— Ирочка, здравствуй, дочка! Как дела на работе? — голос Алексея Евгеньевича звучал неестественно бодро для раннего утра понедельника.
Ира поморщилась. Отец никогда не интересовался её работой, если ему что-то не было нужно.
— Нормально, пап. Много проектов, как обычно. Что-то случилось?
— Ну что ты! Просто звоню узнать, как у тебя дела. — Алексей Евгеньевич сделал паузу. — А ещё хотел сказать, что получил первую пенсию. Такое разочарование! Всю жизнь работал начальником цеха, а платят копейки.
Ира прижала телефон плечом к уху, продолжая собираться на работу. Она уже догадывалась, к чему ведёт этот разговор.
— Сколько начислили?
— Двадцать две тысячи. Это просто насмешка! Я столько лет руководил людьми, а теперь должен жить на эти гроши.
Ира вздохнула. Она знала, что многие получают и меньше, но спорить с отцом было бесполезно.
— Понимаю, пап. Непростая ситуация.
— Вот я и подумал, доченька... Ты же хорошо зарабатываешь в своей компании. Поможешь отцу? Тысяч пятнадцать в месяц мне бы очень пригодились.
Ира остановилась на полпути к входной двери. Пятнадцать тысяч? Это почти четверть её зарплаты, а ведь у неё ещё ипотека и другие расходы.
— Пап, я...
— Ирочка, я же всю жизнь тебя растил, образование дал. Неужели для родного отца жалко?
Ира почувствовала, как внутри всё сжимается от этих слов.
— Хорошо, пап. Я постараюсь помочь, но пятнадцать — это много. Может, десять?
— Ладно, для начала и десять сойдёт. Завтра заеду, заодно посмотрю, как ты живёшь.
Когда звонок закончился, Ира опустилась на стул в прихожей. "Для начала?" Что это значит? И почему она снова не смогла сказать отцу "нет"?
***
— Алексей Евгеньевич опять приходил, — сообщила Марина Петровна, соседка отца, когда Ира позвонила узнать, всё ли у него в порядке. — С женщиной какой-то. Модная такая, лет сорока пяти.
— Женщиной? — Ира удивлённо приподняла брови. — Вы уверены?
— Конечно! Я же не слепая. Светланой зовут, она в фитнес-центре на reception работает. Он её часто домой приводит. Вчера с какими-то пакетами пришли, смеялись очень громко.
Ира нахмурилась. Вчера отец просил у неё деньги на лекарства, говорил, что еле сводит концы с концами. А сегодня выясняется, что он встречается с какой-то Светланой и, судя по всему, не бедствует.
— Спасибо, Марина Петровна. Я очень ценю, что вы следите за папой.
— Да что ты, Ирочка! Мы же соседи. Кстати, он вчера говорил, что на следующей неделе собирается в санаторий. Хорошо на пенсии-то, да?
Ира стиснула зубы.
— Да, замечательно.
***
Дверь лифта открылась, и Ира чуть не столкнулась с высоким мужчиной в очках.
— Ой, извините! — воскликнула она, отступая.
— Ничего страшного, — ответил мужчина с улыбкой. — Вы ведь из отдела продаж? Я новый руководитель аналитического отдела, Николай.
— Очень приятно, Ира, — она протянула руку. — Главный специалист по работе с ключевыми клиентами.
— Наслышан о ваших успехах, — Николай пожал ей руку. — Мне сказали, что вы спасли контракт с "Альянсом".
Ира улыбнулась.
— Обычная работа.
— Может, пообедаем вместе? — неожиданно предложил Николай. — Я в компании недавно и почти никого не знаю.
Ира хотела согласиться, но вспомнила, что сегодня перевела отцу деньги и нужно экономить до зарплаты.
— Извините, сегодня не получится. Много работы.
— Понимаю. Может, в другой раз?
— Да, конечно.
***
Телефон зазвонил, когда Ира просматривала отчёты.
— Дочка, ты не могла бы перевести мне ещё немного денег? — голос отца звучал почти просительно. — Нужно кое-что для квартиры купить.
— Пап, я же только на прошлой неделе перевела.
— Так то на прошлой! А сейчас срочно нужно новый телевизор купить, старый совсем сломался.
Ира глубоко вздохнула.
— Пап, у меня сейчас нет лишних денег. Ипотека, коммунальные платежи...
— Какие платежи? Ты о чём? — в голосе отца появились раздражённые нотки. — Я тебя вырастил, образование дал, а ты жалеешь денег на телевизор?
— Я не жалею, просто у меня их сейчас действительно нет. Может, в следующем месяце...
— Следующий месяц? — Алексей Евгеньевич повысил голос. — А что мне делать сейчас? Сидеть без телевизора?
— Ты можешь починить старый, — предложила Ира, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.
— Значит, так ты заботишься о своём отце? Я для тебя всё делал, а ты...
— Хорошо, пап, — прервала его Ира. — Я что-нибудь придумаю.
Положив трубку, она закрыла лицо руками. Придётся отказаться от новых зимних сапог. Снова.
***
Ресторан "Ривьера" сиял неоновыми огнями. Ира проходила мимо по пути домой, когда случайно заметила в окне знакомую фигуру. Отец сидел за столиком с эффектной блондинкой, которая выглядела намного моложе его. Они смеялись, и Алексей Евгеньевич выглядел помолодевшим и совершенно счастливым.
Ира замерла. Две недели назад он просил у неё деньги на лекарства, жаловался на здоровье, а сейчас сидит в одном из самых дорогих ресторанов города с какой-то женщиной.
Не в силах удержаться, она вошла внутрь и направилась к их столику.
— Привет, пап, — сказала Ира, подойдя ближе.
Алексей Евгеньевич вздрогнул и поперхнулся вином.
— Ира? Что ты здесь делаешь?
— Проходила мимо, увидела тебя. Не представишь меня своей спутнице?
Отец выглядел смущённым.
— Это... это Светлана. Моя... подруга.
Светлана улыбнулась, но глаза остались холодными.
— Очень приятно. Алексей так много о вас рассказывал.
— Правда? — Ира недоверчиво посмотрела на отца. — Интересно, что именно?
— Что у вас очень хорошая работа и... — Светлана замялась.
— И что я всегда ему помогаю? — закончила за неё Ира.
Алексей Евгеньевич нервно поправил галстук.
— Доченька, мы просто решили немного отдохнуть. Ничего такого.
— Конечно, пап. Приятного аппетита. — Ира развернулась и быстро вышла из ресторана, чувствуя, как к горлу подкатывает комок.
***
— Что с тобой сегодня? Ты какая-то рассеянная, — спросил Николай, заглядывая в кабинет Иры.
За последние две недели они начали обедать вместе и быстро нашли общий язык. Николай оказался умным и интересным собеседником.
— Всё в порядке, просто семейные проблемы, — ответила Ира, закрывая таблицу с расходами на экране компьютера.
— Можешь рассказать, если хочешь. Иногда разговор помогает.
Ира колебалась, но потом решилась.
— Мой отец вышел на пенсию и теперь считает, что я должна его содержать. При этом тратит мои деньги на свою новую "подругу".
Николай нахмурился.
— И сколько ты ему уже отдала?
— За последние три месяца? Тысяч сорок, наверное.
— Сорок тысяч? — Николай присвистнул. — Это серьёзная сумма. Ты пробовала поговорить с ним?
— Каждый раз, когда я пытаюсь отказать, он начинает давить на чувство вины. "Я тебя вырастил", "Я всё для тебя делал"...
— Ира, тебе нужно установить границы, — Николай выглядел обеспокоенным. — Помогать родителям — это нормально, но не в ущерб себе.
— Легко сказать, — вздохнула Ира. — Ты не знаешь моего отца.
***
Дверь квартиры Алексея Евгеньевича открылась, и он удивлённо посмотрел на дочь.
— Ира? Что случилось?
— Нам нужно поговорить, пап.
Отец пропустил её в квартиру. Ира заметила новый телевизор с огромным экраном и свежий ремонт на кухне.
— Неплохо живёшь, — заметила она, садясь за стол.
— Да так, потихоньку, — Алексей Евгеньевич отвёл взгляд. — Хочешь чаю?
— Нет, спасибо. Я пришла сказать, что больше не смогу давать тебе столько денег. У меня ипотека, свои расходы...
Лицо отца изменилось.
— Вот как? Решила бросить отца на произвол судьбы?
— Я не бросаю тебя. Просто не могу отдавать половину зарплаты каждый месяц, особенно когда вижу, что ты тратишь эти деньги на рестораны и новую подругу.
— Ты за мной следишь? — Алексей Евгеньевич повысил голос. — Проверяешь, куда я трачу деньги?
— Нет, пап. Я случайно увидела тебя в "Ривьере". В тот самый день, когда ты сказал, что тебе нечего есть.
— Что теперь, нельзя даже в ресторан сходить? — отец начал раздражаться. — Я всю жизнь работал, имею право на отдых!
— Конечно, имеешь. Но на свои деньги, а не на мои.
Алексей Евгеньевич стукнул кулаком по столу.
— Неблагодарная! Я для тебя всё делал! Ночами не спал, когда ты болела, деньги на твоё образование откладывал. А теперь, когда мне нужна помощь, ты отворачиваешься от меня?
Ира почувствовала, как внутри нарастает гнев.
— Пап, я не отворачиваюсь. Но я не банкомат. Я могу помогать, но в разумных пределах.
— Какая же ты эгоистка, — покачал головой отец. — Думаешь только о себе.
— Нет, пап. Я просто хочу честности. — Ира встала. — Позвони, когда будешь готов к нормальному разговору.
Она вышла из квартиры, чувствуя смесь облегчения и тревоги. Отец впервые не попытался её остановить.
***
Прошла неделя. Отец не звонил, и Ира начала беспокоиться. Возможно, она была слишком резкой?
— От отца ничего не слышно? — спросил Николай, когда они встретились в кафе после работы.
За последний месяц их отношения переросли из коллегиальных в нечто большее, и Ира ценила его поддержку.
— Нет, молчит. Наверное, обиделся.
— Может, это и к лучшему? — осторожно предположил Николай. — Тебе нужна пауза, чтобы разобраться в своих чувствах.
— Может быть, — Ира задумчиво помешивала кофе. — Просто странно. Обычно он не сдаётся так легко.
Как будто в ответ на её слова, телефон зазвонил. На экране высветилось имя Валентины Николаевны, папиной сестры.
— Тётя Валя? Что-то случилось?
— Ирочка, твой отец звонил мне вчера, — голос тёти звучал обеспокоенно. — Говорит, что ты отказываешься ему помогать, и он еле сводит концы с концами.
Ира вздохнула. Вот и началось.
— Тётя, это не совсем так...
— Я так и подумала, — неожиданно ответила Валентина Николаевна. — Лёша всегда был мастером драматизировать. Расскажи, что на самом деле происходит?
Ира удивлённо моргнула. Она ожидала упрёков, а не понимания.
— Папа вышел на пенсию и теперь постоянно просит у меня деньги. При этом тратит их на свою новую подругу, а не на необходимые вещи, как говорит.
— Ох, это так похоже на Лёшу, — вздохнула тётя. — Он всегда был таким. Даже когда вы с мамой жили вместе, он часто скрывал свои траты. Бедная Таня так мучилась с ним.
— Правда? — Ира была поражена. Она никогда не слышала такого от мамы.
— Конечно. Почему, ты думаешь, они развелись? Твоя мама устала от его контроля над каждой копейкой, которую она тратила, при том что сам он покупал себе дорогие вещи и не отчитывался.
Ира молчала, пытаясь осмыслить новую информацию. Всё встало на свои места — отцовская скупость, постоянные проверки её расходов в детстве, мамины слёзы после очередного скандала из-за денег.
— Спасибо, тётя Валя. Я не знала.
— Держись, девочка. И не позволяй ему манипулировать тобой.
***
Прошло ещё две недели. Отец по-прежнему не звонил, и Ира почти убедила себя, что конфликт исчерпан. Но однажды утром в её дверь позвонили.
На пороге стоял Алексей Евгеньевич. Он выглядел похудевшим и осунувшимся.
— Папа? Что случилось?
— Можно войти? — голос отца звучал необычно тихо.
Ира пропустила его в квартиру. Алексей Евгеньевич сел на диван и тяжело вздохнул.
— Светлана ушла от меня.
— Мне жаль, — ответила Ира, хотя на самом деле она не могла сказать, что сильно огорчена.
— Оказывается, ей нужны были только мои деньги. А когда они закончились... — он пожал плечами. — Я остался один.
Ира почувствовала укол сочувствия.
— Пап, но у тебя есть друзья, коллеги...
— Какие друзья? — горько усмехнулся Алексей Евгеньевич. — На работе я был начальником, а не другом. А теперь, когда я на пенсии, никому не нужен.
Он выглядел таким потерянным, что Ира невольно смягчилась.
— Это не так. У тебя есть я.
— Прости меня, дочка, — неожиданно сказал отец, глядя ей в глаза. — Я вёл себя неправильно. Эта пенсия... она как будто выбила почву из-под ног. Всю жизнь я был кем-то, а теперь...
Ира села рядом с ним.
— Пап, выход на пенсию — это не конец. Это новый этап.
— Легко сказать, — вздохнул Алексей Евгеньевич. — Я не знаю, чем себя занять. Целыми днями сижу дома один.
Ира задумалась.
— А что, если найти какое-то занятие? Хобби или даже подработку?
— В моём возрасте? Кому я нужен?
— Ты опытный производственник, у тебя есть чему научить молодёжь.
В глазах отца мелькнул интерес.
— Думаешь?
— Уверена. Давай подумаем вместе, что можно сделать.
***
— Кого я вижу! — воскликнула Ира, открыв дверь. На пороге стояла её мать, Татьяна Сергеевна, с чемоданом в руках.
— Привет, доченька, — улыбнулась мама. — Решила тебя навестить. Не против?
— Конечно, нет! Проходи, — Ира обняла мать. — Почему не предупредила?
— Хотела сделать сюрприз. К тому же решение было спонтанным — квартиру в Новосибирске наконец продала, думаю перебраться обратно.
— Серьёзно? Насовсем?
— Посмотрим, — уклончиво ответила Татьяна Сергеевна. — Как твои дела? Как отец?
Ира вздохнула.
— Сложно всё с ним.
— Что на этот раз? — Татьяна Сергеевна покачала головой.
Ира рассказала матери о требованиях отца и о недавнем конфликте.
— Ох, Лёша не меняется, — вздохнула Татьяна Сергеевна. — Всегда был таким. Помню, как он контролировал каждую копейку, что я тратила, при этом сам покупал дорогие вещи.
— Тётя Валя говорила что-то похожее, — кивнула Ира.
— Валька всегда была наблюдательной, — улыбнулась мать. — Я не рассказывала тебе раньше, не хотела настраивать против отца. Но теперь, когда ты взрослая и сталкиваешься с тем же...
— Почему вы тогда развелись? — спросила Ира вопрос, который давно её мучил.
Татьяна Сергеевна помолчала.
— Из-за его контроля. Он хотел решать всё — куда пойдём, что купим, с кем будем общаться. Я чувствовала себя вещью, а не человеком. В какой-то момент поняла, что больше не могу так жить.
Ира кивнула. Это объясняло многое.
— А сейчас? У тебя кто-то есть?
— Нет, — покачала головой Татьяна Сергеевна. — После Лёши как-то не складывалось. Да я и не особо стремилась. Работа, подруги... жизнь и без мужчины может быть полной.
Ира улыбнулась. Её мать всегда была сильной женщиной.
— Как думаешь, может, стоит попробовать помирить вас с папой? — неожиданно для себя спросила Ира.
Татьяна Сергеевна рассмеялась.
— После стольких лет? Вряд ли. Но я не против нормального общения. В конце концов, мы оба твои родители.
***
— Ты с ума сошла, — сказал Николай, когда Ира поделилась с ним своей идеей. — Хочешь свести родителей, которые пятнадцать лет не виделись?
— Не свести, а просто организовать встречу, — уточнила Ира. — Мама вернулась в город, папа один... Может, они хотя бы смогут нормально общаться?
— А ты не думаешь, что это может всё усложнить? — Николай выглядел обеспокоенным. — Что, если твой отец начнёт манипулировать и твоей мамой тоже?
Ира задумалась.
— Нет, мама не поддастся. Она слишком хорошо его знает. К тому же, мне кажется, папа изменился после истории со Светланой. Он стал мягче, что ли.
— Осторожнее с такими выводами, — предупредил Николай. — Люди редко меняются кардинально.
***
Квартира Татьяны Сергеевны, которую она сняла после возвращения в город, была небольшой, но уютной. Ира помогала матери накрывать на стол, когда раздался звонок в дверь.
— Это он, — Ира бросила взгляд на часы. — Точно вовремя.
— Весь в себя, — улыбнулась Татьяна Сергеевна. — Лёша всегда был пунктуальным.
Ира открыла дверь. На пороге стоял Алексей Евгеньевич с букетом цветов.
— Привет, пап, проходи.
Отец нервно переступил порог и замер, увидев бывшую жену.
— Таня? — его голос дрогнул. — Ты здесь?
— Здравствуй, Лёша, — спокойно ответила Татьяна Сергеевна. — Давно не виделись.
Алексей Евгеньевич неловко протянул ей букет.
— Это тебе.
— Спасибо, — Татьяна Сергеевна приняла цветы. — Проходи, садись. Мы как раз собирались обедать.
Ира наблюдала за родителями, затаив дыхание. Они выглядели напряжёнными, но вежливыми друг с другом.
Обед начался в тишине, но постепенно разговор завязался. Они обсуждали нейтральные темы — погоду, новости, общих знакомых. Ира внимательно следила за реакциями отца, но он вёл себя достойно и сдержанно.
После обеда Татьяна Сергеевна предложила:
— Давайте выпьем чаю в гостиной.
Когда они расположились с чашками, Ира решила, что пришло время для серьёзного разговора.
— Мам, пап, я пригласила вас обоих не просто так. Я хочу, чтобы мы поговорили о нашей семье.
Родители переглянулись.
— О чём именно? — осторожно спросил Алексей Евгеньевич.
— О том, как мы общаемся. О деньгах. О контроле. — Ира сделала глубокий вдох. — Папа, я много лет пыталась заслужить твоё одобрение. Даже сейчас, когда ты просишь у меня деньги, я часто соглашаюсь, потому что боюсь тебя разочаровать.
Алексей Евгеньевич опустил глаза.
— Я не знал, что ты так это воспринимаешь.
— Лёша, ты всегда был требовательным, — вмешалась Татьяна Сергеевна. — Помнишь, как ты контролировал каждый мой шаг? Как ругался из-за каждой покупки?
— Я просто хотел, чтобы в семье был порядок, — защищался Алексей Евгеньевич.
— Порядок? Или контроль? — мягко спросила Татьяна Сергеевна. — Ты всегда хотел всё держать в своих руках. Когда я ушла, тебе было трудно не потому, что ты любил меня, а потому что потерял контроль.
Алексей Евгеньевич вскочил с места.
— Это неправда! Я любил тебя!
— Возможно, по-своему, — кивнула Татьяна Сергеевна. — Но твоя любовь всегда шла вместе с желанием владеть.
— И сейчас то же самое, — добавила Ира. — Ты вышел на пенсию и потерял контроль на работе. И теперь пытаешься контролировать меня через деньги.
Алексей Евгеньевич открыл рот, чтобы возразить, но вдруг осёкся. Он медленно опустился обратно в кресло и закрыл лицо руками.
— Неужели я такой? — его голос звучал глухо.
Татьяна Сергеевна и Ира переглянулись, удивлённые его реакцией.
— Папа? — осторожно позвала Ира.
— Я никогда не думал об этом так, — медленно проговорил Алексей Евгеньевич. — Мне казалось, я просто забочусь о семье, принимаю правильные решения. А на самом деле...
На самом деле я всю жизнь боялся, — тихо произнёс он. — Боялся, что если не буду всё контролировать, то потеряю уважение. Что люди увидят, какой я на самом деле — обычный, с сомнениями, не всегда знающий, как поступить правильно.
Татьяна Сергеевна удивлённо приподняла брови. За все годы совместной жизни она ни разу не слышала от мужа подобных признаний.
— Лёша, но в этом нет ничего плохого. Все мы такие.
— Ты не понимаешь, — покачал головой Алексей Евгеньевич. — Мой отец всегда говорил, что настоящий мужчина должен быть сильным, должен обеспечивать семью, принимать решения. Я вырос с этим. А потом стал начальником цеха, и там то же самое — все ждали от меня решений, уверенности.
— А когда ты вышел на пенсию, всё это исчезло, — тихо сказала Ира, начиная понимать.
— Да, — кивнул отец. — Никто больше не спрашивал моего мнения, не ждал указаний. Я стал... никем. Обычным пенсионером, которого никто не замечает.
— И ты начал требовать деньги у меня, — продолжила Ира, — не потому, что они были так нужны, а чтобы сохранить контроль хоть над чем-то? Чтобы чувствовать себя важным?
Алексей Евгеньевич молча кивнул.
— А Светлана... — начала Татьяна Сергеевна.
— Она восхищалась мной, — горько усмехнулся Алексей Евгеньевич. — Точнее, я думал, что мной. А на самом деле — деньгами, которые я тратил на неё. Когда они закончились, закончилось и восхищение.
В комнате повисла тишина. Ира смотрела на отца и видела перед собой не властного мужчину, которого всегда боялась разочаровать, а человека, который так же, как и она, боялся оказаться ненужным.
— Пап, — наконец произнесла Ира, — ты всегда будешь важен для меня. Не потому, что даёшь деньги или принимаешь решения, а просто потому, что ты мой отец.
Алексей Евгеньевич поднял на неё взгляд.
— Правда?
— Конечно, — Ира улыбнулась. — Но отношения не могут строиться на контроле. Это должно быть уважение, понимание, поддержка — с обеих сторон.
— Я не умею по-другому, — признался Алексей Евгеньевич. — Не знаю, как быть... равным.
— Этому можно научиться, — мягко сказала Татьяна Сергеевна. — В любом возрасте.
***
Прошло полгода. Ира подъезжала к дому родителей, улыбаясь своим мыслям. После того разговора многое изменилось.
Алексей Евгеньевич, с помощью Иры, устроился консультантом на своём бывшем заводе. Он приходил дважды в неделю, проводил встречи с молодыми специалистами, делился опытом. Это была небольшая подработка, но она давала ему чувство значимости и приносила дополнительный доход.
Татьяна Сергеевна нашла работу в библиотеке и сняла квартиру недалеко от бывшего мужа. Они не сошлись снова, но научились общаться по-дружески, иногда даже вместе ходили в театр или на выставки.
А главное — изменились отношения Иры с отцом. Он больше не требовал денег, хотя она сама иногда помогала ему с покупками. Он научился спрашивать её мнение, интересоваться её делами искренне, а не только когда ему что-то было нужно.
Николай, сидевший за рулём, прервал её размышления:
— О чём задумалась?
— О том, как всё изменилось за эти месяцы, — ответила Ира, положив руку на его плечо. — Не верится даже.
Они подъехали к небольшому дому, который Татьяна Сергеевна недавно сняла на дачном участке. Сегодня был день рождения Иры, и родители пригласили их на обед.
Алексей Евгеньевич встретил их у ворот.
— Приехали! Отлично! Ира, с днём рождения ещё раз! — он обнял дочь, кивнул Николаю. — Таня уже всё приготовила, идёмте.
За столом в саду собралась небольшая компания — Ира с Николаем, Алексей Евгеньевич, Татьяна Сергеевна и тётя Валя с мужем.
— Предлагаю тост за Ирочку, — сказал Алексей Евгеньевич, поднимая бокал. — За мою замечательную дочь, которая не только добилась успеха в работе, но и помогла своему старому отцу понять важные вещи в жизни.
— За Иру, — поддержали все.
Когда обед подходил к концу, Алексей Евгеньевич отозвал дочь в сторону.
— Ира, я хотел поговорить с тобой, — он выглядел немного смущённым. — Помнишь те деньги, что я у тебя просил в первые месяцы после выхода на пенсию?
— Конечно, — кивнула Ира. — Но давай не будем об этом сегодня...
— Нет, я должен сказать, — настоял отец. — Я откладывал часть своей пенсии и той зарплаты, что получаю на заводе. Вот, — он протянул ей конверт. — Здесь не всё, что я взял у тебя, но я постепенно верну полностью.
Ира растерянно взяла конверт.
— Пап, не нужно. Правда.
— Нужно, — твёрдо сказал Алексей Евгеньевич. — Я хочу, чтобы между нами всё было честно. Это важно для меня.
Ира обняла отца, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.
— Спасибо.
— Это тебе спасибо, — тихо ответил он. — За то, что не отвернулась от меня, когда я был... не лучшим человеком.
— Ира, Алексей! Идите к нам, — позвала Татьяна Сергеевна. — Будем торт разрезать.
Они вернулись к столу. Николай улыбнулся Ире и взял её за руку.
— Всё в порядке?
— Да, — Ира посмотрела на родителей, мирно беседующих друг с другом, на тётю с мужем, на Николая рядом с собой. — Теперь всё в порядке.
Татьяна Сергеевна поставила на стол торт с зажжёнными свечами.
— Загадывай желание!
Ира закрыла глаза. Но впервые за долгое время ей не нужно было ничего желать — всё, о чём она мечтала, уже сбылось. Она задула свечи под аплодисменты родных людей, чувствуя, что наконец-то её семья стала настоящей — не идеальной, со своими проблемами и трудностями, но основанной на взаимном уважении и искренней заботе.
— С днём рождения, доченька, — сказал Алексей Евгеньевич, и в его глазах Ира увидела то, чего никогда не видела раньше — безусловную любовь, не требующую ничего взамен.