Хроники трёхдневки

Уже грядёт на следующей неделе очередная учебная трёхдневка, а сразу за ней — ещё одна, а я всё никак не запишу хроники февральской. Попробую, хотя бы, коротко записать.

Пожалуй, лейтмотивом трёх дней был для меня конфликт между тем, как я предъявляюсь, и как хочу быть увиденной. Предъявлялась я красивенько. В кои-то веки из красивенькой нарциссической части, в которой мне было, прям, уверенно, устойчиво, хорошо, точно зная свой профессиональный размер (это, кстати говоря, колоссальный прогресс в сравнении с тем, что было в самом начале). «Оцените, какая я молодец», — примерно так оно могло бы звучать. И мне говорили: «Молодец, правда». При этом внутри мне хотелось совершенно другого. Хотелось тёплого человеческого принятия. Но чтобы его получить нужно было открываться. А открываться страшно.

И вот я получала много красивых и приятных оценок, но увиденности, разделённости переживаний, близости — не получала. Брала много, но оставалась голодной. И это было очень похоже на обычную жизнь, в которой я варюсь в своём хтоническом ужасе, не имея возможности ни с кем его разделить. Одиночество среди большого количества людей. Большая и красивенькая часть меня мною неплохо освоена, а та, которой плохо и больно, она и мною остаётся не увидена, потому что я к ней приближаться практически не могу, и сопровождающего, чтобы посмотреть на неё вместе, я найти не могу.

Впрочем, к третьему дню мне удалось разделить небольшой кусочек. Начав именно с рассказа о том, как я это сделать не могу. И кто-то в итоге смог дать мне именно то, в чём я нуждалась. Кто-то — не смог. Важно было то, что те, от кого я ждала, они смогли. И от этого было тепло. В жизни это повторять сложнее, но с опорой на то, что оно возможно в группе, чуть легче. Точно стало ещё легче спускаться со своими клиентами в их персональный ад.

Такие дела