Одна женщина решила заняться коммерцией. Тогда многие занимались коммерцией, лет тридцать пять назад. Жить-то надо. А на работе не платили. Женщина продала сапоги, болгарские, немного поношенные. Мамины сапоги, мама умерла. А сапоги остались. Женщина поплакала-поплакала, да и продала сапоги. Для коммерции.
И купила в кооперативном магазине задорого сливочное масло, муку, - яйца удалось в обычном магазине купить. Она простояла в очереди часов пять и купила. А старенькая вафельница у нее была. И эта женщина напекла довольно много вафель. Трубочки сделала. И начинила трубочки кремом из настоящего сливочного масла и сгущенного молока. Банку сгущенки тоже удалось купить на рынке.
Трубочки лежали на подносе. Это было просто великолепно! Женщина их еще присыпала сахарной пудрой; щепоткой. Так она мудро вложила свои средства. Больше не было ничего. Пусто в холодильнике и в шкафчиках. И в карманах шаром покати. Ни одной монетки.
Вот потому-то женщина и рискнула. Жить-то надо. Не пропадать же. И пошла она на проспект продавать свои трубочки с кремом. Тогда все было просто.
Правда, рэкетиры могли все отобрать. Это запросто. Но коммерции без риска не бывает. И женщина взяла свой поднос, на котором лежали все ее средства. И пошла на холодную ледяную улицу торговать.
Надо продать все трубочки подороже. Тогда можно снова купить масло, сахар, муку и остальное. И еще останутся денежки на хлеб и молоко. Надо продать подороже. Туристы ходят, разные богатые иностранцы любуются красотами города. Может, они увидят трубочки с кремом и купят от аппетита? И ценник женщина нарисовала яркими фломастерами. Чтобы сразу видели - недешево!
Женщину одна интеллигентная знакомая надоумила так поступить. Она торговала жареными окорочками у вокзала. Приготовит и торгует. Но у вокзала все места заняты. Ищи место сама! Ты можешь у дома торговать, у тебя дом на проспект выходит фасадом. Очень удобно. Так говорила знакомая, архитектор в изгнании.
Женщина вынесла поднос, поставила на бордюр, сама села рядом на детский стульчик. Приготовилась коммерцией заниматься. Страшно ей было и холодно. Смеркалось. Но фонарь светил прямо на заманчивые пирожные. Сейчас купят! Надо собраться с духом и все продать. Людей вон сколько ходит по проспекту! И женщина сиплым от страха голосом выкрикнула рекламу: «Кому вкусные трубочки?»…
…И подошли соседские дети. Миша и Саша шести лет. Костик-первоклассник. Дианочка с Машенькой. И совсем карапуз Андрейка, братик Машеньки. Стоят и смотрят на поднос. Не отрывая глаз, смотрят, значит. Потому что ничего вкусного давно не ели. Времена такие были. Не совсем голод, конечно. Но нехватка, мягко говоря, вкусного.
...И через десять минут женщина была уже дома. С пустым подносом. Потому что совершенно невозможно торговать трубочками, когда стоят и смотрят. Не просят. Но рассматривают восхищенно. Понимают, что просить нельзя. А купить не на что.
И женщина немедленно раздала трубочки детям. Да еще наврала; "Вот, - говорит, - испекла вам вафли с кремом. Меня Карлсон надоумил или дядя Степа, - в общем, волшебник из вертолета вам это передает.
Берите скорее, пока дядя Степа меня не забрал!". Так она сказала, раздала детям трубочки моментально и одну сама съела с огромным аппетитом. Очень хотелось. Отряхнула сахарную пудру с курточки и пошла домой с пустым подносом и детским стульчиком. Со вкусом пирожного во рту, - ах, как вкусно, изумительно!
И не жалела ни минуты. Потому что видела, как глаза детей засветились. И как они несмело потянули ручонки с сокровищу... Очень, знаете, вкусные трубочки получились.
Как мама учила, так и испекла. Как мама учила, так и поступила. Отдала.
Рэкетиру бы не отдала, боролась бы как лев! В таком она отчаянии была. А детям отдала. И не жалела. И прожила как-то плохое время, перебилась. Соседи дали в долг, на работе выдали коробку маргарина в счет зарплаты, - бартер. А школьная подруга подарила мешочек сухого молока. А потом дали деньги наконец-то.
И мама снилась в новых сапогах, улыбалась, держала в руках полный поднос вафельных трубочек. Хвалила, значит.
И трубочки эти женщина потом много пекла своим детям в той же старой вафельнице. Она такая хорошая была, прочная, от мамы же осталась. А дети народились хорошие и добрые. И муж тоже хороший и добрый. Повезло.
Коммерции не вышло. Бизнес прогорел. Ну и ладно. Иногда надо торговать, иногда - раздавать. Одним можно продавать, другим - просто так давать. И кто это понял, тот живет в мире с собой и в достатке. Обычно так и бывает...
Анна Кирьянова