Вступление
В палеонтологии часто появляются необычные находки, со своей спецификой и историей происхождения. Обычно такие находки вызывают бурю обсуждений и споров. Для описания таких интересных экземпляров я посвящаю отдельные статьи, которые будут вне цикла о триасовых животных.
История: обнаружение и изучение
Одной из таких находок является обнаруженный в 1975 году на перевале Оливирсшук в провинции Квазулу-Натал на территории ЮАР слепок (образец BP/1/5558), который оказался слепком конечной камеры норы из мелкозернистного песчаника с залегающим в нём материалом состоящим из костных останков. Предварительно останки были идентифицированны как скелет цинодонта тринаксодона (Thrinaxodon liorhinus).
В 2013 данную окаменелость подвергли лазерному сканированию, в результате этого процесса была получена рентгенограмма. Благодаря ей удалось узнать что помимо скелета собственно самого тринаксодона в слепке находился скелет другого позвоночного – амфибии брумистеги (Broomistega putterilli).
Описание
Сами останки существ прекрасно сохранились, включая даже узорчатую кожу земноводного. Незначительные повреждения присутствуют в виде смещения костных элементов (некоторые из них утрачены). Скелет тринаксодона лежит на брюхе, как бы прижавшись левым боком туловища к стенке норы. Голова цинодонта при этом максимально вывернута влево, передние конечности согнуты по бокам от головы, а задние вытянуты вперёд тогда как хвост резко загнут вправо.
Брумистега лежит брюхом кверху и упирается в правый бок тринаксодона. Изучение останков амфибии показало, что брумистега серьезно травмирована: у нее сломано 7 идущих друг за другом правых ребер.
Что же там было?
На основании сломанных ребер амфибии можно было бы утверждать что тринаксодон напал на брумистегу и затащил ее в свое логово. Однако сломанные ребра имеют признаки заживления и свидетельствуют о том, что ранение было получено несколько раньше. Вполне вероятно, что травма явилась результатом единственного сокрушительного удара — возможно, на брумистегу наступили, — произошедшего за несколько недель до смерти животного. Безусловно, это повлияло бы на его способность передвигаться и вызывало бы сильную боль, особенно при дыхании. Раненая амфибия, с трудом ковыляющая под палящим солнцем, была практически беззащитной перед хищниками.
Скорее всего брумистега забралась в нору тринаксодона чтобы укрыться или от природных условий или от хищников. Т.к. конечности брумистеги были явно не заточены под копание и рытьё нор. И наоборот, конечности тринаксодона вполне приспособлены для копания поскольку он был норным животным, о чём свидетельствуют другие его экземпляры внутри убежищ и это позволяет предположить, что нору создал именно он.
Поскольку наружная поверхность слепка в некоторой степени эродирована, установить наличие на стенках камеры следов его когтей не представляется возможным. Какие-либо признаки ссоры/борьбы между животными отсутствуют, вероятно тринаксодон либо спал, либо терпел присутствие незваного гостя, а возможно и вовсе погиб.
Такие отношения являются примером комменсализма, возникающего при взаимодействии особей разных видов, когда одна из них (в данном случае амфибия) получает выгоду, не причиняя вреда или пользы другой.
Итак, скорее всего, тринаксодон спал в норе, когда к нему забралась раненая брумистега. Каким бы ни был точный сценарий, приведший к этой встрече, обоих животных постигло общее несчастье — внезапное наводнение быстро заполнило нору осадками. Судя по всему, течение прижало к стенке камеры тринаксодона, а также перевернуло брюхом вверх и вытолкнуло на его спину брумистегу. Данный случай дает непосредственное, редкостное представление о взаимодействии между совершенно не связанными друг с другом животными, которое просто не было бы рассмотрено, если бы не эта случайная находка.
Современные амфибии так же могут заползать в норы к другим животным чтобы укрыться от неблагоприятных условий или хищников, так например делают лягушки, которых нередко находят в норах других животных.