Увидела потрясающую фотографию цветка кактуса на канале своей подписчицы. Полюбовалась этой красотой и вспомнила рабочую историю времен своей юности, которая была столь давно, что мобильный телефон не помещался ни в один карман, а звонки длились по 4 секунды, так как исходящие звонки были бесплатно до 5 секунд. Поэтому фотографий героя этой статьи не осталось.
Волшебный цветущий кактус напомнил мне о том, как его круглый сородич стал спасителем семи душ. Рассказ ведётся от первого лица, для воссоздания аутентичной атмосферы.
Сидели мы в уютном кабинете на семь столов, а за ними, на двух широких подоконниках, цвели и благоухали цветы всех форм и размеров. Среди мещанской герани, нежных фиалок, угрожающих пик тёщиного языка, раскидистой диффенбахии, кустистой бегонии и величественного фикуса затесался робкий неказистый кактус. Когда-то он появился в кабинете как средство защиты от излучения от компьютера и оказался на этом великолепном подоконнике, как деревенский родственник в фешенебельном ресторане.
Его даже поливали, но терпели из жалости, задвигая в дальний угол, чтобы он не мозолил глаза избалованных цветоводов.
У руководителя нашего отдела, Егора Богдановича, была горячо, даже пламенно "любимая" всеми привычка. Она заключалась в том, что во время приступов плохого настроения, он заходил в кабинет, и, педантично обходя сотрудниц, указывал каждой на ее недоработки в самом едком ключе.
Так как приступы недовольства нашим несовершенным миром были у руководства ежедневными, этот замечательный человек появлялся в подотчетном ему женском коллективе с пугающим постоянством. Наш отдел вызывал такое сочувствие в народных массах, что даже секретарь предупреждала нас о приступах мизантропии Е. Б. Именно такой аббревиатурой он подписывал всю свою внутреннюю корреспонденцию, так что прозвище ему даже придумывать не пришлось.
Поправ многовековые традиции вызовов подчиненных "на ковер", он приходил с ним родным подмышкой, свёрнутым в трубочку и разворачивал в центре нашего кабинета. Мы держались, как могли. После очередного рейда Мария Михайловна отправилась успокаивать нервную систему заботой о цветах.
Мы все среагировали на ее восторженное: "Ах!" тем, что побросали важную переписку с клиентами и сгрудились у скромняги кактуса, выпустившего бутон. Неужели зацветет?
Каждое утро начиналось с осмотра колючего малыша. Бутон рос. Каждый день мы ожидали, что он зацветет, но он только рос. Представители других отделов тоже обзавелись привычкой заглядывать в гости к нашему кактусу и проверять не произошло ли чудо. К тому моменту, когда бутон по размерам превзошел колючего родителя, секретарь Вера уже пару недель как отвечала любопытствующим, что "нет, пока не зацвел."
А потом мне резко стало не до кактуса. Ко мне пришел пушной зверек по имени Аврал, и даже публичные головомойки Е. Б. были не в состоянии выжать из меня ни капли эмоции. Засидевшись до поздна в пятницу, я доела холодный обед около 8 вечера прямо за рабочим столом, а тарелку, не отрываясь от увлекательного составления отчетов, убрала в тумбочку, чтобы помыть, когда встану из-за компьютера. По всем законам жанра я должна была об этом забыть. И забыла, выползая из офиса ближе к полуночи, чтобы успеть в метро. С утра в понедельник я пришла на работу на час раньше, с целью продолжать избавляться от великого и страшного Аврала. Поднявшись на этаж я почувствовала странный запах. "Еда пропала," - взметнулась паническая мысль. Я уже бежала в кабинет, чтобы распахнуть окна и избавиться от следов преступления до прихода коллег.
Однако, пахло, а точнее смердело, совсем не из тумбочки, а со стороны дальнего от моего рабочего места подоконника. Открывая окна, чтобы не задохнуться на месте, я увидела невероятной красоты цветок на кактусе. И именно эта красота благоухала на всё левое крыло второго этажа нашего офиса. В последствии, представители правого крыла приходили и требовали уничтожить источник амбре, так как он мешал даже им. Но это была явная ложь и провокация, которую мы дружно игнорировали.
Дело было в разгар вполне себе морозной зимы, она даже вошла в историю интернета своим "Дневником замерзающего москвича". Небольшая цитата из него для тех, кто в это время еще не умел читать или даже не родился:
Чай? прохладительный напиток дня. Рецепт прост. Наливаешь горячий напиток. Несешь его на рабочее место. Собираешься пить. Раздается звонок.
Ты быстро отвечаешь на него. Тянешься к кружке. Прохладительный напиток готов!
Все берут работу на дом. Каким-то образом это ухитряются сделать даже метростроевцы.
Стало легче общаться. Первую половину дня говорим о том, как было холодно по дороге на работу. Вторую половину дня будем говорить о том, как будет холодно идти домой.
Из-за этих морозов выбор был небогат: замёрзнуть или задохнуться. Много лет спустя мне довелось попасть в комнату, где дуриан пролежал двое суток. Впечатления сопоставимы.
Махнув рукой на аврал, я решила дождаться, хоть кого-то в коридоре.
"Хоть кто-то" появился под аккомпанемент традиционного для этого дня вопроса: "Фу, что за вонь?" Я ответила, что это просто зацвёл кактус.
Наш отдел совещался, что делать с обонятельным террористом. Соседние отделы приходили ругаться и смотреть на удививший всех своим запахом цветок. Секретарша позвонила и бросила одно слово: "Идет!" И мы моментально оказались за компьютерами, имитируя рабочий процесс, полный энтузиазма.
- Чем это у вас так воняет? - спросил начальник.
- Ничем. - не сговариваясь пожали плечами мы.
- Это невыносимый запах!
- Какой?
После недолгих поисковых мероприятий начальник безошибочно нашел виновника торжества:
- Вот этот цветок воняет.
Подойдя к подоконнику, я демонстративно понюхала цветок и вынесла вердикт:
- Чувствуется лёгкий аромат. А какой он красивый, правда?
Е.Б. побагровел и вылетел из кабинета. Мы переглянулись. На моем столе зазвонил телефон, и меня вызвали в кабинет руководства. Без свидетелей Егор Богданович ругался вяло, без огонька и недолго. Потом настала очередь остальных. Мы дружно решили, что запах - меньшее зло в этой ситуации, и кактус решено было оставить.
Самые ближайшие соседи возмущались все 2 недели пока цвел кактус. Но даже в сочетании с запахом - это все равно оставалось меньшим злом. Когда через полмесяца наш спаситель отцвёл, Е. Б. Уже привык к индивидуальным ковровым экзерсисам и жизнь вошла в новую, более приятную колею.
А кактус больше не цвел, но и одного подвига его хватило, чтобы завоевать всенародную любовь (или ненависть).
Ссылка на статью, напомнившую эту историю: https://dzen.ru/b/Z88wSxo49HX5Wfg1?share_to=link
P.S. История придумана, и все совпадения в ней случайны.