене (Южная Германия) дает представление о типичном защитном снаряжении аварской элиты. Панцирь изготавливался из множества мелких фигурных металлических пластин, соединенных между собой при помощи тонких сыромятных ремешков. Эти ремешки продевались через специальные отверстия в пластинах и пропускались через узкие кожаные полосы, что обеспечивало дополнительную прочность конструкции.
По своему покрою аварский ламеллярный доспех напоминал кафтан с осевым разрезом спереди, который закрывался с помощью специальных завязок. Плечевые лямки также имели ламеллярную конструкцию, что обеспечивало надежную защиту наиболее уязвимых участков тела воина. Такой панцирь был не только прочным, но и относительно легким, что давало его обладателю значительное преимущество в подвижности по сравнению с противниками в более тяжелых доспехах.
Среди высшего воинского сословия аваров были также распространены кольчуги – еще один тип защитного снаряжения, заимствованный, вероятно, у соседних народов или полученный в качестве трофеев. Изображение аварского воина на серебряном блюде с территории современной Венгрии (ныне хранящемся в Государственном Эрмитаже) демонстрирует типичную кольчугу того периода – с рукавами, спускающимися ниже локтя. Такой доспех изготавливался путем соединения тысяч мелких металлических колец, каждое из которых было сплющено, пробито и склепано или сварено. Создание одной кольчуги требовало от мастера нескольких месяцев кропотливой работы, что делало ее чрезвычайно ценным предметом.
Поверх кольчуги аварские воины нередко надевали накидку-кафтан с рукавами до локтя. Этот элемент одежды выполнял несколько функций: защищал металл кольчуги от атмосферных воздействий, предотвращал перегрев доспеха на солнце и его переохлаждение в холодную погоду, а также служил дополнительным амортизирующим слоем при ударах противника.
Не менее важным элементом защитного снаряжения аварских воинов были шлемы, конструкция которых демонстрирует удивительное разнообразие и высокий уровень мастерства оружейников. Археологические находки позволяют выделить как минимум два основных типа шлемов, бытовавших в аварской среде.
Первый тип представлен грушевидным шлемом ламеллярной конструкции, подобным найденному в Нидерштётцунгене. Этот шлем состоял из множества мелких металлических пластин, соединенных между собой по тому же принципу, что и в ламеллярном панцире. Конструкция дополнялась навершием с трубочкой для крепления плюмажа – украшения из перьев или конского волоса, служившего не только декоративным элементом, но и своеобразным опознавательным знаком в пылу сражения.
Лобная часть такого шлема усиливалась специальной налобной пластиной с подглазными выкружками и относительно длинным наносником, защищавшим лицо воина от фронтальных ударов. Для защиты боковых частей головы шлем снабжался наушами, а затылок и шею прикрывала бармица – специальный элемент в виде кольчужной или пластинчатой сетки.
Второй тип шлема, характерный для аварских воинов, имел купольную форму и сегментно-клепаную каркасную конструкцию. Прекрасный образец такого шлема был обнаружен в склепе Керчи. Его основу составляли внешние сегментные элементы, служившие каркасом, внутри которого располагались дополнительные подтреугольные сегменты, усиливавшие конструкцию. Как и в первом случае, шлем был оснащен навершием с трубочкой для плюмажа, подглазными выкружками, небольшим наносником и наушами.
Особенностью данного типа шлема была бармица, полностью закрывавшая шею воина и пришнурованная непосредственно к стеганому подшлемнику – мягкому головному убору, надеваемому под шлем для амортизации ударов и более комфортного ношения.
Комплекс защитного снаряжения аварского воина дополнялся щитом, часто имевшим трофейное происхождение. В аварской среде были распространены деревянные дощатые щиты, усиленные металлическим куполовидным умбоном (центральной частью) и обшитые по краю кожаной полосой для предотвращения расщепления. Многие из таких щитов попадали к аварам в результате столкновений с Византийской империей и демонстрировали характерные черты византийского военного искусства.
Таким образом, защитное снаряжение аварских воинов представляло собой сложный комплекс, сочетавший как собственные разработки, так и заимствования у соседних народов. Эта эклектичность, однако, не была признаком слабости, а, напротив, демонстрировала способность аварских воинов и ремесленников отбирать и адаптировать под свои нужды лучшие достижения военного дела своего времени.
Смертоносный арсенал: клинковое оружие аварских воинов
В комплекс вооружения аварских воинов входило разнообразное клинковое оружие, являвшееся не только эффективным боевым инструментом, но и важным статусным символом. Наиболее характерным типом клинкового оружия для аварского воина был палаш – длинный прямой однолезвийный меч, сочетавший в себе ударные возможности сабли с колющими свойствами меча.
Археологические находки демонстрируют значительное разнообразие палашей, использовавшихся аварскими воинами. Особенно впечатляющим образцом является палаш из захоронения вождя у села Малая Перещепина. Его клинок имел длину около 750 мм при ширине 35-40 мм и характеризовался вытянуто-треугольным сечением, что обеспечивало высокую проникающую способность при колющем ударе и достаточную жесткость для нанесения мощных рубящих ударов.
Эфес этого роскошного оружия состоял из прямой крестовины, цилиндрической рукояти и кольцевидного навершия. Все детали эфеса были полностью обтянуты тонким чеканным золотым листом, что указывало на исключительно высокий статус владельца. Особую ценность палашу придавало то обстоятельство, что на внутренней части рукояти было нанесено имя мастера, позволившее исследователям определить его византийское происхождение. По всей видимости, это оружие было изготовлено в Византии специально в качестве дипломатического подарка аварскому вождю – распространенная практика в отношениях между империей и соседними "варварскими" народами.
Ножны перещепинского палаша также были выполнены на высочайшем уровне мастерства: деревянная основа была покрыта чеканным золотым листом и крепилась к поясу воина посредством двух специальных скоб. Такое оформление ножен свидетельствует не только о богатстве владельца, но и о важности палаша как символа власти и воинской доблести.
Иной тип палаша представлен находкой из погребения Учтепе на Кавказе. Эфес этого оружия имел более сложную конструкцию, состоящую из прямого перекрестия в виде сплющенного с боков усеченного конуса, двухцилиндрической рукояти и перевернутого усеченно-конического навершия. Деревянные ножны этого палаша были обтянуты кожей, повторяли контур клинка и снабжались металлическим цилиндрическим устьем и двумя Р-образными скобами (выступами), служившими для крепления портупеи.
Помимо палашей, в арсенал аварских воинов входили кинжалы и боевые ножи – вспомогательное оружие, применявшееся в ближнем бою или в бытовых ситуациях. Особый интерес представляет кинжал, найденный у одного из аварских воинов, который, по мнению исследователей, имеет корейское происхождение. Судя по характерным особенностям, это оружие было изготовлено в VI веке в Корее (аналог обнаружен в гробнице № 14, Керимло) и попало в аварскую среду в результате торговой сделки, что свидетельствует о широких международных контактах аварской элиты.
Эфес и ножны этого кинжала были богато украшены – покрыты тонкими золотыми накладками, оформленными в полихромном стиле сердоликовыми вставками. Массивные ножны крепились к поясу воина в горизонтальном положении посредством двуходной Р-образной и одной С-образной скоб. Такой способ ношения был характерен для восточноазиатской традиции и, вероятно, сохранился в аварской среде как отголосок их азиатского происхождения.
Боевой нож, еще один тип клинкового оружия, использовавшегося аварами, представлен находкой из Иловатки (Нижняя Волга). Он имел внушительный клинок длиной около 250-300 мм при ширине порядка 20 мм. Эфес ножа состоял из одной деревянной рукояти, расширяющейся к окончанию и снабженной подпальцевыми вырезами для более надежного хвата. Деревянные ножны повторяли контур клинка и оснащались Р-образными выступами для крепления к поясу. Оконечность ножен и выступы были окованы тонкими металлическими полосками, что усиливало их прочность и придавало оружию более эстетичный вид.
Клинковое оружие аварских воинов демонстрирует сочетание функциональности, эстетики и статусной символики. От простых боевых ножей до роскошных палашей с золотой отделкой – весь спектр этого оружия отражает сложную социальную структуру аварского общества и его обширные международные связи, простиравшиеся от Византии до Дальнего Востока.
Стрелы и копья: дистанционное оружие степных воинов
Помимо клинкового оружия, аварские воины широко использовали различные виды дистанционного оружия, среди которых особое место занимал лук – традиционное оружие кочевников Евразийских степей. Археологические находки и изобразительные источники свидетельствуют о том, что аварские лучники были грозной силой на полях сражений раннего Средневековья.
Основным типом лука, использовавшегося аварскими воинами, был сложносоставной сигмообразный лук "хунского" типа. Этот тип лука, заимствованный аварами у предшествующих кочевых народов Центральной Азии, представлял собой сложную конструкцию из нескольких материалов: деревянной основы, усиленной роговыми накладками с внутренней стороны (со стороны стрелка) и сухожильной обмоткой с внешней стороны. Такая конструкция придавала луку дополнительную жесткость в спокойном состоянии, а при натяжении тетивы позволяла накапливать больше энергии по сравнению с простыми деревянными луками.
Сигмообразная форма лука в ненатянутом состоянии (когда концы оружия изгибались в противоположную от стрелка сторону) была характерной особенностью, отличавшей его от более ранних скифских и более поздних монгольских луков. Эта форма обеспечивала оптимальное распределение напряжения по всей длине лука при его натяжении и позволяла делать оружие относительно компактным, что было особенно важно для конных воинов.
Для защиты от атмосферных воздействий и удобства переноски лук со снятой тетивой убирался в специальный чехол – кожаный чулковидный налуч, который подвешивался к поясу воина. В походном положении налуч обычно носился на левом боку, что позволяло быстро извлечь лук правой рукой в случае необходимости.
Не менее важным элементом снаряжения лучника был колчан со стрелами. Аварские колчаны имели характерную трапециевидную форму, изготавливались из дерева и обтягивались кожей для защиты от влаги. Особенностью аварских колчанов был верхний карман с крышкой, где могли храниться наконечники для специальных типов стрел или инструменты для обслуживания лука. Колчан обычно подвешивался к поясу воина с правой стороны, что обеспечивало удобный доступ к стрелам левой рукой, в то время как правая удерживала лук.
Наконечники аварских стрел отличались большим разнообразием форм, каждая из которых была предназначена для решения определенных боевых задач. Трехлопастные наконечники с широким сечением использовались преимущественно против незащищенных или легко защищенных противников; бронебойные наконечники с узким ромбическим или квадратным сечением предназначались для пробивания доспехов; а специальные свистящие наконечники с отверстиями, издававшие пронзительный свист в полете, применялись для психологического воздействия на противника или в качестве сигнальных.
Помимо луков, важным элементом дистанционного и ближнего боя для аварских воинов были копья. Судя по находкам из могильников Дюрсо (Россия) и с территорий современных Венгрии и Болгарии, типичное аварское копье было длинным, снабженным втульчатым наконечником длиной около 250 мм с пером подтреугольной формы. Такая конструкция обеспечивала высокую проникающую способность при ударе и позволяла эффективно поражать как пеших, так и конных противников.
Копье использовалось аварскими воинами как для метания на средних дистанциях, так и для ближнего боя, особенно в конном строю. В последнем случае всадник мог использовать вес и скорость коня для усиления удара копьем, что делало это оружие особенно смертоносным против пехоты или менее маневренных конных противников.
Сочетание дальнобойных луков, позволявших начать бой на значительном расстоянии, и копий, эффективных как на средних дистанциях, так и в ближнем бою, давало аварским воинам тактическую гибкость, которой часто не хватало их противникам. Эта многогранность аварского вооружения была одним из ключевых факторов военных успехов каганата в его противостоянии с такими мощными государствами, как Византийская империя и Франкское королевство.
Символы власти: пояса и украшения аварских воинов
В культуре аварских воинов особое значение придавалось поясным наборам, которые выступали не просто функциональным элементом для подвешивания оружия, но и важнейшим статусным символом. Богатство и сложность оформления пояса напрямую отражали социальное положение его владельца в иерархии аварского общества.
Археологические находки демонстрируют широкое разнообразие поясных наборов, использовавшихся аварскими воинами. Особенно роскошным образцом является пояс из могилы № 138 в Кёрне (Венгрия), накладные бляхи, пряжка и наконечник которого были изготовлены из тонкого золотого листа. Такой пояс мог принадлежать только представителю высшей аристократии каганата, возможно, близкому родственнику самого кагана.
Другой тип поясных наборов представлен находкой из Иловатки (Нижняя Волга), где пряжки и накладные бляхи были изготовлены из серебра. Этот пояс, вероятно, принадлежал воину среднего ранга – не из высшей знати, но и не рядовому члену общества. Такая градация материалов (золото для высшей знати, серебро для средних слоев воинской элиты) была характерна для многих кочевых народов Евразийских степей и отражала строгую социальную стратификацию аварского общества.
Помимо материала изготовления, статус владельца пояса подчеркивался количеством и качеством украшающих его блях. Наиболее роскошные пояса могли насчитывать десятки накладных блях различной формы, покрытых сложным орнаментом и инкрустированных драгоценными или полудрагоценными камнями. Особенно ценились сердоликовые вставки, которым приписывались защитные и магические свойства.
Поясные наборы не только символизировали статус воина, но и служили практическим целям – к ним крепилось все необходимое вооружение. Способы подвешивания различных предметов к поясу также имели свои особенности, часто отражая культурные влияния и заимствования.
Так, горизонтальное крепление кинжала с помощью двуходной Р-образной и С-образной скоб, зафиксированное у аварских воинов, имеет ярко выраженные восточноазиатские корни и, вероятно, свидетельствует о сохранении традиций, принесенных аварами из их прародины. В то же время, способ подвешивания палаша с помощью двух скоб к вертикальным ремням, свисающим с основного пояса, демонстрирует влияние византийских и иранских традиций.
Налучи (чехлы для луков) и колчаны также имели специфические способы крепления к поясу. Налуч обычно подвешивался с левой стороны, а колчан – с правой, что обеспечивало удобный доступ к оружию для правшей (подавляющего большинства воинов). Эта система ношения оружия, характерная для конных лучников Евразийских степей, была отточена веками практического опыта и доказала свою эффективность в боевых условиях.
Помимо поясов, статус аварского воина подчеркивался и другими элементами его снаряжения. Особое значение имели плюмажи на шлемах – украшения из перьев или конского волоса, крепившиеся к верхушке шлема с помощью специальной трубочки в навершии. Цвет, размер и форма плюмажа могли указывать на принадлежность воина к определенному роду или военному подразделению, а также на его ранг в военной иерархии.
Еще одним важным статусным элементом были украшения оружия. Золотая и серебряная отделка рукоятей и ножен палашей и кинжалов, инкрустация драгоценными камнями, сложные орнаменты – все это не только придавало оружию более эстетичный вид, но и подчеркивало благосостояние и статус владельца. Особенно ценились предметы иностранного происхождения – византийские, персидские, корейские, китайские – полученные в качестве дипломатических подарков, трофеев или через торговые связи.
Интересно отметить, что многие предметы вооружения аварских воинов имели длительную историю использования и передавались по наследству. Например, упомянутый выше кинжал корейского происхождения, датируемый VI веком, был обнаружен в аварском погребении VII-VIII веков, что указывает на то, что он мог передаваться от отца к сыну на протяжении нескольких поколений. Такая практика не только подчеркивала материальную ценность оружия, но и создавала особую символическую связь между поколениями воинов, усиливая преемственность воинских традиций.
Культурный синтез: влияния и заимствования в вооружении аваров
Одной из наиболее интересных особенностей вооружения аварских воинов является его многокомпонентный характер, отражающий широкий спектр культурных влияний и заимствований. Аварский каганат, располагавшийся на перекрестке торговых путей и границ крупнейших цивилизаций раннего Средневековья, активно воспринимал и адаптировал военные инновации соседних народов, создавая уникальный синтез различных традиций оружейного дела.
Восточноазиатское влияние на вооружение аваров наиболее отчетливо прослеживается в конструкции и способах использования сложносоставного лука. Сигмообразный лук "хунского" типа имеет явные параллели с оружием кочевников Центральной Азии и Дальнего Востока. Техника его изготовления – с применением деревянной основы, роговых накладок и сухожильной обмотки – также имеет восточноазиатское происхождение и свидетельствует о сохранении аварами традиций, привнесенных из их прародины.
Способ ношения кинжала в горизонтальном положении, зафиксированный у аварских воинов, также демонстрирует восточноазиатские корни. Этот метод, характерный для многих народов Восточной и Центральной Азии, был особенно удобен для всадников и позволял быстро извлечь оружие в критической ситуации. Сам факт обнаружения кинжала корейского происхождения у аварского воина свидетельствует о существовании прямых или опосредованных контактов с дальневосточными регионами.
Византийское влияние на аварское военное дело было не менее значительным, хотя и проявлялось в других аспектах. Многочисленные столкновения аваров с Византийской империей, сопровождавшиеся как поражениями, так и победами, способствовали заимствованию наиболее эффективных элементов византийского вооружения. Ярким примером такого заимствования являются дощатые щиты, усиленные металлическими умбонами, которые аварские воины нередко захватывали в качестве трофеев в сражениях с византийцами.
Палаш, найденный в захоронении вождя у села Малая Перещепина, с его богатой золотой отделкой и именем мастера на внутренней части рукояти, является прямым свидетельством византийского влияния. Этот предмет вооружения, вероятно, был изготовлен в Византии специально для аварского вождя и передан ему в качестве дипломатического дара или дани. Такая практика была распространена в отношениях между империей и соседними "варварскими" народами и служила инструментом "мягкой силы" византийской дипломатии.
Иранские (персидские) влияния также прослеживаются в некоторых элементах аварского вооружения, особенно в декоративном оформлении и орнаментике. Сасанидский Иран, как и Византия, был одной из двух великих держав, с которыми аварам приходилось взаимодействовать, и культурный обмен между ними был неизбежен. Полихромный стиль декорирования оружия, с использованием золотых накладок и сердоликовых вставок, имеет явные параллели с иранской традицией.
Славянские влияния на аварское военное дело были связаны с особой ролью славянских племен в составе каганата. Авары, будучи относительно немногочисленным народом, активно привлекали славян в качестве вспомогательных войск и ремесленников. Это привело к взаимному обогащению военных традиций, хотя славянское влияние прослеживается в большей степени в тактике и организации, нежели в материальной культуре вооружения.
Германские (франкские, лангобардские) влияния стали особенно заметны в поздний период существования каганата, когда авары вступили в интенсивное взаимодействие с Франкским королевством. Некоторые типы клинкового оружия, особенно мечи и скрамасаксы (боевые ножи), найденные в аварских погребениях позднего периода, демонстрируют явное франкское происхождение или влияние.
Уникальность аварского вооружения заключалась не просто в соединении различных элементов, заимствованных у соседних народов, но в их творческой адаптации и трансформации. Авары не копировали слепо чужие образцы, а перерабатывали их в соответствии со своими потребностями и традициями, создавая новые, оригинальные формы. Эта способность к культурному синтезу была одним из ключевых факторов военных успехов аварского каганата и его долгого существования в качестве значимой политической силы Центральной Европы.
В свою очередь, аварское военное дело оказало существенное влияние на соседние народы, особенно на славян и ранних венгров. Многие элементы аварского вооружения, тактики и военной организации были переняты этими народами и сохранялись долгое время после падения самого каганата. Таким образом, аварское наследие стало важной составляющей военной культуры средневековой Центральной и Восточной Европы, а через нее опосредованно повлияло и на более западные регионы континента.