— Ой, ну куда ты сейчас попрёшься? Темень на улице, — Антон досадливо поморщился, разглядывая Лену, которая суетливо накидывала пальто.
— Мне надо. К маме. Она... приболела. — Лена отвернулась, пряча глаза. Её пальцы немного дрожали, пока она пыталась застегнуть пуговицы.
— Да ладно заливать-то! К маме она, как же, — он хмыкнул, закатив глаза. — Вчера ж говорила, мать к сестре твоей уехала. Начудила что-то, а теперь концы прячешь?
Лена замерла, прикусив губу. Вот чёрт, и правда ведь говорила. Антон был не просто соседом по лестничной клетке — скорее другом семьи. Частенько заходил на чай, когда Игорь, её муж, был на вахте. Слишком частенько, если честно.
— Слушай, Тох... — она вздохнула. — Мне просто нужно проветриться. Сама не своя последние дни. Игорь через неделю возвращается, а я тут на стенку лезу. Понимаешь?
Антон понимающе кивнул. Ещё бы ему не понимать — две недели как с женой разбежались. Теперь жил бобылём через стенку. Стрижка модная, одеколон дорогущий — этот самый, который они с Игорем вместе выбирали. Вернее, она выбирала, а муж башлял.
— Ну пошли тогда. — Он вдруг решительно шагнул к вешалке и снял куртку. — Провожу тебя. Мало ли кто шляется в такое время.
— Да не надо, Тох, я сама...
— Надо-надо. — Он потянулся к выключателю. — Игорёк мне башку открутит, если узнает, что я тебя одну отпустил.
Лена закусила губу. Игорь. В последнее время она старалась о нём не думать. Уже третий год на севере вкалывает — две недели дома, месяц там. Деньги, конечно, хорошие. Ремонт сделали, машину взяли. Только вот... холодно одной.
— Ну пошли, провожатый. — Она нервно хихикнула. — Только до парка и обратно, ладно? Просто голова разболелась, проветриться хочу.
Пётр Семёныч выгуливал Графа каждый вечер ровно в девять. Жена говорила — часы по нему сверять можно. Старый пёс, дворняга с примесью овчарки, лениво трусил рядом, изредка поднимая ногу у подходящих кустов.
— Ну-ну, Граф, не торопись. — Пётр Семёныч усмехнулся себе в усы. — Куда нам спешить? Дома опять этот её сериал про любовь-морковь.
Он дёрнул поводок, когда собака остановилась, принюхиваясь к чему-то под скамейкой. Очки запотели от собственного дыхания, и он остановился, чтобы протереть стёкла.
В этот момент их и увидел. Ленка, соседка сверху, шла под руку с каким-то мужиком. Пётр Семёныч прищурился. Знакомая фигура... А, это ж сосед их, тот, что развёлся недавно. И вроде как неплохо им вместе — смеются, головы друг к другу наклоняют. Ленка прямо светится вся.
Муж-то её, Игорь, опять на вахте. Нормальный мужик, работящий. Как-то помог Петру Семёнычу с трубой на кухне, когда та потекла, денег не взял. И Ленка вроде приличная была...
Пара неспешно прошла мимо, не заметив старика с собакой в тени деревьев. Антон что-то сказал, наклонившись к Лениному уху, она тихо рассмеялась и легонько толкнула его плечом.
Пётр Семёныч хмыкнул и потянул поводок.
— Пойдем, Граф. Не наше это дело.
Но телефон Игоря был у него в записной книжке. Ещё с той истории с трубой.
— Слушай, а помнишь, как мы с Игорем на рыбалку ездили? — Антон пнул камешек, и тот запрыгал по асфальту. — Ты ещё термос с чаем собрала, а он оказался с солью?
Лена фыркнула, прикрывая рот ладонью.
— А то! Вы потом неделю подкалывали меня. А я просто банки перепутала.
Вечерний воздух приятно холодил лицо. Странно, но с Антоном ей было легко. Совсем не так, как с мужем в последнее время. С Игорем всё как-то... сложно стало. Приезжает уставший, раздражённый. Деньги привозит, конечно, но самого будто нет — только оболочка.
— Лен, — Антон вдруг остановился, повернувшись к ней. — Я вот чего сказать хотел...
Она замерла, глядя в его глаза. От него пахло тем самым парфюмом — терпким, с нотками кедра и чего-то ещё, неуловимого. Она сама выбирала его для Игоря, но на Антоне он почему-то пах иначе. Теплее как-то.
— Что? — её голос вдруг сел.
— Ты это... с Игорем-то как? Нормально всё?
Лена отвела взгляд.
— Нормально. А что?
— Да нет, ничего. — Он дёрнул плечом. — Просто смотрю, какая-то ты... не такая стала. Потухла будто.
— Устала, наверное. — Она попыталась улыбнуться, но вышло криво. — Работа, дом, готовка. Каждый день одно и то же. А потом он приезжает, и я не знаю, о чём с ним говорить. Будто чужие уже.
Антон молчал, глядя куда-то поверх её головы. Потом вдруг взял её за руку.
— Пойдём обратно? Холодает уже.
Игорь сидел на кровати в вагончике, глядя в телефон. Звонок от соседа снизу не давал ему покоя уже третий день. Старый пень увидел его жену с другим мужиком — гуляли под ручку, смеялись. И ладно бы кто-то незнакомый. Так нет же — Антоха, друг называется!
«Да может, правда просто гуляли», — убеждал себя Игорь, прокручивая в голове разговор с соседом.
«Да я бы и не позвонил, но ты ж мне как сын, Игорёк. Труба-то до сих пор не течёт», — хрипел в трубку Пётр Семёныч.
«Да идите вы!» — хотелось рявкнуть, но Игорь сдержался.
«Спасибо, что сообщили».
Игорь поднялся, сунул ноги в рабочие ботинки и вышел на улицу. Звёзды висели низко над тайгой, иглистые и колючие. До конца вахты оставалось ещё два с половиной дня. Но внутри уже всё кипело. Прораб всё равно разрешил бы уехать пораньше — премию только бы срезал. Плевать на премию. Надо было разобраться с этим... дружком.
Он достал телефон и набрал номер начальника смены.
Когда они подошли к подъезду, Лена вдруг замедлила шаг.
— Тох, спасибо, что проводил. Мне правда легче стало.
— Да не за что, соседка. — Он улыбнулся, но как-то натянуто. — Обращайся, если что.
В подъезде было тихо. Лифт негромко гудел, поднимая их на четвёртый этаж.
— Слушай, — вдруг заговорил Антон, глядя на цифры этажей над дверью. — А ты сама-то хочешь, чтобы у вас с Игорем всё наладилось?
Лена вздрогнула.
— Что за вопрос? Конечно хочу. Он же... муж мой.
Антон хмыкнул, но промолчал. Когда двери лифта открылись, он первым шагнул в коридор и замер. У двери Лениной квартиры стоял дорожный баул — потрёпанный, с яркой биркой «Аэрофлота».
— Это что... — начала Лена, но тут дверь распахнулась.
Игорь стоял на пороге — небритый, с красными от недосыпа глазами, в той самой старой футболке с медведем, которую она ему подарила три года назад.
— Ну привет, голуби, — процедил он, переводя взгляд с жены на соседа и обратно. — Гуляем значит? Под ручку?
Лена замерла, чувствуя, как воздух вокруг сгустился до консистенции киселя.
— Игорь? Ты почему... Ты же должен был...
— Через неделю, да? — Он скрестил руки на груди. — Решила время не терять?
Антон сделал шаг вперёд.
— Слушай, друг, ты чего? Я просто проводил...
— А ну заткнись! — рявкнул Игорь, и Антон осёкся. — Какой я тебе, к чёрту, друг? Как у тебя совести хватило?
Лена встала между ними, подняв руки.
— Игорь, перестань! Ничего не было! Я просто гуляла, мне нужно было проветриться!
— Да-да, конечно. — Он сардонически усмехнулся. — А он просто в качестве телохранителя? Думаешь, я не знаю, что вы тут без меня устраиваете?
Антон стоял, опустив руки, с каким-то обречённым выражением лица.
— Игорь, клянусь тебе...
— Видеть тебя не хочу! Пошёл вон! — Игорь сделал шаг вперёд, и его кулаки сжались.
— Перестань! — Лена схватила мужа за руку. — Ты с ума сошёл? Ничего не было! Я могу поклясться чем угодно!
В коридоре повисла тяжёлая тишина. Игорь смотрел на жену, и в его глазах плескалась такая боль, что Лена почувствовала, как что-то обрывается внутри.
— Я пойду, — тихо сказал Антон. — Извини, Лен. И ты, Игорь... извини.
Он направился к своей двери. Игорь проводил его жёстким взглядом.
— От тебя его одеколоном несёт, — вдруг сказал он, поворачиваясь к Лене. — Тем самым, который ты мне подарила. Который мы вместе выбирали.
Лена почувствовала, как к горлу подкатывает комок.
— Игорь, я же подарила его вам обоим. На твой день рождения, помнишь? Тебе и ему, как другу семьи.
Игорь усмехнулся.
— А он, значит, для тебя старается, душится. Друг семьи.
Он развернулся и вошёл в квартиру. Лена последовала за ним, закрывая дверь.
— Кто тебе сказал? — тихо спросила она. — Кто тебе наплёл, что у меня что-то с Антоном?
Игорь сел на диван, обхватив голову руками.
— Петро, сосед снизу. Видел вас в парке, как вы милуетесь.
— Милуемся? — Лена неверяще рассмеялась. — Игорь, мы просто гуляли! Я чуть с ума не сошла тут одна! Я даже музыку включаю, когда готовлю, чтобы не в тишине... Поговорить захотелось с живым человеком, понимаешь?
— С ним, значит, — глухо отозвался Игорь.
Лена присела рядом с ним, не решаясь коснуться.
— Я не изменяла тебе, — произнесла она твёрдо. — Никогда. Даже в мыслях.
Игорь поднял голову. В его глазах стояла такая усталость, что Лена почувствовала, как сердце сжимается.
— Я тут горбачусь на этой чёртовой вахте, чтобы у нас всё было. Дом, машина, чтобы тебе ни в чём отказа не было. А ты...
— А я что? — подхватила она. — Сижу тут сиднем, жду тебя месяцами. А когда ты приезжаешь, ты будто не здесь. Всё время на телефоне, всё какие-то дела. Когда мы последний раз просто разговаривали?
Он молчал, глядя в пол.
— Да, я пошла погулять с Антоном. Да, мне было с ним легко. Но не потому, что я что-то к нему чувствую, а потому, что он просто был рядом и слушал! Когда ты последний раз меня слушал, Игорь?
Лена почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза.
— Знаешь, что самое смешное? Я весь вечер думала о тебе. Даже этот дурацкий одеколон... От Антона пахнет совсем не так, как от тебя. Хотя запах вроде тот же.
Игорь поднял голову.
— Лен, — его голос вдруг стал тихим и каким-то беззащитным. — Я просто боюсь тебя потерять. Эти вахты... Я же вижу, как ты отдаляешься. А теперь ещё этот...
Лена осторожно коснулась его руки.
— Ты меня не потеряешь. Если только сам не оттолкнёшь.
Они сидели молча, не глядя друг на друга. За окном мигал фонарь, отбрасывая на стену неровные тени.
— Слушай, — вдруг сказал Игорь. — А давай я больше не поеду на эту вахту?
Лена вздрогнула.
— В смысле?
— Найду работу здесь. Платить будут меньше, но зато я буду дома. С тобой.
Она смотрела на него, не веря своим ушам.
— Но как же... ремонт? Машина? Ты же говорил...
— К чёрту, — он вдруг притянул её к себе. — К чёрту всё это. Я чуть с ума не сошёл, когда Петро позвонил. Думал, потерял тебя...
Лена уткнулась лицом в его плечо, вдыхая родной запах — тот самый одеколон, смешанный с чем-то неуловимо его, Игоревым. Таким знакомым и таким правильным.
— Не потерял, — прошептала она. — И не потеряешь.
В дверь вдруг постучали — тихо, нерешительно. Игорь напрягся, но Лена положила руку ему на плечо.
— Я открою.
На пороге стоял Антон, бледный и какой-то потерянный.
— Лен, извини, что мешаю. Но я хотел сказать... — он замялся, глядя поверх её плеча на Игоря, который встал за спиной жены. — Игорь, клянусь тебе, между нами ничего не было. Я бы никогда... Ты мой друг.
Игорь смотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
— Это правда, — тихо сказала Лена. — Ты же знаешь, я не умею врать.
Игорь медленно выдохнул.
— Знаю, — он протянул руку Антону. — Извини, что наговорил лишнего. Просто я...
— Да я понимаю, — Антон крепко пожал его руку. — Я бы тоже взбесился.
— Кстати, — Игорь вдруг усмехнулся. — Хорош одеколон. Знакомый какой-то.
Антон смущённо кашлянул.
— Да это... Лена подарила. На твой день рождения. Сказала, тебе такой же взяла.
Лена переводила взгляд с одного на другого, не веря своим глазам. Только что они были готовы друг друга убить, и вот уже...
— Ну ладно, я пойду, — Антон кивнул. — Рад, что всё выяснилось. И... с возвращением, Игорь.
Он повернулся и быстро пошёл к своей двери. Игорь закрыл дверь и повернулся к Лене.
— Ты это серьёзно? — спросила она. — Про вахту?
Он кивнул.
— Серьёзно. Жизнь одна, Лен. И я хочу прожить её с тобой. По-настоящему прожить, а не приезжать раз в месяц как гость.
Она обняла его, чувствуя, как что-то внутри неё наконец расслабляется и встаёт на место.
А где-то внизу, во дворе, Пётр Семёныч выгуливал Графа, ворча себе под нос:
— Вот же навыдумывал, старый дурак. Довёл мужика. Ну да ладно, главное, разобрались. А, Граф?
Старый пёс философски вздохнул и задрал ногу у подходящего куста.